Чтение онлайн

Кристофер не сдержал улыбку. О, юная Лойя. Всегда с косами, отливавшими бронзой на солнце, всегда со скромной улыбкой. Она ведь тоже ему нравилась. Девушка была так юна, когда её разорвали собаки. Если бы этого не произошло, быть может…

– Ты слишком привык к самостоятельности и одиночеству, - сказал Эйми. – Если наши пути разойдутся, пожалуйста, не оставайся один.

– Почему наши пути должны разойтись?

– Ну, не знаю. Вдруг ты решишь, что я транжира и трачу чересчур много твоего драгоценного терпения. Или я вдруг женюсь на богатой леди и буду вынужден переехать в другую страну.

– Есть желающие?

– Ну да. У меня достаточно обаятельная фамилия и длинный нос, чтобы впечатлить девушку с достаточно крупным наследством и красивыми глазами.

– Если бы величина состояния не была столь же неочевидной, как и длина твоего носа…

– Эй! – блондин задорно погрозил ему пальцем и заёрзал на стуле. – Не смей ставить под сомнение мои достоинства. И недостатки тоже.

Кристофер заметил, как из и без того почти пустующего трактира выпроводили пару человек. Их не предупреждали о внезапном закрытии. Это было странно, но молодой человек не стал обременять себя размышлениями на эту тему и просто торопливо прикончил обед. Оставшийся посетитель, кивнув хозяину, подсел к столику двух друзей.

– Мы вас не приглашали, - заметил Эйми, искоса взглянув на незнакомца.

– Я сам себя пригласил, - расправляя загнувшийся рукав серо-синего пиджака, сказал мужчина.

Ему было лет шестьдесят, если не больше. Жидкие седые волосы казались чрезмерно прилизанными, приплюснутый нос, в своё время сломанный и неправильно сросшийся, был слегка набекрень. Вероятно, поэтому господин говорил гнусаво. От правой щеки и к шее спускалась фиолетово-красная сыпь, привлекавшая внимание и в то же время вызывавшая желание с отвращением отвернуться.

– Но мы уже уходим, так что у нас не получится составить вам компанию, - вежливо сказал Эйми и положил вилку рядом с тарелкой.

Незнакомец перехватил его руку, прижал к столу и вонзил нож и ладонь. Блондин дёрнулся в конвульсии и грязно заругался, вцепившись в рукоятку. Кристофер вскочил на ноги.

– Успокойтесь и сядьте, - спокойно вымолвил старик, показывая ему пистолет.

Хозяин трактира, как по волшебству, испарился. Складывалось впечатления, что с ним договорились заранее, и он обещал не удивляться… ничему.

– Что б тебя крысы сгрызли, старый плешивый…

– Вы тоже постарайтесь успокоиться, хотя вам будет сложнее, - всё тем же ровным голосом произнёс незнакомец. – Разрешите представиться. Меня зовут Торринс О’Грэнс. Вы никогда не встречались со мной, а я, соответственно, с вами. Я здесь… с дружескими намерениями.

– И поэтому вы ранили моего друга? – откидываясь на спинку, Кристофер грозно посмотрел на старика. – Отличное начало знакомства!

– Извините, мне все говорят, что я немного несдержан.

Торринс так же легко изъял нож из руки Эйми, от чего тот запричитал ещё громче и прижал руку к груди, как маленького ребёнка.

– Проклятье, - простонал блондин.

– Мне в последнее время просто везёт натыкаться на агрессивных личностей, - в другой раз Кристофер усмехнулся бы, но сейчас у него всё нутро сжалось от напряжения. Он знал, о чём собирается говорить старик и к чему он устроил этот спектакль.

– На вашем месте, я бы задумался над этим тщательнее. А ещё лучше – я бы просто вернулся домой и перестал общаться с людьми. Увидите – грубияны и невежды исчезнут из вашей жизни, - старик демонстративно повертел в руках пистолет, что слегка утихомирило ярость Эйми, но не потушило её окончательно. – Вы уже догадались, господа, что я желаю побеседовать с вами о тайнике.

– Вы тоже хотите открыть его…

– Нет, господин Цхинлтрер, я хочу, чтобы вы никогда не открывали его.

Кристофер удивлённо заморгал. Эйми пытался одной рукой перевязать покалеченную ладонь и шипел от злости и боли.

– Поверьте, этот тайник не сделает вас счастливым, - продолжил Торринс. – Наоборот – он заставит вас страдать. Очень сильно. В ваших же интересах просто забыть о нём и жить своей беззаботной жизнью.

– Ваши слова не кажутся мне убедительными, - складывая руки на груди, произнёс его собеседник. Он заметил некую странность: старик обращался к нему, а в сторону блондина даже не поглядывал, будто того предупреждения не касались совершенно. Будто лишь от решения его, Кристофера, зависела развязка событий. – Вы похожи на старую гадалку, которая предупреждает о страшном роке, поджидающем молодого героя за порогом дома. Вот только этим сумасшедшим дамочкам судьбу нашёптывают духи. А вам кто, господин О’Грэнс?

Торринс рассмеялся, обнажая серые крошившиеся зубы. Он был похож на старую серую мышь в смокинге, близоруко взиравшую из-за очков и грозившую цапнуть любого, кто по глупости поднесёт к ней свой палец. А если уж у кого хватит наглости подёргать грызуна за хвост…

– У меня нет доказательств, - неприятный посетитель развёл руками. – Только моё чёстное слово.

– Честные люди не посылают наёмников сделать за них всю грязную работу.

– И не атакуют исподтишка, - вторил другу Эйми.

– Слышали притчу о толерантности в мире животных? Говорят, представители одного вида настолько дружны между собой, что, когда кто-то из них ссорится, они сначала предупреждают друг друга о нападении, но всего единожды. Только что был как раз такой случай, - мужчина снял оружие с предохранителя. – У входа в трактир стоят мои люди. До тайника вы едва ли доберётесь. Отдайте мне карту.

– Разве вы не знаете, где тайник? – Кристофер прищурил глаза. – Конечно, не знаете. И этот факт перечеркивает все ваши предупреждения.

– Я знал, что вы не поверите мне. Мои методы убеждения не идеальны. Я бы сам не стал слушать человека, угрожающего моим друзьям и мне самому, - Торринс грустно улыбнулся. – Но я не могу иначе. Моя работа – отвадить вас от тайника, а страх за свою жизнь или за своих друзей – самое действующее средство. Задача этого молодого человека, в свою очередь, довести вас до тайника. Он очень старается, как я погляжу. Поэтому…

Прежде чем старик успел поднять пистолет, Эйми с завидным проворством разбил о его голову кувшин. Торринс всё же выстрелил, но пуля ушла в сторону. Блондин повалил его на пол и вырвал оружие из ослабших пальцев.