Чтение онлайн

Когда я позавтракал, Бен с Квайгоном переглянувшись, достали, не сговариваясь, всё это добро. Квайгон сказал:

– Энакин, это обычная тренировка для юнлингов. Давай, надевай повязку. – Квайгон протянул мне шелковистую ленту. Повязав её на глаза, я спросил, пытаясь сориентироваться в пространстве:

– Что дальше?

– А дальше световой меч, свой можешь оставить на поясе, Оби-ван прихватил в храме тренировочный. Квайгон протянул мне меч. Почувствовав это, я протянул руку и взял меч, тут же активировав его.

– Что дальше?

– Встань на середину комнаты. Ага, вот так… - сказал Бен, усаживаясь на диван.

Я перешёл на середину залы, встав метрах в полутора-двух от ближайшего кресла и уже догадался, что к чему.

Словами описать ощущения силы сложно, практически невозможно. Я видел и всю комнату, и Бена, сидящего с ухмылкой в кресле, и Квайгона, который неодобрительно покачала головой, после чего «юный падаван» изобразил серьёзность. Всё это выглядело, как какие-то альтернативные пять чувств – словно я смотрел вокруг на триста шестьдесят градусов, точнее по всей сфере вокруг меня и видел всё вокруг в серо-белых тонах, словно в старом не цветном фильме. Эти серо-белые тона были свойственны неживой, но пропитанной силой материи. Ощущения прошлого и будущего были настолько осязаемыми, словно бы раньше я смотрел на мир одним глазом, и видел двухмерное изображение, а теперь ко всему что я вижу, добавилось ещё одно измерение – время. Прошлое и будущее в небольшом диапазоне.

Прежде чем дроид выстрелил, я увидел этот выстрел в ближайшем будущем и просто подставил меч туда, на пути следования трассера разряда. Меч поглотил первый выстрел и за ним тут же я увидел второй, аккуратно и неторопливо парировав и его.

Квайгон за моей спиной улыбнулся и сел обратно в кресло, взяв пульт к дроида в руки.

Спустя минуту такого развлечения я увидел, что в помещение скоро войдёт Падме, поэтому деактивировал дроида и снял повязку, повернувшись в сторону двери:

– Привет, Падме!

Джедаи, услышав это, повернули головы в сторону открывающейся двери. Падме только вошла и сказала:

– Энакин? Откуда ты…

– Неважно. Так что там в сенате? – спросил я тут же интересующий меня вопрос. Прежде чем Падме успела сказать следующую фразу, которую я услышал угасающим чувством «временного измерения», я сказал: - сейчас налью. Итак, что же там в сенате?

Падме замолчала, а я пошёл наливать чай, который она хотела попросить. Пока я возился с чайником, который был тут же, Падме, взглянув мне в спину с опаской, или даже волнением, ответила:

– Тогда в комнату слуг. Квайгон, Оби-ван, если вам интересно…

– Мы поняли. – Кивнул Квайгон, забирая с собой дроида-летуна, а Оби-ван поднялся на ноги и пошёл в сторону комнаты слуг.

Чай у королевы Набу был свой, набуанский, который мне, честно говоря, не очень понравился, но за неимением гербовой… к тому же важные новости лучше слышать за чашечкой чая, а не так как Люк Скайуокер – вися на какой-то репульсорной хрени над бездной…

Падме вошла в комнатку и устало плюхнулась в кресло, прикрыв глаза, так что даже не заметила как я поставил перед ней чашечку ароматного травяного набуанского чая. Квай-Гон и Оби-ван вошли следом за мной и теперь расположились рядом с Падме. Оби-ван всем видом выражал нетерпение, и даже у Квай-Гона что-то такое читалось на лице, так что они смотрели, как Падме открыла глаза, оглядела всех и потом только заметила поданный чай. Отхлебнув немного, она перевела дух и начала рассказывать:

– Канцлер всё решил сам, королеве даже слово вставить не дал! И он решил начать полномасштабный конфликт с федерацией, объявить их пиратами...

Джедаи переглянулись и посмотрели на меня, так что пришлось откреститься:

– А я то что? Я ничего!

– Да, да, – кивнул Квай-Гон и требовательно посмотрел на Падме, так что та продолжила:

– Да и ещё, он стал очень агрессивен по отношению к федерации. Не ожидала такой резкости от Валорума, который обычно был мягкотелым... впрочем, – королева улыбнулась, посмотрев на чашку с чаем, – никто из сената тоже не ожидал, но все остались довольны – эта торговая федерация уже слишком много себе позволяет, а блокада Набу выходит за все рамки закона.

– Падме замолчала, пока я обдумывал новую ситуацию. Моё вмешательство ожидаемо привело к непредсказуемым результатам – Валорума-кощея не свергли, так что Палпатин остался сенатором, а возможно, никогда не поднимется выше – у королевы есть повод просто отстранить его от дел, но это ещё надо уметь провернуть.

– Интересно, как канцлер собирается уничтожать целую торговую федерацию? – спросил я, пока все молчали.

– Очевидно, задействует джедаев, – подняла бровь Падме, взглянув на Квай-Гона, но тот покачал головой:

– Джедаи – хранители мира в республике, а не армия, к тому же мы, даже если и сможем провернуть это, совет будет настроен решительно против канцлера – орден не любит, когда сенат пытается использовать нас как замену армии и корпусу юстиции.

– Но скорее всего работа нам найдётся... – протянул Оби-ван, дослушав своего учителя.

– Да, мой падаван, работы для ордена никогда не было мало, тем более если речь идёт о уничтожении такой крупной и влиятельной корпорации как торговая федерация. Неймодия будет сопротивляться до последнего. – Квай-Гон так же устало, как и Падме, развалился в кресле и прикрыл глаза. Королева же удивлённо спросила:

– То есть вы не собираетесь нам помогать? – ответил ей Оби-ван:

– Вам, Падме, с удовольствием, но вот работать воинами вместо армии республики – никогда. Мало того что республика после руусанской реформы демилитаризовала орден, отменила звания, подразделения, флот, так ещё и свою армию распустили. В результате какая-то горстка торгашей вооружённая не лучше контрабандистов, диктует республике свои условия, а сенат долгое время молчал и боялся их. Даже если и случится конфуз с торговой федерацией, это будет хорошим уроком всему сенату.