Чтение онлайн

Под прикрытием

О, как же мы умеем честно

Свой грех в других изобличать,

Стыдя в глаза чужое место,

В своём изъяна не признать.

Ю. Сёмина

Борис Алексеевич сидел за столом в своём тихом, тёмном, обветшалом кабинете спиной к окну, смотрел в бумаги на столе, что-то писал под включённой настольной лампой, периодически прерываясь, чтобы задать очередной вопрос:

– Так сколько Вы, говорите, употребляете алкоголя в неделю?

– Я не считал, доктор. Ну, бывает, выпиваю. Нечасто…

– Я должен всё-таки уточнить, что Вы подразумеваете под словом «нечасто»? Не часто – это раз в неделю или раз в год?

Мужчина, сидевший напротив Бориса Алексеевича, смотрел вниз на свои ладони, автоматически потирая колени худых длинных ног.

– Раз в год, это Вы загнули. Что ж я, не русский что ли?

– Гну не я, голубчик. Гнёт и загибает он – алкоголь. И откуда такое суждение, что пить – это по-русски? В древности, если хотите знать, на Руси пили мало, и то по большим праздникам. А что пили? Медовуху. Слыхали о такой? Так её крепость десять градусов. А больших праздников было: раз-два и обчёлся. В остальное время не пили, а работали. Пьянство считали большим грехом, между прочим. А Вы говорите: «Не русский что ли».

– Да что ж я жил тогда что ли? Сколько живу, столько пили, а что тогда было, так мало ли что…

– Хорошо. И всё-таки вернёмся к моему вопросу. Вы поймите, моя цель – не обличить, а разъяснить и попытаться отвратить печальный исход.

– Ну, какой печальный исход, доктор. Что я алкаш какой-нибудь? Выпиваю как все, в выходной там, после получки, по праздникам, всё как у всех, обычное дело…

Посетитель заёрзал на стуле. Он пришёл в наркологический диспансер за справкой для получения водительских прав, заплатил за неё деньги и не планировал выслушивать лекцию о вреде алкоголя.

Доктор-нарколог Борис Алексеевич Крытов вёл свой обычный приём. Просто выдать справку, за которой ежедневно приходили не числящиеся на учёте в наркологическом диспансере люди различных возрастов и профессий, он не мог. Справка стоила денег, хоть и небольших, но всё-таки требующих отработки. Поэтому Борис Алексеевич ежедневно скрупулёзно вёл приём, выполняя в ходе общения диагностику общего состояния посетителя, выявляя возможные нарушения функций вестибулярного аппарата и нервной системы, а также проводя профилактические беседы с заблуждающимися, несознательными, притворяющимися, отказывающимися и прочими, в основном, по их словам, непьющими пациентами о пагубном воздействии алкоголя на человека.

– Моя обязанность как врача Вас предостеречь: алкоголь – это яд, не запрещённый лишь в силу получения от его продажи больших денег. И получения этих денег за счет Вашего здоровья, а может быть, и жизни!

– Да что Вы, доктор, ей богу, ну какой жизни! Я ж говорю, что иногда только… – посетитель возмущённо посмотрел на доктора, считая, что лишение жизни из-за пары-тройки бутылок пива или чего-нибудь покрепче в пятницу – это всё-таки слишком.

– А вот если будете продолжать, убедитесь сами. Поймите, не существует безвредной для человека дозы алкоголя. Выход один – никогда не употреблять спиртное. Никогда. Я Вас предупредил. Держите справку, в регистратуре печать без очереди поставите. Всего хорошего.

Пациент вышел. Борис Алексеевич посмотрел на часы, к его неудовольствию лишь на немного приблизившие окончание рабочей смены, и позвал следующего.

В кабинет вошла невысокого роста стройная девушка, светленькая, вся будто прозрачная, и села на стул около стола:

– Добрый день! Мне бы справку на работу. Я в детский садик устраиваюсь.

– Добрый! Хорошо. Значит, будете детей воспитывать?

– Да, я после колледжа, буду помощником воспитателя в младшей группе.

– А свои дети есть?

Прозрачные щёки девушки покрылись румянцем.

– Нет ещё, я не замужем пока, но мы планируем.

– Вот и хорошо. Вовремя Вы ко мне попали, чтобы потом не было поздно.

– Поздно для чего, доктор? – девушка немного смутилась, не понимая, как вопрос рождения детей может быть связан с её нахождением в этом кабинете.

– Слышали ли Вы когда-нибудь выражение «пьяное зачатие»?

Девушка отрицательно покачала головой.

– А «дети первой брачной ночи»? Тоже нет?

– Нет, не знаю.

– Не знаете. Вот именно. А знать должны. Обязаны. Тем более, сами собираетесь работать с детьми. Это выражение используется в отношении детей, зачатых в первую брачную ночь пребывавшими в состоянии алкогольного опьянения безответственными родителями. Такие дети рождаются с аномалиями, дисфункциями, физическими нарушениями, внутриорганическими отклонениями и патологически слабым иммунитетом. Я уже не говорю о нарушениях умственного и психического развития.

– Я не пью, доктор, – почти прошептала девушка.

– Не пьёте? Уверены? Хотя у меня в кабинете за тридцать лет практики почти все непьющие. По их словам, конечно.

– Могу шампанское в праздник, – продолжила шёпотом прозрачная посетительница.

– Вот видите. Шампанское. Этот напиток, как и любой другой алкоголь, содержит что? Этиловый спирт. Этанол. Который что? Который, попадая в организм будущей матери, неизбежно приводит к мутационным изменениям в яйцеклетке. Следствием оплодотворения такой яйцеклетки будет рождение ребёнка с аномальным генетическим заболеванием.

И без того бледненькая кожа девушки сделалась совсем белой. Она смотрела на врача, часто моргая и, казалось, готова была разрыдаться.

– Барышня, барышня, миленькая, ну что Вы так распереживались, – сменил указующий тон доктор, заметив волнение девушки. – А вот отметите день свадьбы лимонадом или компотом, и всё будет хорошо. И дети здоровы, и родители. Давайте бланк справки из регистратуры, я заполню.

Девушка внешне немного успокоилась и даже попыталась улыбнуться. Борис Алексеевич заполнил справку, расписался и протянул готовый документ посетительнице.