Чтение онлайн

Мёртвая улыбнулась. У неё был маленький подбородок, словно бы вдавленный в череп. Нижняя губа совсем терялась, отчего лицо выглядело очень детским и одновременно каким-то зверским. Она склонила голову набок — прямые белые волосы наискось перечеркнули лицо и закрыли один глаз. Глядя исподлобья и продолжая улыбаться, девушка стала медленно поднимать руку.

Сердце Сола забилось сильнее. Это был уже не просто страх — настоящий тихий ужас, смешанный со странным удовольствием, которое притягивало, требовало продолжения…

Мёртвая коснулась его груди. Ногти впились в плоть и пошли дальше, к сердцу, которое само рвалось им навстречу. Вот она берет его в руку, сжимает…

Перед глазами что-то всплеснулось. Девушка исчезла, все поле зрения затянуло розовым.

— Извини, Сол! — зашептал Маки в левом ухе. — Меня Гоку разбудил, у него следящий контур в кибе остался. Тебя пытались дезактивировать через медяк. Оказывается, в нем такая классная дыра есть — кто попало может его дистанционно включить, даже без тебя и без меня. Я пока блокирую этот имплант, хорошо? А то он совсем сдурел: перепутал положительный биофидбэк с отрицательным. Тебя напугали, а он врубил кардиостимулятор и начал тебе ещё больше сердечный ритм ускорять.

Сол сглотнул слюну и с трудом кивнул.

— Вообще эти кардиостимуляторы — опасная штука! — продолжал Маки. — Я тут сейчас в Сети поискал: у одного покойника-француза такой же забыли в теле, так из-за него крематорий взорвался… Ага, есть! Гоку засёк взломщика. Вот гляди, откуда все шоу транслируется.

В розовом сумраке перед глазами Сола повис прямоугольник фантомного экрана. Очевидно, съёмка велась с киба Кобаяси. Киб быстро летел к незнакомому холму. На вершине холма виднелся другой киб с открытым верхом. Рядом стоял человек в сомбреро, хорошо защищающем лицо от наблюдения с воздуха. А в самом кибе…

Сол сразу узнал её — толстую карлицу, сидящую посреди «тарелки». Перед Рождеством с её снимками носились все журискины. Примадонна ЭмоТВ, вынужденная оставить карьеру. Скандал случился именно из-за этих ужасных снимков: большинство «звёзд» чувственных фильмов никогда не показывают публике свои лица.

Не то чтобы Сол следил за такими новостями. Но как раз в те дни он собирал материал для дремля о крестовых походах. Среди прочего его особенно позабавила одна икона: младенец-Христос был изображён как взрослый человек, только уменьшенный до размеров младенца. Наверное, поэтому так хорошо запомнились и эти скандальные снимки: разоблачённая примадонна представляла собой полную противоположность. Словно кто-то взял пухленького младенца и надул его до взрослого размера. А потом слегка спустил воздух, зато приклеил усики.

Сначала Сол думал, что это какой-то случайный пережиток прошлого: раньше людям приходилось жить без косметической хирургии. Он был поражён, когда узнал, что даже в современном обществе некоторые психи специально культивируют своё уродство. Например, актрисы-эмотки верят, что, избавившись от своих отклонений, они потеряют ту необычную интенсивность переживаний, которая их кормит.

Но как показал скандал с карлицей, не меньший урон их карьере наносят и обычные снимки — благо на улицах такие уроды не появлялись уже много лет. Нелегко получить удовольствие от эмотриллера, когда знаешь, что непревзойдённая мастерица по передаче нежных чувств девочек-подростков — на самом деле горбатая коротколапая тушка лет пятидесяти, с кривым черепом и кроличьими глазами, съехавшими к переносице.

В любом случае, теперь было видно, что карлица не осталась без работы. Она сидела в дорогом открытом кибе, обвешанная сенсорами, точно во время съёмок очередного чувственного сериала о хороших девочках и плохих взрослых. Вокруг усатой горбуньи висели в воздухе семнадцать голографических фигурок, изображающих уже знакомое собрание столовертов. Карлица протягивала руки к двум их них: правой делала пассы в районе сердца фантомного Сола, а левой — в районе головы соседнего фантомного двойника, блондина.

Уменьшенная копия Сола вдруг померкла, а копия блондина — скорчилась. Карлица-эмотка отвлеклась от своего голографического интерфейса и что-то крикнула мужчине в сомбреро. Мужчина поглядел в небо. Затем без всяких эмоций поднял руку и указал пальцем прямо туда, откуда велась съёмка. Изображение померкло.

— Они сбили наш киб, — прокомментировал Маки. — Мы с Гоку вызвали полицию и передали номера. Но мне кажется, тебе будет разумнее убраться отсюда.

Розовая дымка, заволакивавшая взгляд Сола, исчезла. Оказалось, что большинство участников ритуала уже расцепили руки. Почти все, кого было видно, таращились в центр круга. Некоторые испуганно перешёптывались.

— Вы видели её кимоно? — донеслось справа. — По-моему, это был призрак Оно но-Комати…

Сол повернулся на шёпот и обнаружил, что сидящий рядом блондин уткнулся лбом в землю. Ох, опять эти поклоны…

Он начал было сгибаться, но боковым зрением заметил, что больше никто не кланяется. Рука соседа по-прежнему крепко сжимала его руку. Сол попытался освободиться. Блондин не реагировал. Сол рванулся. Голова блондина от рывка перевалилась на колено Сола, обсыпав его светящейся перхотью. На лице покойника застыла улыбка неземного удовольствия. Сол начал лихорадочно отгибать вцепившиеся в него пальцы свободной рукой.

— Я же всегда предупреждаю: никакой включённой аппаратуры, — произнёс печальный голос за спиной. — Духи этого не любят, не любят…

Человек в сером балахоне склонился над трупом, провёл рукой у него над головой. Затем молча вышел из круга и исчез в темноте. Сол обернулся: Кобаяси не было.

Остальные тоже стали подниматься и расходиться. Через полминуты на вершине осталось только неподвижное тело. В небе со стороны города показались огоньки полицейских ботов. Они стремительно приближались, словно облака тоже решили стряхнуть светящуюся перхоть.

# # # # #

К тому времени, как Сол добрался до лужайки-парковки, там осталось только его аэротакси. Внутри киба кто-то сидел. Кажется, в форме.

Этого и следовало ожидать. Логичное завершение сумасшедшего дня. Если вопрос не решается с помощью полицейских полифемов и таких же быстрых юрискинов, если дело доходит до агентов-людей из ГОБа — значит, дело плохо. Открывая дверь киба, Сол мысленно прокручивал фразы, которые можно было бы сказать в своё оправдание.