Адаптация
Шрифт:
Белок кивнул.
– Мы вс уловили, и - не за что. Мы не смогли бы бросить никого в твом положении.
– А как насчт моего запроса?
– Мизо не терялась и тут же влезла со своими проблемами.
– Вы сделаете мне гражданство? Поручитесь за меня перед Союзом?
– Я уже сказал, этот вопрос будет решать действующий лидер клана. А если бы зависело
от меня, гражданство ты бы нипочм не получила.
– Да почему? Я же вам не мешала! Даже помогла спасти гудронку.
– Разве ты могла бы помешать?
– Могла бы спрятать е в пещеры! Да ту планету насквозь можно по пещерам пересечь!
Злодей требовал, чтобы мы под землей прятались. Так что я гудронку спасла!
– Так его же ты тогда е не попросишь в качестве благодарности за спасение дать тебе
гражданство?
Мизо поскучнела. Действительно, рассчитывать на великодушие Хиромэ мог только глу-
пец. Не то чтобы она была злопамятной, но непоследовательной и необязательной точно была.
Думаю, она легко могла наобещать золотые горы и элементарно о свом ветреном обещании
забыть, и доказывай потом, что тебе положена королевская благодарность.
– И вообще, шла бы проторенной дорогой, - Белок пришел в себя и покрылся крепкой бро-
нй. – Стала бы адаптанткой. Даже Айка смогла идти по этому пути, а она, заметь, даже не
знала, где и что.
– Потому и пошла, - фыркнула Мизо. – Тащиться в адапторий – да это же позорище на-
туральное!
– Прости, - тут же сказала она мне. – Ты не знала.
Я пожала плечами.
– Мне не важно.
Действительно, это последнее, что меня колыхало в данный момент. Тоже мне позор. Да я
ещ и не на то бы пошла, чтобы добраться до Земли, причм добровольно. Может, и замуж бы
согласилась выйти за первого встречного, кто знает.
Заметив, что кисейцы устали от нашей болтовни, мы с Мизо решили вернуться в каюту.
Ходить тут особо было негде, все помещения, кроме технического, располагались в радиусе
метров тридцати, но совершенно неожиданно под дверями нашей каюты мы нашли Парфена
собственной персоной. Он был чистый, в новой одежде и выглядел так, будто явился на сви-
дание.
– Не боишься, что Хиромэ застукает? – поинтересовалась Мизо, не дав мне и рта рас-
крыть. Она многозначительно оглядела его снизу доверху, но Парфен сделал вид, что ничего
не замечает.
– Она занята. Заказывает платье на вечер, мы же почти подлетели. Несколько часов до на-
чала вечера, наследным принцессам столько времени требуется впритык, чтобы подготовить-
ся.
– Ладно, я в душ, - сказала Мизо, чуть только переступила порог каюты и ушла, оставив
нас наедине.
– Я сяду, - заявил Парфен и сам выбрал место, усевшись в одно из двух небольших кресел
напротив экрана. Пришлось сесть во второе и включить канал с фильмами, где продолжался
вчерашний сериал. Туман я включать не стала, так и не привыкла к нему до сих пор.
Мы помолчали. Потом помолчали ещ немного.
Я как-то неловко себя чувствовала и даже занервничала, так что схватила лошадь и стала
теребить в руках, потому как меня успокаивает, когда руки чем-нибудь заняты.
Как-то вс нелепо складывается. Я так переживала насчт дома и как там мои родные, так
переживала, что не заметила, как без памяти влюбилась в инопланетянина. Нашла, в общем,
чем себя занять. Разве так можно? И непонятно теперь, что делать, он так глубоко успел про-
сочиться в душу, что теперь с этой гудронкой хоть на стену лезь. При этом гордость не позво-
лит спросить его о дальнейших планах касательном моей скромной персоны.
И когда я так успела вляпаться? Наверняка, в тот самый момент, когда в лагере кисейцев
он выскочил следом за мной под дождь, не знаю, зачем, но хочется думать, что просто не смог
меня отпустить. Точнее, в результате смог, но это был последний неконтролируемый рывок,
который пришлось останавливать титаническим усилием воли.
Или когда он, ни секунды не мешкая, вывернул всю собранную Росу, чтобы купить мне
вакцину? И даже пусть я была не в смертельной опасности, но как на духу – сколько моих
близких знакомых сделали бы тоже самое?
Не уверена, что насчитаю и трх.
В общем, молчание затянулось. А я не знала, как его нарушить. Как перейти этот неж-
данный порог.
И не знала, нужно ли это делать. Не станет ли хуже?
Он тем временем смотрел на мои руки, не отрываясь и практически не моргая.
Через некоторое время я поняла, что его внимание привлекло вовсе не отсутствие у меня
маникюра, а вязаная лошадка. И верно – у них тут вероятно нет таких животных. Возможно,
схожие, но вс равно другие.
– Нравится?
Он быстро кивнул.
– Забирай.
Я протянула игрушку, предлагая взять. Но Парфен не пошевелился.
– Ты правда хочешь мне это… эту подарить?
– Конечно. Это лошадка. У нас на Земле когда-то их использовали как ездовых животных.
Человек по сравнению с ней размером такой.
Я показала указательный палец.
Тогда он взял лошадку двумя пальцами. Так бережно, как пожалуй и ко мне не прикасал-
ся. Или это ревность говорит? Неужели я ревную даже к лошади, причем созданной своими