1990
Шрифт:
Ну так вот, в передаче, даже вот такой «одноразовой», главным есть её редактор…
– Дэн, снова ошеломительный успех…, – запричитал тот с порога, сияя как самовар.
Я глянул на часы. Они показывали полдесятого вечера. – Ну да, Новый Год уже прошёл почти всю азиатскую часть Мирового Союза и подбирается к Уралу. А там уже вся Сибирь и Средняя Азия на ушах стоят и празднуют, – пронеслось у меня в голове.
– Ну и?, – подбодрил я редактора к дальнейшему изложению проблемы. Просто так, похвалиться, например, к сожалению, редактора не врываются. Значит что-то вылезло.
Тот замялся…
– Присаживайтесь, – указал я на стул у приставного стола для посетителей.
Редактор охотно присел и начал излагать:
– Успех…просто неожиданно… Много звонков… Но тут вот какое дело… Некоторым тоже захотелось поздравить Страну с Новым Годом… Как Вы…
Последнее он просто выпалил… и умолк, неуверенно, но с надеждой глядя на меня.
Я быстро, но конечно с опозданием, просёк мысль и начал размышлять вслух:
– Ясно… Всё как с теми пригласительными на «Ночь после выборов»… Вначале приходилось заманивать на передачу, а потом отбиваться от желающих туда попасть… Магия прямого эфира просто какая то… А что, Вы предлагаете?, – обратился я к редактору.
– А давайте тоже аукцион устроим… Уж больно желающих много… Всех всё равно не впишем в тайм-лайн…, – предложил тот.
– И я так думаю…, – согласился я и добавил:
– Но нужно ограничить по времени и отсеять явных скандалистов… Это не то место… И конечно же отдельно аукцион для тех, кто захочет спеть…Но это для «звёзд»… Хотя, если народ согласиться ближе к утру или даже уже на другой день…то можно… Вместо или между сюжетами программы «Утро на «Мосфильме» будем пускать… Договоритесь с их редактором… Сошлитесь на меня…, – последнее я уже крикнул в спину убегающему редактору.
– Вот что «рубль животворящий» с людьми делает… Ввел я поощрение… процента с дохода с каждой передачи… сразу зашевелились, – пронеслось у меня в голове.
– Тем более тут… Никаких тебе затрат… Как нам это в голову раньше не пришло? Якубовский на своём «Поле дураков», перед тем как крутануть барабан, всем даёт возможность привет передать… А мы чем хуже?, ха-ха, – продолжил я размышлять над тайной прямого эфира и человеческого тщеславия.
У меня в кабинете стоял телевизор, где без звука транслировался наш канал «Мосфильм». Сейчас там шли последние новости и кадры празднования Нового года в столицах Мирового Союза.
От неосмысленного созерцания происходящего на экране меня оторвал тихий стук в дверь. За ним в щель просунулась голова Шу.
– Заходи, – я ей кивнул.
– Дэн, ты чего не предупредил, что твоя Маша «мастер спорта» не только по шахматам, но по всем известным викторинам и играм?, – та выпалила с наигранной претензией.
– Правда? Я не знал…, – удивился я.
– Ну теперь знаешь… Так что она там уже на Олимпе не только среди «старперцев» но и молодых «ботанов» тоже покорила…, – огорошила меня Шу.
– Ну и ладненько, – сказал я на это.
– Что значит «ладненько»?, – наехала Шу и продолжила:
– Давай сдвинемся… И пустим в эфир наши конкурсы… Всё равно никто уже твои новости не смотрит… Все давно оливье нарезают и селёдку в шубу заворачивают… Рейтинг падает…ну в московской сетке конечно…
– Согласен… Иди к редактору канала… Пусть пускает…, – дал я ей указание.
Шу вихрем умчалась исполнять свою же инициативу.
Не успел я осмыслить тогда всё происходящее, как селектор ожил и заявил, что ко мне рвутся «Королева» и «Король» Советской эстрады…
Я, честно говоря, не был особым поклонником нашей эстрады… каюсь… И понятия не имел «кто там у них кому Ленин»… Фамилия Королева, у меня вызвала две ассоциации, «исчезнувшую» мою помощницу Каролину и некую певичку Русалку с её Дельфином. – Может это они?… Просто уже на одной фамилии…, – не успел я додумать мысль, как дверь кабинета распахнулась и в неё вошли совершенно другие люди.
У меня в кабинете, как и положено, уже стояла наряженная Новогодняя ёлка и мигала своими огоньками, придавая моему кабинету сказочного зимнего шарма.
Но даже она сразу померкла, от сияния попугайской раскраски нарядов вошедших посетителей. За ними маячили мои охранники, с лицами не вызывавшими никаких других эмоций, кроме «только мигни и разорвём всех в клочья»…
Я невольно встал из-за стола, восхищенный, как полным пренебрежением к чувству меры в нарядах гостей, так и в отсутствии каких либо приличий в их манерах поведения …
Но решил не делать резких, ни выводов ни … сигналов охране…
– Чем обязан…, – только и успел я сказать.
Но гости перешли в атаку и на повышенных тонах начали мне и окружающим выговаривать…
Тут я заметил, что весь коридор и дверной проём занят «зрителями». Там по прежнему стояли мои охранники, с самыми решительными намерениями к недружественным гостям. Но были и другие… Например испуганный редактор «огонька», его замы и помощники, восхищённые девочки из секретариата и приёмной дирекции, и многие другие…
Мои «звездящиеся» посетители были мужчина и женщина. Ну мужчина был скорее высоким мальчиком, а женщина была мне известна и годилась тому, как минимум в матери, ну или с большим натягом в очень старшие сёстры. В детстве мне нравились песни этой Аны Кумачёвой. Особенно про «циркача»… Но детство кончилось… и у меня сейчас другие песенные кумиры… Я сегодня ожидаю с нетерпением встречи с ними…. Но пока нужно разобраться с этими… Вышвырнуть их это проще-простого… Но может можно с их что-то поиметь? Ведь им явно от меня очень сильно что-то надо…, – такие мысли тогда у меня бродили в голове.
Дождавшись некоторой паузы в их гневных тирадах, я дал знак всем покинуть помещение и оставить меня с гостями наедине.
Как только дверь закрылась, и гости поняли, что зрителей уже нет, то чудесным образом преобразились…
Нет, слепить глаза своим нарядом, при этом заглушая полностью блеск моей новогодней ели, они не перестали.
Но вот вести себя стали прилично…
– Ну, я Вас внимательно слушаю?, – обратился я к ним, когда они заняли места на стульях у приставного стола для посетителей.