Адепт
Шрифт:
— Я рассказывал дознавателю и об угрозах, и о пакостях, но он лишь сказал, что ничем не может помочь, — со вздохом сказал Нешшор.
— И все равно я уверен, что ее убили по приказу Ушрака, но не могу понять, как это могло быть проделано.
— А чего тут непонятного? — удивился я. — Раз нет никаких следов, значит, работал квалифицированный маг. Ему ведь ничего не стоило активировать маскировку и пробраться в замок незамеченным. А создать иллюзию твоей матери, проходящей около слуг — вообще пара пустяков, как и, собственно, все остальное.
— Нет, Алекс, ты не прав. Маги никогда бы не стали выполнять такой заказ, это ведь тебе не Империя! Здесь если возникнет подозрение, что в убийстве знатной особы замешан одаренный, такой шум поднимется… В результате пострадают очень многие, поэтому маги сами следят за тем, чтобы законы соблюдались неукоснительно. Лет двадцать назад одного ученика мага казнили вместе со всей его родней после того, как он убил пару конкурентов весьма состоятельного торговца, а его учителя лишили должности и права брать себе учеников. После этого появился новый закон об ужесточении наказания за убийство магией, а также дополнение к уже существующему, в котором предусматривалась награда за предотвращение заказного убийства. Так что убийца мамы просто не мог быть магом. Ушрак не стал бы подставляться, ведь исполнитель мог сам сдать его королю и получить за это немаленькое вознаграждение безо всякого риска. Тем более что все остальное также говорит об этом.
— Не будь столь категоричен, — покачал я головой. — Отсутствие следов магии на теле еще не является неоспоримым фактом.
— Я совсем не это имел в виду. Дело в том, что мой дед был отличным магом и обеспечил маму всеми необходимыми амулетами. И амулет защиты был далеко не единственным. В ее ухе всегда висела серьга, которая сигнализировала о появлении в пределах видимости сильных магов, чтобы всегда можно было успеть подготовиться к их встрече. Поэтому я не думаю, что кто-нибудь, обладающий магическими способностями, смог подобраться к ней незамеченным. И потом, видели же несколько слуг ее прямо перед убийством, и я думаю, маг первым делом постарался проверить твое предположение на счет иллюзии… Кстати, Неш, где они сейчас?
— Сбежали в числе прочих.
— Их нужно срочно разыскать.
— Не стоит терять время, — махнул я рукой. — Если они непричастны, то смогут лишь повторить свою историю, а если замешаны в покушении, то их уже не найти. В таком случае всех исполнителей убирают в первую очередь. Но вот с магом, наставником Алиши, побеседовать не помешало бы. Уж больно быстро он слинял с горизонта.
— Наверное, просто испугался, что его могут в чем-то обвинить, — предположил Хор.
— Ну, бегство — это не лучший выход из ситуации, оно лишь подтверждает подозрения. Демон задумался, а потом хмуро пробормотал:
— То есть, ты все еще настаиваешь на своей версии? Но как маг мог убить маму, не приближаясь к ней и не оставив никаких следов магического воздействия?
— У меня есть одна догадка, но, боюсь, она вам очень не понравится, — сказала Киса.
— Расскажи, тогда и посмотрим, — повернулся я к вампирше.
— Я знаю, как создать один сложный амулет, который может вводить любого неодаренного в состояние транса и внушать ему определенную схему действий. В момент активации плетение этого амулета погружает «объект» в глубокий сон, предоставляя загодя созданные магом образы. Это весьма похоже на обучающее сновидение, но при этом сохраняется мышечно-моторная связь сознания с телом. То есть если разумный под воздействием амулета будет совершать какие-либо действия в своем сне, то с большой вероятностью можно сказать, что и в реальности он будет делать то же самое. А создать качественный образ и обеспечить жертве нужную мотивацию поступков для специалиста нашей расы — пара пустяков. Кстати, именно это и подтверждает рассказ свидетелей, ведь легкая заторможенность как раз характерна для работы такого амулета. Хор, похоже, твоя мама действительно выпрыгнула из башни сама, просто не осознавая этого.
Демон витиевато выругался, а потом смущенно посмотрел на Алишу. Но та совсем не обратила внимания на слова брата, а с неприкрытой ненавистью смотрела на Кису.
— Я же говорила, что не понравится, — печально констатировала девушка, пожав плечами.
— Получается, вампир, создававший амулет должен был хотя бы раз побывать в замке? — уточнил я, надеясь на простое решение задачи.
— Нет, конечно. Можно создавать нужный образ и по иллюзиям, но ведь можно и вовсе не утруждаться и заложить только четкий приказ, а сознание само выстроит все необходимые детали.
— Блин, опять пусто, — вздохнул я и, посмотрев на демоницу, добавил: — Разумеется, после происшествия в замке никаких странных амулетов не находили? Алиша покачала головой.
— Тогда если он не самоликвидировался, отработав свое, значит, его либо унесли слуги, либо развеял маг. И тогда становится понятным, почему он сбежал — хоть никаких доказательств не осталось, но поджилки-то все равно трясутся. Одного я никак не могу осознать: зачем затевать такую возню из-за какого-то мелкого графства? Ведь, извини, Хор, дохода оно особого не приносит, территория маленькая, кроме садов ничего полезного, типа рудников, заводов и прочего, на нем нет, замок тоже сокровищ никаких не содержит. Так зачем напрягаться и тратить такие средства? Ответил мне Нешшор:
— Алекс, вы не правы. Наше графство всегда было лакомым кусочком, так как расположено рядом со столицей, приносит стабильный доход без каких-либо затрат и считается весьма престижным в кругах знати. Теперь многие будут стремиться заполучить его себе, а наши соседи наверняка приложат к этому все свои силы.
— Подавятся! — зло рыкнул Хор. — Земли графства останутся у нашей семьи!
Я в сомнениях покачал головой. Если соседи развернули широкомасштабную травлю, то наверняка заранее придумали, как заграбастать эту территорию себе, иначе бы и не начинали действовать. Хотя тоже странно — зачем нужен был этот террор? Не проще ли сразу устранить графиню? К чему такая долгая прелюдия? Этот вопрос я сразу переадресовал Нешшору.
— Ничего странного, — ответил демон. — Таким способом наши соседи принуждали овдовевшую хозяйку вновь выбрать себе мужа. И желательно из числа их ближайшей родни, представители которой регулярно приезжали к нам свататься, но получали решительный отказ. Если бы вы знали, сколько раз в этом замке я слышал речи гостей о том, что без крепкой руки в графстве так и будут происходить разные несчастия… Но Лилирша была непоколебима и отвечала всем ухажерам, что останется верной своему погибшему мужу. Хотя, наверное, лучше было бы…
Нешшор не стал продолжать, но его мысль я понял и одобрил. Действительно, к чему было сопротивляться? Проще было уступить после настойчивых просьб, отыграть свадьбу, после которой благоверный вдруг отбросит копыта, отравившись грибочками на праздничном столе и не добравшись даже до супружеского ложа, и снова изобразить безутешную вдову. После такого вряд ли кто-либо осмелился бы вновь заявляться в гости с подобными предложениями, а если нет — вариантов несчастных случаев до фига и больше. Почему же Лилирша не осмелилась на это?