Чтение онлайн

Ее тронула эта доброта. Непонятно только, почему он это делает. Конечно, он собирался на ней заработать, но она была склонна думать, что за этим кроется нечто большее. Он постоянно присылал цветы, небольшие подарки, выбирал для нее провожающих... и теперь вот это – вечер на пляже в джинсах... Это именно то, чего она так хотела. Ему ничего не стоило отгадывать ее желания. Уж в чем, в чем, а в этом он мог превзойти кого угодно. Эрни Сальваторе безошибочно разбирался в людях.

Она откинула голову на спинку дивана и наблюдала, как в окне за его спиной садится солнце. Потом облегченно вздохнула:

– Мне кажется, что это самый счастливый день за все то время, пока я здесь.

– Я рад. Хочешь поплавать перед обедом или предпочитаешь подождать? Может быть, прогуляемся по пляжу?

Она умиротворенно улыбнулась:

– Это было бы здорово.

Он поставил стакан и подошел к двери на террасу. Когда он ее открыл, в комнату ворвался прохладный морской ветер. Эрни стал спускаться за девушкой по ступенькам на песчаный пляж. Чувствуя, как ветер обдувает лицо и треплет волосы, она побежала. Она была по-настоящему счастлива за долгое время и превратилась в ребенка, когда, выписывая по песку круги, сняла ботинки и вошла в воду. Быстро темнело, но он продолжал медленно идти за девушкой, с удовольствием наблюдая за ней и чувствуя себя гордым отцом. Наконец она повернула к нему раскрасневшееся от холодного воздуха и морского ветра лицо.

– Вы замерзли?

– Нет, мне очень хорошо.

Но он видел, что замерзла она, поэтому снял пиджак и накинул ей на плечи. Он пах его одеколоном, которого Кристел раньше не замечала, и сейчас она с удивлением обнаружила, что ей нравится этот запах. Она подумала о том, был ли он когда-нибудь женат и есть ли у него дети, и вообще, что скрывается за внешним видом этого человека.

Он никогда ничего не рассказывал о себе. Казалось, он находится здесь исключительно для того, чтобы доставлять ей удовольствие.

Наконец они вернулись в дом, и он отправился искать спрятанный обед. Он обнаружил омаров, залитых нежным майонезом, и великолепный салат из шпината. В серебряном ведерке со льдом лежала бутылка шампанского и вареные яйца, фаршированные икрой.

– Ты когда-нибудь ела фаршированные яйца?

Она отрицательно покачала головой. Она только слышала о том, что яйца можно фаршировать икрой. Эрни по-отечески улыбнулся девушке:

– Поначалу они тебе могут не понравиться. Существует масса вещей, которые не нравятся с первого раза.

Но она решила попробовать их, чтобы сделать ему приятное, и нашла, что они не так уж и плохи. Однако когда они уселись в удобные кресла за низкий столик, она уделила гораздо больше внимания омарам и шампанскому. Она пила понемногу и маленькими глоточками, но Эрни и не настаивал. У него есть время, уйма времени, и он не хотел заставлять ее делать что-либо, пока она сама этого не захочет. А он не сомневался, что рано или поздно она этого захочет. Слишком многим она ему обязана.

Они разговаривали о ее родной долине, о ее отце, обо всем том, что было ей очень дорого. Эрни слушал ее с таким видом, как будто все, что касалось этой девушки, имело для него жизненно важное значение. Через полчаса они закончили обедать, и он, ласково улыбаясь, предложил ей искупаться в бассейне:

– Это поможет расслабиться. Она засмеялась над его словами:

– Если я расслаблюсь еще хоть немного, то усну прямо на полу. – День был длинный и тяжелый, утомление уже начинало сказываться, свежий морской воздух нагнал на нее сон. – А поплавать неплохо, если только я не утону после съеденных омаров.

– Не волнуйся. Я тебя спасу.

Она мило улыбнулась, вдруг представив себя со стороны: она сидит с Эрни в своих любимых джинсах и ботинках, в одной из старых рубашек, с распущенными волосами.

– Мне кажется, вы уже это сделали.

– Надеюсь. – Ее благодетель милостиво улыбнулся и показал ей, где можно переодеться.

Сам же отправился в бассейн, чтобы включить свет. И когда через минуту она появилась там в белом купальнике, он почувствовал, что у него перехватило дыхание. Как всегда, она не сознавала, как потрясающе хороша, и это ему в ней нравилось. Зрителям это тоже наверняка понравится. И он никогда не забывал об этом.

– Надеюсь, вода достаточно теплая.

Он смотрел, как она соскользнула в бассейн, и пошел переодеваться, пока Кристел счастливо плескалась. Бассейн был огромный, и вода очень теплая. Эрни вернулся, и она посмотрела на него с довольным видом. Он снял с бедер шикарное белое полотенце, и она застыла в изумлении. Он стоял голый. Она инстинктивно отвернулась, боясь, что смущает его, и вдруг услышала, как он засмеялся:

– Не волнуйся, Кристел. Я не собираюсь тебя насиловать. Вот уж в этом меня никто никогда не обвинял. – Но его обвиняли в других вещах, про которые Кристел ничего не знала.

Он легко соскользнул в воду, а она начала медленно уплывать, боясь увидеть что-нибудь, что ей вовсе не хотелось видеть. Он быстро догнал ее и улыбнулся.

– Почему бы тебе тоже не снять купальник? Вода такая теплая, как в ванне. – Казалось, у него на уме ничего нет, он просто чувствовал себя свободно с ней, он не делал никаких попыток дотронуться до нее. Она улыбнулась, стараясь выглядеть равнодушной, но сознание того, что он голый, действовало на нервы.

– Нет, мне и так хорошо. Спасибо.

– Как хочешь, дорогая. – Он слишком опытен и умен, чтобы не быть настойчивым со своими жертвами. Они все рано или поздно сами приходили к нему, по той или иной причине.

В следующее мгновение он уже вышел из бассейна и стоял на краю с виноватым видом. У него было весьма красивое тело: длинное и пропорциональное, в очень хорошей форме. Он знал это и гордился, что у него тело почти как у юноши. Он спросил ее, не хочет ли она еще шампанского, но она никак не осмеливалась посмотреть на него. Он вдруг снова подумал, что она, может быть, еще девственница. Конечно, это помеха, но далеко не непреодолимая. Ей придется пожертвовать этим для него. Снова посмотрев вниз, он не выдержал и улыбнулся. Она плавала вокруг, как рыба, изо всех сил стараясь не показывать виду, как ей неловко.

– Если я убавлю свет, ты будешь чувствовать себя лучше? Это, наверное, ужасно, но я ненавижу купаться в плавках. Ты должна меня простить.

– Ничего. – Она изо всех сил старалась казаться взрослой и вести себя так, как подобает кинозвезде, но он действительно ужасно напугал ее. Прежде чем она успела ответить, он выключил лампы, горевшие под потолком. Комната освещалась теперь только светом ламп, горящих под водой, и слабым мерцанием светильников, развешанных по стенам и похожих на свечи.