Чтение онлайн

Мерседес-стрит затихла под обложенным облаками небом. Девочек-попрыгуний я не увидел, они были в школе, вероятно, внимательно слушали рассказ учительницы о грядущем визите президента, но табличка «СДАЕТСЯ», как я и ожидал, вновь висела на шатких перилах крыльца. С номером телефона. Я поехал на автомобильную стоянку у склада «Монтгомери уорд» и позвонил по телефону-автомату, стоявшему рядом с погрузочной площадкой. Нисколько не усомнился, услышав: «Да, это Мерритт», — что говорю с тем самым человеком, который сдал дом 2703 Ли и Марине. Я буквально видел его стетсон и кричаще расшитые сапоги.

Я объяснил ему, что мне нужно, и он рассмеялся, не веря своим ушам.

— Я не сдаю на неделю. Это хороший дом, приятель.

— Это лачуга. Я был в ней, так что знаю.

— Подождите мин…

— Нет, сэр, это вы подождите. Я дам вам пятьдесят баксов, чтобы провести в этой дыре уик-энд. Это почти месячная аренда, и в понедельник вы сможете вновь вывесить на крыльце свою табличку.

— А почему бы вам?..

— Потому что из-за приезда Кеннеди все отели Далласа и Форт-Уорта забиты. Я проехал долгий путь, чтобы увидеть его, и не собираюсь проводить ночь в Ярмарочном парке или в Дили-плазе.

Я услышал, как щелкнула поднесенная к сигарете зажигалка. Мерритт обдумывал мои слова.

— Время уходит. Тик-так.

— Как вас зовут, приятель?

— Джордж Амберсон. — Я уже жалел, что не вселился в дом без звонка. Уже собирался это сделать, но подумал, что приезд патрульной машины полицейского управления Форт-Уорта ни к чему хорошему не приведет. Я сомневался, что обитателей Мерседес-стрит, где по праздникам иногда взрывали куриц, волновали скваттеры, но лучше перестраховаться, чем потом рвать на себе волосы. Теперь я не ходил вокруг карточного домика — жил в нем.

— Встретимся перед домом через полчаса. Максимум через сорок пять минут.

— Я буду в доме, — ответил я. — У меня есть ключ.

Вновь пауза.

— Где вы его взяли?

Я не собирался выдавать Айви, пусть она теперь жила в Мозеле.

— У Ли. Ли Освальда. Он дал мне его, чтобы я мог поливать комнатные растения.

— У этого маленького говнюка были комнатные растения?

Я повесил трубку и вернулся к дому 2703. Мой временный арендодатель, возможно, подгоняемый любопытством, прибыл в своем «крайслере» буквально через пятнадцать минут. В стетсоне и расшитых сапогах. Я сидел в гостиной, вслушиваясь в разговоры призраков людей, которые прежде здесь жили. Они все стремились выговориться.

Мерритт хотел побольше узнать об Освальде — тот действительно чертов коммунист? Я ответил, что нет, хороший парень из Луизианы и теперь работает в доме, чьи окна выходят на улицу, по которой в пятницу предстоит проехать президентскому кортежу. Сказал, что собираюсь попросить Ли позволить мне насладиться зрелищем, стоя рядом с ним.

— Гребаный Кеннеди! — Мерритт чуть не кричал. — Вот уж кто точно коммунист. Кто-то должен пристрелить этого сукина сына, пока он не натворил бед.

— Хорошего вам дня. — Я открыл дверь.

Он ушел, но в скверном настроении. Привык к тому, что арендаторы ходят перед ним на задних лапках. Пройдя несколько шагов по крошащейся бетонной дорожке, повернулся.

— Все оставите в полном порядке, как и было, слышите?

Стоя на пороге, я оглядел гостиную: вытертый ковер, осыпающаяся штукатурка, продавленное кресло.

— Будьте уверены.

Сел и попытался вновь настроиться на волну призраков: Ли и Марины, Маргариты и де Мореншильдта. Вместо этого разом провалился в сон, как со мной теперь случалось. Пробуждаясь, услышал пение и решил, что оно долетает из сна.

— Чарли Чаплин во Франции ЩАС! Смотрит, как дамы танцуют у НАС!

Пение никуда не делось и когда я открыл глаза. Я подошел к окну и выглянул. Девочки, которые прыгали через скакалку, стали выше и старше, но именно их я видел здесь раньше, можете не сомневаться. Необыкновенное трио. Лицо той, что прыгала, покрывали какие-то высыпания, хотя до подростковых прыщей ей оставалось еще года четыре. Может, переболела коревой краснухой.

— Салют капитану!

— Салют королю! — пробормотал я и пошел в ванную, чтобы умыться. Вода из крана потекла ржавая, но достаточно холодная для того, чтобы окончательно меня разбудить. Разбитые часы я заменил дешевым «Таймексом» и увидел, что уже половина третьего. Голода я не чувствовал, но понимал, что поесть надо, а потому поехал в «Барбекю» мистера Ли. На обратном пути остановился у аптечного магазина, чтобы купить еще одну упаковку порошков от головной боли. Заодно купил пару детективов Джона Д. Макдональда.

Девочки-попрыгуньи ушли. Мерседес-стрит, обычно шумную, в этот вечер окутывала тишина. Как зрительный зал перед тем, как поднимется занавес и начнется последнее действие, подумал я. Начал есть, но хотя мясо на ребрышках было острым и нежным, выкинул почти все.

Я попытался заснуть в большой спальне, но призраки Ли и Марины никак не хотели угомониться. Поэтому ближе к полуночи я перебрался в спальню поменьше. Нарисованные Розеттой Темплтон девочки по-прежнему украшали стены, однако их одинаковые свитера (Розетта отдавала предпочтение зеленому мелку) и большие черные туфли показались мне успокаивающими. Я подумал, что Сейди улыбнулась бы, увидев этих девочек. Особенно одну, с короной «Мисс Америки».

— Я люблю тебя, милая, — прошептал я и заснул.

11.21.63 (Четверг)

Завтракать мне хотелось ничуть не больше, чем обедать прошлым вечером, но к одиннадцати утра я почувствовал, что без кофе не выживу. Наверное, мог выпить галлон, а то и больше. Взял одну из новых книг — называлась она «Захлопни большую дверь» — и поехал в «Счастливое яйцо» на проспекте Брэддока. Телевизор за стойкой работал, и я посмотрел выпуск новостей о приезде Джона Кеннеди в Сан-Антонио, где его встретили Линдон Джонсон с супругой. Там же к компании присоединились губернатор Джон Коннелли и его жена Нелли.