Чтение онлайн

Спасибо за визит!

Ждем вас снова!

Соня берет с транспортера очередной сверток, подносит его к стеклянному окошечку, чтобы считать магнитный код, нажимает на клавишу «плюс» и кладет сверток в пакет, распятый между двумя металлическими брусками. Ни одного лишнего движения: взять сверток, поднести к окошечку, нажать на клавишу и положить сверток в пакет. Взять-поднести-нажать-положить.

Когда вместо очередного свертка Сонина рука нащупывает табличку "Следующий покупатель", Соня поднимает голову, механически улыбается, принимает деньги или карточку, благодарит покупателя и желает ему приятных выходных.

"Какое счастье, — думает Соня, — что «Остров» закрывается на выходные! Если бы пришлось работать еще в субботу-воскресенье, я бы не выдержала".

Соне кажется, что еще немного, и она окончательно сольется со своей кассой, превратится просто в еще одну деталь, сделанную специально, чтобы брать свертки с транспортера, считывать с них магнитный код, нажимать на клавишу «плюс» и класть свертки в пакеты.

— Вечеринку собираешься устраивать, да? — спрашивает Карла Абукассиш, глядя, как Соня подкатывает к ее кассе красную тележку, заваленную снедью.

— Да, — автоматически отвечает Соня, прикидывая, стоит ли ей взять еще бутылку вина или обойдутся.

— Пикник, да? — с обидой спрашивает Карла, косясь на увесистый сверток с бифштексами и упаковку колбасок.

— Пикник, — подтверждает Соня. — На пляже.

— Знаешь, что? — говорит Карла. — У меня нету времени пробивать твои покупки. Иди в свою кассу, там и пробивай!

— Я не могу в свою, — терпеливо объясняет Соня. — У меня Рита уже кассу сняла и все закрыла.

— А мне все равно, — Карла поворачивается к Соне спиной.

Соня тяжело вздыхает.

— Это семейный пикник, — говорит Соня Карлиной спине. — Дядя ко мне приезжает. Дядя Фернанду. Из Бельгии. Я обещала устроить ему пикник и пожарить мясо на гриле. Если бы не дядя, я бы тебя обязательно пригласила. К тому же, ты обещала меня сегодня прикрыть и не прикрыла, мне от Риты влетело. Если будешь выступать, я тебя тоже больше никогда не прикрою.

Карла дуется еще несколько секунд, потом нехотя поворачивается к кассе и пробивает Сонины бифштексы.

— Соня, давай бегом, опоздаешь! — Карла уже переоделась и приплясывает на месте от нетерпения.

— Не опоздаю, — вяло отзывается Соня, нехотя расстегивая пуговицы на халатике. Ей совершенно не хочется никуда бежать. Ей кажется, что от усталости она вся покрылась сетью мелких трещинок, и если ее как следует встряхнуть — рассыплется на тысячу кусочков.

— Ну, Соня же!!! — Карла подскакивает к Соне и начинает стаскивать с нее халатик. — В темпе, в темпе! Нас с тобой сейчас здесь закроют, и просидим в раздевалке до понедельника!

Карла распахивает дверцу Сониного шкафчика, чтобы повесить халатик. На внутренней стороне дверцы прилеплена фотография — смеющаяся Соня с каким-то упитанным загорелым типом.

— Это кто? — с подозрением спрашивает Карла.

— Никто, — говорит Соня. — Ты его не знаешь. Он здесь не живет.

Карла пожимает плечами.

— Не хочешь, не говори. Я пойду, займу нам места. Смотри, не засни тут!

— Не засну, — говорит Соня, натягивая джемпер. — Иди, занимай места, я только сумки возьму и догоню тебя.

Громко топая, Карла выбегает из раздевалки. Соня подходит к своему шкафчику и пальцами гладит лицо на фотографии. Потом, разозлившись, отдирает фотографию от дверцы и прилепляет ее изображением внутрь. На обратной стороне написано: "Сониня, я тебя люблю. Тьягу".

Соня медленно выходит из «Острова». Мимо нее, задыхаясь, семенит маленькая старушка в синем непромокаемом плаще и красных сапогах. Соня останавливается и смотрит, как два дюжих парня в форме охранников торгового центра подхватывают старушку и втягивают ее на паром. Коротко погудев, последний на этой неделе паром отходит от острова.

В сгущающихся сумерках видно, как по палубе мечется рыжая голова Карлы Абукассиш.

— Мы Соню забыли! — истошно кричит Карла. — Соню-то Пиреш забыли! Соня! Соня!!! Беги скорей, Соня!

Но Соня никуда не бежит. Она машет Карле рукой, разворачивается и возвращается в здание торгового центра.

В раздевалке она раскладывает свои покупки по скамейкам: два ящика воды, два пакета сока, пять бутылок красного вина, две — белого, упаковка пива, овощи, бананы, яблоки, сыр, мясо и сладости.

"Хорошо, что на выходные остров вымирает, — думает Соня. — Никто не потревожит".

Она разворачивает сверток с бифштексами и считает, загибая пальцы.

"Два мне, три дяде Фернанду. Долорес, наверняка, больше одного не съест. Кэт бифштексы не любит, она будет есть колбаски", — Соня смотрит на три толстых розовых бифштекса. — "Если Тьягу и сегодня не появится, не буду больше покупать ему мясо. Сколько можно? Одно разорение".

Соня воинственно шмыгает носом, снова заворачивает бифштексы в бумагу, зубами отрывает уголок от пакета с апельсиновым соком и пьет, громко глотая.

Потом выбирает банан поспелее, и выходит на улицу. Ждать.

Убираю все с кухонного стола.

Сметаю крошки.

Долго и придирчиво разглядываю кусок прозрачной клеенки, служащий мне скатертью.

Протираю клеенку влажной губкой, затем насухо — бумажным полотенцем.

Кладу на стол прямоугольник белого картона.

«Иза Войт», — пишу я красным маркером на куске картона. Буквы неровные, зато крупные. Обвожу каждую по два раза. А потом еще раз — для верности.