Чтение онлайн

— Тебе, Зураб, везде мерещатся попы, — ответил за Басса кривоносый. — Ну-ка дай сюда. Ага. Русский пугач для ближнего боя. Верно, доктор?

— Да-да… я продаю… — прохрипел Басс, все ещё прижатый подбородком к стойке.

— Ну, тогда считай, что сегодня у тебя был благотворительный поход. Ради искусства. Вещица явно сделана для людей со вкусом. Таковым она и должна принадлежать, — с ухмылкой подытожил кривоносый и надел крест на себя.

Басс охнул. Но не от слов кривоносого, а от вида ожерелья, на котором висел акел.

Ожерелье состояло из зубов.

Нет, это не просто мусор в саквояже. Это скрипт! Ну конечно, тот багов скрипт-резидент, который сидит в пандоре Марека и время от времени делает зубы для отвода глаз!

Видимо, сегодня утром, когда Басс скрещивал скрипт русского акела со скриптом коралловых бус, в финальную программу по воле какого-то глюка добавился и этот идиотский зубопротезный код!

Оставалось надеяться, что зубной декор повлиял только на внешний вид ожерелья, но не на его функции.

Рубила со сломанным носом тем временем озирался, выискивая мишень. Наконец его взгляд остановился на витрине, отделяющей бар от улицы. Эта часть заведения Шона тоже не отличалась оригинальным оформлением. В углах стеклянной стены было наклеено по засушенному листу клевера-мутанта из Старого Дублина. Каждый листик имел в диаметре не меньше трех метров, так что незакрытым оставался лишь центр витрины, прозрачное пустое место в форме звезды. Туда кривоносый и направил акел.

Золотой крест зажужжал. В толстом витринном стекле, которое до сих пор не удавалось разбить ни одному пьяному ирландцу, появилось аккуратное круглое отверстие.

— Неплохо, — заметил кривоносый, ни к кому особенно не обращаясь.

Ещё одна дырка появилась около клеверного листа в правом верхнем углу. Затем лист оказался обведён по контуру дырчатым разрезом. Кусок стекла вывалился на улицу.

Дальше рубила действовал более уверенно. Очевидно, он имел общие навыки в подобных художествах, и смена инструмента не представляла проблем. Кривоносый поднял акел и плавными движениями дважды перекрестил центральную часть витрины.

Снова раздался звон осколков, и уличные огни заглянули в бар сквозь два длинных… Басс задумался было, что это такое, но вспомнил «почерк» банды и больше не сомневался. В центре стекла были вырезаны непропорционально вытянутые ноги. Только ноги, и ничего больше.

Кривоносый опустил акел. Несколько секунд стояла тишина, но потом её взорвали бурные аплодисменты: компания приветствовала новый шедевр. Зная любовь рубил к уродливой пролонгации конечностей, можно было предположить, что гениальное по своей простоте изображение одних только ног явилось для молодых членов банды настоящим откровением. Мудрый наставник приобщил их к высшим формам своего искусства.

Вмиг все остальные кресты были расхватаны. Те двое, что держали Басса у стойки, кинули пленника на пол и бросились к столу, чтобы тоже сунуть головы в ожерелья из зубов.

Басс не спешил убегать. Он сел, привалившись к стойке, вынул из кармана коралловые чётки и передвинул четыре розовые бусины слева направо.

Все рубилы, кроме типа со сканером, грохнулись на колени, зажимая руками уши.

— Извините, братья. Бета-версия. — Басс сдвинул одну бусину обратно. — Вы слышите океан, братья?

Рубилы в ожерельях согласно кивнули. Лишь тот, кого звали Сальвадором, в недоумении оглядывался. Вялость, с которой он использовал сканер, отличила его и на этот раз: при разборе акелов ему достался крест, ожерелье которого было перерезано во время варварского вскрытия саквояжа.

— Вы слышите свой атолл, братья-полипы? — снова спросил Басс, поднимаясь с пола и поигрывая чётками.

Рубилы снова кивнули. Пять пар преданных глаз ловили каждое движение человека в зеленой форме медика, который совсем недавно вытирал носом стойку бара и даже не сопротивлялся. Ничего не понимающий Сальвадор схватил со стола последний крест. Ещё несколько зубов слетело с порванного ожерелья.

— Атоллу не нравится этот суетливый рак-отшельник. — Басс указал на Сальвадора, и все послушно повернулись в указанную сторону.

— Да вы че, рубцы? Это же я! — Вялый совсем утратил свою вялость, взгляд нервно забегал по лицам приятелей. Бывших приятелей. Потом он поднял руку, надеясь выявить что-нибудь при помощи сканера.

— Сестра Камилла, отрежь-ка ему клешню, — сказал Басс.

— Может, лучше сразу обе? — спросила девушка.

— Да, пожалуй.

Девушка подняла крест, и у Басса мелькнула мысль, что он поспешил с прямыми конфликтами — рубилы ещё не умели пользоваться акелами как следует. Так и есть: на пол грохнулась приличная часть барной стойки, срезанная неточным выстрелом.

Не подвергнувшийся зомбированию Сальвадор оказался проворнее. Он бросил крест и схватился за более привычное оружие — собственный стек. Однако сделать ничего не успел. Кривоносый, уже попрактиковавшийся в резьбе по стеклу, вновь изящно перекрестил воздух. Правая кисть Сальвадора упала на пол с гораздо более громким стуком, чем левая.

«Все-таки у него необлегченная модель, а у меня облегчённая,» — отметил Басс. — Если Шон загадал желание, ни Бага не сбудется».

Несколько секунд Сальвадор стоял молча, уставившись на свои культи. Обрезки белых рукавов фрака медленно обрастали мокрой красной каймой. Басс переключил игломет на обезболивающее и всадил в оба плеча новоявленного инвалида по доброй дозе ультранальбуфина.

— Беги, а то голову отрежу, — добавил он.

Сальвадор взвыл, прижал к животу окровавленные культи и вывалился в дверь. На улице к его вою примешался знакомый «бу-бум» от падения струнного музыкального инструмента. В качестве партии вокала добавился визг любопытной недогейши, которая снова вылезла на крыльцо добреля.

Дождавшись, пока все стихнет, Басс вывел свежеокрещенных рубил на улицу, довёл до ближайшего тихого скверика и велел ждать. Чтобы они не привлекали внимания прохожих, он приказал им изображать из себя людей, агитирующих за переизбрание старой мэрши на пятый срок.