Чтение онлайн

— Замри, — тихо и спокойно произнесла девушка, направляя арбалет мне в живот.

Её тон мне крайне не понравился. И ещё больше не понравился смотрящий на меня болт, измазанный в жиже тварей. Увернуться не успею. Убить не убьёт — всё-таки это не боевое оружие, дела с которым в Южной Корее обстоят не лучшим образом, — но, судя по всему, его мощи хватит, чтобы прошить череп исчадий бездны или пробить кожные покровы моего тела. Действие регенерирующего зелья закончилось — я чувствую это. Получать ранения никак нельзя.

Пришлось сделать, что и было сказано, а вскоре мигнул конверт от человека, который был у меня в друзьях:

«Барс, не дури! У меня здесь мать. У Хё Симы — младший брат. У Донхёна — дети. Два часа назад я держал связь с Канбуком, там была такая же ситуация. В чате написали, что они отправляются убивать мобов. Через две минуты в чате остался только я. Остальные обнулены. Потом я добавил в друзья знакомого из Кансо. Пригласили в чат. Снова та же история. И снова все исчезли из рейтинга».

(Канбук и Кансо — районы Сеула — прим.автора).

Мотивы людей были кристально ясны: они защищают свои семьи, а я всего лишь неправильно поведший себя незнакомец, который невольно привел к ним монстров и которого в случае чего можно устранить. К тому же они наверняка думают, что если убьют меня, то ничего непоправимого не произойдет — отправлюсь к артефакту фиксации. Говорить же, что одна смерть равносильна обнулению?.. Ищите дурака в другом месте.

Веня и паучиха, как я понял, не делились ничем, что нарушало бы правила системы: то есть информация про интуицию не стоит под запретом. Начал набирать ответ, основной посыл которого заключался в обостренном шестом чувстве у игроков, но отправить не успел — интерфейс услужливо высветил, что неизвестный удалил меня как из друзей, так и из общегруппового чата. Попытался связаться через личку, но всплыло, что для отправления письма требуется пятьдесят единиц опыта, а нужное количество новоявленной валюты у меня отсутствовало.

Минуты шли. Тревога всё нарастала. Хё Сим и не подумала убирать арбалет. Быть может, я бы успел подставить под выпущенный болт топор или автомат, но шансы на это невелики. К тому же непонятно, что делать дальше. Прорываться с боем? Даже не смешно. Военный меня скрутит в два счёта и отправит к артефакту фиксации. Да и открывать пальбу нельзя: звуки выстрелов могут привлечь тварей, а здесь слишком много людей. И о том, чтобы понапрасну расходовать патроны, не могло идти и речи.

Всё решилось само собой. И я сразу понял, кто к нам пожаловал.

Сперва от поверхности пошла легкая вибрация, а после здание содрогнулось. Я уже чувствовал подобное, когда находился у себя дома. Резкий грохот, раздавшийся в ближайшей квартире, разорвал мертвенную тишину.

Я, как и планировал, подставил оружие так, чтобы оно защитило мой живот, но девушка удержалась и не выстрелила. Повезло…

Поднялся гвалт. Детские крики и отчаянные вопли испуганных женщин эхом пронеслись по темным помещениям.

Стена, около которой я стоял, раскалилась, а через миг кирпичи, столкнувшись с запредельной температурой, начали плавиться. Твердый материал моментально превратился в магматическую растекающуюся субстанцию. Образовалась брешь. В прорехе, сверкая пламенеющим оскалом, показалась морда огненного чудовища.

Затрещал автомат среагировавшего военного, но это не возымело никакого эффекта.

Воздух рядом с элементалистом заискрился: возле его головы формировался очередной протуберанец, способный испепелить нашу плоть за одно мгновение.

До существа было метров семь — не больше. Я вдавил спусковой крючок, но направил дуло не в моба, а в мужика. Ствол повело вверх. В неясном свете заметил, как пули немилосердно прошивают человека, превращая его грудную клетку и лицо в фарш. Тут же от артефакта фиксации распространилась неведомая волна. Элементалист, прошибая стены, яркой кометой вылетел из здания. В интерфейсе вспыхнуло сообщение об уничтоженном игроке. Под точкой возрождения уже воссоздавалась новая оболочка для военного.

Давящее чувство тревоги схлынуло в один миг. Я, расталкивая людей, метнулся к той комнате, где валялся слизень: там и дверь не заперта, и выход проверенный имеется. Только нужно сперва расчистить путь. Раз уж нас всё равно обнаружили, следует принять бой. Если остались только обыкновенные исчадия бездны, то, находясь сверху, мы без проблем сможем расправиться с ними. И надеюсь, что заваруха не привлечёт кого-то более могущественного.

Я забежал в квартиру и направился к окну. Донесся гвалт верещащих тварей.

Осмотрелся, выискивая опасных монстров, но таковых не наблюдалось. От прошлой орды осталось не более десятка.

Я оскалился и вогнал клевец в первый подставленный затылок.

Наставница говорила, что наш мир состоит из случайностей и закономерностей. Но, как мне кажется, есть ещё и совпадения высшего порядка. Какова вероятность, что в многомиллионном Сеуле я повстречаю именно этого человека? Как по мне, она ничтожно мала. Хотя, быть может, это и есть та самая случайность?..

— Ещё будут какие-то рекомендации? — спросил военный, поправляя закрепленный на моей спине чехол для клюшки. В футляре покоился продолговатый кусок металла, который прекрасно подходил для перерубания слизней. Против этих тварей орудовать топором или автоматом бесполезно, зато с железякой данный тип монстров не представлял угрозы. Главное — заметить их первым. В противном случае — парализация, адская агония и смерть.

— Спасибо, Донхён. Нет, это всё, — сказал я, протягивая руку его инициализировавшимся детям, смотрящим на меня (да и на отца тоже) с опаской.