Чтение онлайн

– Ты чего?
– панк, забывшись, поднял голос, чем немедля навлёк на себя недовольный взгляд лектора.
– Простите, - буркнул ему и продолжил с приятелем уже шепотом: - Ты не так понял! Ничего такого... У нас исключительно невинные, лишенные даже намека на романтику, отношения.

– Это как?

– Он меня шантажирует. Я раздвигаю ноги.

– Э...

– Это было образное выражение, идиот!

– Ясно, - хмыкнул Эдди, ехидно косясь на своего приятеля.
– Тогда, если мы закончили с гипотетическим Тиролем теоретически влекущем тебя образно раздвинуть ноги, не мог бы ты реально заглохнуть и дать мне дослушать лекцию?

Отбрось всё невозможное

Уже поздно вечером, развалившись на огромной, аэродромного типа, кровати, эдаком траходроме, Свай прокручивал вновь и вновь свой утренний разговор с приятелем. Сказать по правде, откровения о том, что в прошлом Макс относился к людям нетрадиционной ориентации более чем лояльно, его не удивили. Он уже давно понял, что белобрысый шантажист совсем не так прост, как пытается казаться. Тут другое не давало покоя.

– Может быть, они с тем парнем и не друзьями были, а парочкой, а? И когда расстались, то Тироль разобиделся на что-то, слетел с катушек и возненавидел всех геев разом... – так предположил Эдди.

– Мне ТАК было надо. ТОГДА. А сейчас это уже не актуально…– а вот так прокомментировал ситуацию Тироль.

И что-то давало парню основания подозревать, что в этом он не врал. Ну не выглядел блондин человеком, способным столь по-детски отреагировать на банальное расставание. Даже если и не банальное. Не вязалось это с его характером. А вот поступить так из холодного расчёта - это запросто. Чем больше Свай об этом думал, тем сильнее утверждался во мнении, что Тироль вёл себя так специально. Не из обиды, нет, а преследуя какую-то вполне конкретную цель. Ему зачем-то нужно было, чтобы все вокруг считали его гомофобом. Зачем?

Озарение пришло внезапно, как зимний период года для ремонтников теплотрасс – да именно для того, чтобы получить такое задание! Боже, как всё просто, оказывается! Пари в клубе заключались заведомо невозможные. А что может быть невозможнее для человека, ненавидящего любой намёк на гомосексуализм, чем соблазнить мужчину? Кусочки пазла медленно, но верно начинали находить свои места в общей картине.

Свай уже давно подозревал, что за постоянными срывами заданий стоит кто-то из своих. Он правда грешил на Камиля. Но если посмотреть на ситуацию с такой стороны… Интересно девки пляшут! Провал следовал за провалом, касса накручивалась, достигнув божественно вкусной суммы, и тут вдруг Макс получает задание, с которым, по идее, не имел никаких шансов справиться, но на деле… На деле для него это было раз плюнуть. Если бы партнёром оказался кто-нибудь другой. Гея он бы соблазнил, натурала подкупил, что и пытался провернуть изначально с музыкантом. А сам поцелуй не представлял, получается, никакой проблемы.

И опять-таки, когда с подкупом не выгорело, компромат всплыл практически мгновенно. Как вроде был заранее заготовлен и только и ждал своего часа. Правда о Джее Салливане была так хорошо запрятана, что за несколько дней её не выкопать, в этом Свай был уверен. Мог ли Макс всё просчитать и заранее подготовиться? Зная хватку блондина, определённо мог. Но откуда он знал, что Хлои предложит именно его? Неужели они заодно?

Нет, не так. Хлои - змеюка почище арабского принца. И рассусоливать по поводу уговоров да подкупов не стала бы. Она из тех, кто идёт по головам, изначально используя свою самую сильную карту. Она бы не стала договариваться по-хорошему. А значит, Тироль действует один. Как тогда?.. А не может ли быть такого, что компромат у него был на всех? Бредовая идея, да. Но как там говорил великий сыщик? Отбросьте то, что заранее невозможно, и то, что останется и будет правдой, как бы дико она не звучала.

Занятная картинка вырисовывается, занятная. Стоило только отринуть свою неприязнь и возмущение и посмотреть трезвым и непредвзятым взглядом со стороны, как перед Сваем предстал простой, продуманный до мелочей, красивый и воистину гениальный план. Вот смотрите.

Максу зачем-то понадобилась крупная сумма денег, которую он по тем или иным причинам не мог попросить у отца. Он посредством каких-то подстав и махинаций добивается постоянных проигрышей своих приятелей по клубу. Терпеливо ждёт, когда приз достигнет необходимой ему величины. Параллельно создаёт себе легенду, благодаря которой в нужный момент ему предлагают плёвое задание. Практически подталкивает к этому. И элегантно, без напряга и подозрений, берёт кассу. Красавчик!

Свай был почти на сто процентов уверен, что так всё и было. Единственное уязвимое место его умозаключений в изначальной предпосылке. О том, что Тиролю необходимы деньги.

– Ты что,– хохотал Макс на их рандеву в кафе, - Решил, что я… там… за деньги?!

– Ему бабки нужны,– вспомнился разговор с барменом в "Котике".

– Я что, выгляжу как человек, которому надо работать? – веселился блондин.

– Тир тут выступает каждый божий день,– опять бармен.

– С любовниками проблем нет – выбирай любого,– объяснял Тироль свою тягу к фривольным танцам.

– Тир не из этих,– настойчиво втолковывал Сваю его приятель.
– За те полгода, что он здесь работает, я вообще ни разу не видел, чтобы он с кем-то уходил. Ни за деньги, ни так, просто…

Врёт? Или не врёт?

Если сказал правду, то вся стройная и логичная теория Свая яйца выеденного не стоит. С другой стороны, если соврал, почему с такой лёгкостью бросил работу? Деньги уже не нужны? Зачем тогда пари? Стоп! А с чего он вообще взял, что пергидрольная зараза прекратил свои занятия хореографией?! Мало ли, что тот сказал! Он же врёт, как дышит.

– А вот мы это сейчас и проверим…

Свай резво вскочил с кровати и осторожно, стараясь не шуметь, выглянул из спальни. Судя по доносившемуся из холла шуму, его охрана была занята своим обычным для этого часа делом – резалась в очередную стрелялку под пиво, попкорн и нетленный "Аэросмит". Парень обулся, стянул с вешалки куртку и ужом выскользнул из квартиры в мягкую темноту ночи.

Вечер в "Котике" был в самом разгаре. Об этом недвусмысленно сообщала оглушительная музыка, разносящаяся благодаря плохой звукоизоляции и открытым настежь дверям на несколько сот метров в округе, да разномастная толпа на входе.