Чтение онлайн

– Не скажи, – возразил Габов. – Кое-какое отношение она к ним имеет.

– Какое же?

– Ее допрашивал тот же самый Джеймс Бонд.

– Не уверен, что тот же, – заметил я. – Какое имя приходит в голову первым, когда думаешь о суперагентах?

– Штирлиц, Зорге, Абель, Кузнецов, – начал перечислять Габов, но я прервал его.

– Это все ваш пантеон местечковый, – сказал я. – Большинство людей и не знают, кто такой Зорге. Лично я не помню, кто такие Абель и Кузнецов.

– Позор тебе. Ну тогда Шерлок Холмс, майор Пронин или ангелы Чарли.

– Кто?

– Ангелы Чарли. Был такой фильм попсовый, гадость редчайшая, смотреть невозможно, разве что посмеяться. Да, я согласен, с Джеймсом Бондом по популярности никто не сравнится, но все равно совпадение слишком примечательное, чтобы его сразу отбрасывать. Я бы поставил три к одному, что эти два Джеймса Бонда – одно и то же лицо.

– Допустим, – сказал я. – И что из этого следует?

– Если я прав, получается, что как только мы поймаем того Джеймса Бонда, который охотится на Принца, то мы поймаем и того Джеймса Бонда, который охотится на тебя.

– Думаешь, в больнице тоже был Джеймс Бонд?

– Не знаю, – сказал Габов. – Допускаю такую возможность, но считаю ее маловероятной. У нас задания на установку и на ликвидацию обычно поручают разным– людям, тут нужны разные склады характера.

– Но ты считаешь, что они точно из одной организации.

– Похоже на то.

– Почему?

– На Земле работает не так много пришельцев.

– Зильберман говорил про шестьдесят шпионов только в России, – заметил я.

– Это не шпионы, а наблюдатели. Ученые—этнографы, культуроведы, всякие другие придурки. Ни одна из серьезных разведок не имеет на Земле постоянной резидентуры.

– Ты уверен?

– Мы провели большую зачистку, всем выявленным инопланетянам разъяснили, что статус планеты изменился и что отныне надо себя вести в соответствии с новыми правилами. А именно – покинуть планету и не возвращаться, пока на Земле не появится портал с гостевыми телами. Все шестьдесят с лишним законопослушных граждан вежливо извинились и дружно покинули Землю. Вместо них на Землю никто не прибыл.

– Может, вы не заметили?

– Все может быть. Мы не боги, могли и во второй раз облажаться.

– А в первый раз когда?

– Когда украинская школьница взломала планетарный узел. Ты прав, нельзя исключать, что чужую резидентуру мы просто не видим, но аналитики считают, что это маловероятно. Вряд ли у противника есть отработанная схема проведения спецопераций в мирах вроде нашего. У нас сейчас сложилась очень необычная ситуация – мы скачиваем технологии раз в сто быстрее, чем успеваем осваивать, наука опережает экономику лет на двадцать, если не больше.

– Всего-то? – засомневался я. – Если так, то получается, что к 2025 году мы бы сами научились делать терминалы Сети.

– Нет, – сказал Габов, – конечно же, нет. Я имел в виду, что к 2025 году мы сумеем реализовать в железе то, что выкачали из Вудстока за первый месяц. Вудсток – колоссальный источник информации, и выдает он ее структурировано. Информацию, слитую с Вудстока, не нужно осмысливать, всем, что узнал, ты можешь пользоваться сразу, ты покидаешь Вудсток готовым специалистом. Обычно новые миры вливаются в Сеть постепенно, весь процесс занимает не менее двухсот лет. Вот ты что на Вудстоке изучал?

– Боевые искусства.

Странно, что он этого не помнит.

– Да, точно. Тебе сколько времени потребовалось бы, чтобы научиться всему этому без Вудстока?

– Да это невозможно!

– Возможно. Посетить десять—двадцать планет с принципиально различными биосферами, на каждой провести лет по десять, в совершенстве освоить местную технику боя, потом лет пятьдесят осмысливать освоенное…

– Достаточно, – перебил я Габова. – Я все понял. Мы развиваемся гораздо быстрее, чем обычная раса, недавно подключившаяся к Сети. И что?

– А то, – сказал Габов, – что оснащение специальных служб у нас опережает общее развитие планеты лет на триста, если не больше. У нас варварский мир с цивилизованной службой безопасности. Если работать с нами как с варварами – разоблачим немедленно, а как с цивилизованным обществом работать с нами тоже нельзя. У нас, например, порталов нет, шпиона под туриста не замаскируешь, к нам вообще туристу нельзя легально прибыть. Простейшая задача – физически заслать разведчика в исследуемый мир– и та не решается. Конечно, можно начать войну, но ведущие державы к этому еще не готовы.

А вот это что-то новое.

– Какие ведущие державы? – спросил я. – Разве в Сети есть ведущие державы?

– Есть. В нашем секторе считается, что всем заправляют Нисле и Шотфепка, но за последние сто лет здорово усилился Сфек, лига земноводных тоже укрепляет позиции и ведет себя все агрессивнее, на Тутле недавно революция произошла, она начинает выбираться из отстоя. А еще есть Иссепла и Сершла, они считаются союзниками Нисле, у них тоже не все гладко…

– Подожди, – перебил я Габова. – Я побывал на шести планетах, не считая Земли, а если прибавить рай, из памяти Даши, то на семи. Все планеты настолько разные…

– Я же говорю – в нашем секторе, – уточнил Габов. – Сэон в наш сектор не входит, Блубейк тоже, Сорэ – тем более.

– А что это такое – сектор?

– Совокупность планет, населенных разумными расами, обладающими достаточно сходной психикой, чтобы был возможен культурный обмен. Помнишь, ты смотрел фильм на Шотфепке? Почти как у нас, странно, но понятно. Если бы ты посмотрел фильм, отснятый на Ни еле или на Сершле, ты бы тоже все понял. А вот на Сэоне ты бы не разобрал ничего. А на Блубейке фильмов вообще нет.