Чтение онлайн

– И даже батончики "Марс" и "Крошка Руфь"?

– Да, в огромном количестве и каждый день, – подтвердил он. Я ощущала жар, исходящий от его разгоряченного лица, и искоса наблюдала за ним. Он заразительно рассмеялся сам над собой, продолжая сбивчиво что-то рассказывать, и вдруг его глаза встретились с моими, задержавшись на одно мгновение дольше положенного. – Еще увидимся, – торопливо сказал он.

Мы как-то очень долго пожимали друг другу руки на прощание, я не сразу понял почему, – наверное, чтобы избежать более опасных прикосновений. Даже от этого дружеского рукопожатия волоски на моей руке встали дыбом. А моя система раннего оповещения не среагировала, оставив меня в недоумении, как же все это понимать. Похожее ощущение я испытала когда-то, стоя у распахнутого окна на двадцать первом этаже, – жуткое желание броситься вниз головой. В моей жизни мужчины всегда занимали довольно видное место, и, судя по всему, история грозила повториться. Хотя, как всегда, не вовремя, подумалось мне.

Когда в шесть вечера я подкатила к входу в "Корнере К-9", Гвен как раз закрывала дверь на ключ. Опустив стекло, я высунула голову и окликнула ее:

– Может, поедем вместе на моей машине?

– Лучше я поеду за вами, – ответила она. – Вы ведь знаете, где находится "Палм-Гарден"? Кстати, не возражаете против этого местечка?

– Нет, оно меня вполне устраивает.

Она направилась к автостоянке и уже через минуту выкатила оттуда на ярко-желтом "саабе".

Ресторан был всего в нескольких кварталах езды, и вскоре мы припарковали свои автомобили бок о бок рядом с "Палм-Гарден".

Гвен скинула с себя комбинезон и поспешно отряхнула подол юбки.

– Ничего не поделаешь, собачья шерсть, – извинилась она. – Обычно сразу после работы я принимаю ванну.

"Палм-Гарден" располагался в самом сердце Санта-Терезы, позади торгового центра. Столики здесь были установлены прямо на тротуаре между большими деревянными кадушками с декоративными пальмами. Мы заняли свободный столик с краю, я заказала бокал белого вина, а она – минеральную воду перье.

– Вы что, совсем не пьете?

– Немного. После развода я практически завязала с выпивкой. Но в свое время здорово ударяла по виски. Как движется ваше расследование?

– Пока трудно сказать что-либо определенное, – честно ответила я. – Скажите, вы давно занимаетесь этим делом – уходом за собаками?

– Дольше, чем мне самой хотелось бы, – сказала она, рассмеявшись.

Мы немного побеседовали о всяких мелочах. Я надеялась таким образом узнать ее поближе и попытаться понять, что же у нее общего с Никки Файф, если в конце концов и та, и другая разорвали свои браки с Лоренсом. Но именно Гвен повернула наш разговор к главной теме.

– Ладно, валяйте. Что вас еще интересует? – взяла она быка за рога.

Мысленно я ей даже поклонилась за такое предложение – своей сообразительностью она здорово облегчила мою миссию.

– Не думала, что вы так быстро пойдете мне навстречу, – заметила я.

– Вы, кажется, уже беседовали с Чарли Скорсони? – спросила она.

– Да, пожалуй, можно начать и с этого, – согласилась я. – Он что, входит в ваш список подозреваемых?

– Вы имеете в виду возможных убийц Лоренса? Нет, не думаю. А меня в его списке, случайно, нет?

Я мотнула головой.

– Вот это уже странно, – удивилась она.

– А почему вы так считаете?

Слегка склонив голову вперед, она спокойно объяснила:

– Он считает, что я слишком ожесточена против Лоренса Файфа. Мне многие говорили об этом. Все-таки городок у нас небольшой. Стоит лишь немного набраться терпения, и вы получите свою исчерпывающую характеристику.

– В общем-то у вас достаточно веские причины считать себя обделенной.

– Через все это я прошла много лет назад. Да, кстати, вот вам координаты, если понадобится найти Грега и Диану, – сказала она, доставая из сумочки листок с именами своих детей, их адресами и телефонами.

– Благодарю. Очень вам признательна. Не посоветуете ли еще, как лучше наладить с ними контакт? Не хочется их лишний раз расстраивать.

– Ничего особенного советовать не буду. Они не умеют лукавить – ни тот, ни другая. Может, лишь иногда немного пускают пыль в глаза.

– Как я понимаю, они не поддерживают отношений с Никки.

– Да, похоже, что так. И очень жаль. Это все дела давно минувших дней, и мне хотелось, чтобы они их забыли. Надо сказать, она была очень добра к ним. – Откинувшись немного назад, Гвен стянула ленту с подвязанных волос, слегка их взбила, и они пышной волной рассыпались по плечам.

Ее волосы очень интересного пепельного оттенка, которого, на мой взгляд, невозможно добиться с помощью красителей, изысканно контрастировали с темно-карими глазами.

Я отметила широкие скулы, твердо очерченный рот, прекрасные зубы и здоровый естественный загар.

– А как вы сами относились к Никки? – спросила я, продолжив беседу в том направлении, которое она сама предложила.

– Трудно что-то сказать определенно. Одно время я ее просто проклинала, но позже мне захотелось с ней встретиться и поговорить по душам. Было ощущение, что это помогло бы нам лучше понять друг друга. А хотите знать, почему я вышла за него замуж?

– Интересно...

– У него был большой член, – шаловливо выпалила она и тут же рассмеялась. – В самом деле, в постели это был просто чемпион. Настоящая машина для траханья. До чего же тоскливо заниматься любовью с бездушным автоматом!

– Меня тошнит от таких занятий, – сухо согласилась я.

– То же самое произошло и со мной, когда я наконец поняла, с кем имею дело. Ведь я выходила замуж девственницей и была совсем неопытной.

– О Господи, – вздохнула я. – Вам не позавидуешь, это не секс, а настоящая каторга.

– Особенно когда этот автомат проделывал то же самое, но сзади. Кстати, в этом и заключалось все разнообразие, которым он меня удостаивал. И долгое время мне казалось, что я просто чего-то не понимаю в сексе... – Тут она замолчала, и щеки у нее слегка покраснели.

– И что же заставило вас передумать? – рискнула уточнить я.

– Мне тоже захотелось вина, – проговорила она, и, подозвав официантку, я заказала для нее бокал.

– Эта любовная связь приключилась, когда мне было около тридцати, – продолжала Гвен.