Чтение онлайн

Вернулся Нилс. Он был совершенно прав – заметно изуродованный регенератор, находившийся на тележке, имел неприглядный вид. Мне это было совершенно безразлично, а он расстроился. Ему нравилось гордиться своей работой, а эмоциональное состояние у него было сейчас весьма шатким.

– Мы нагреем это помещение с помощью энергетической ячейки, – объявил я. Салмагард вскинула брови. У Нилса отвисла челюсть.

– Вы изжарите нас заживо! – воскликнул он. – Мы же не сможем регулировать теплоотдачу. А скафандр, даже при наличии собственной энергии, не сможет сбалансировать такую разницу температур.

– Конечно, только после того, как мы лишимся остаточного тепла, – успокоил я его. – Будет весьма холодно. Мы поместим элемент в изолятор, так сказать, подвергнем карантину и сбережем немного тепла. – Раз уж мы не можем найти полезное применение нашим энергетическим ресурсам, пусть они, по крайней мере, греют нас. В пусковом отсеке для шаттла должно остаться еще много батарей.

Нилсу моя идея не понравилась, но лучших предложений у него не было. Я послал с ним Салмагард; двоим будет легче погрузить тяжелую батарею на гравитележку. Только-только они ушли, как вернулась Дейлани. При виде доставленного ею груза я испытал немыслимое облегчение. Когда температура понизится, эти вакуум-скафандры станут для нас единственным спасением от холода. Нужно будет поддерживать заряд в их аккумуляторах. Перспектива замерзнуть до смерти совсем не устраивала меня.

– Что дальше? – спросила она, взглянув на меня. Это был новый взгляд. Я не мог бы точно сказать, что он означал, но он показался мне обнадеживающим.

Над вопросом я задумался. Дейлани не имела технической подготовки, которая требовалась для того, чтобы пользоваться белковым комбайном. Значит, это дело оставалось для Нилса. Вообще, для Нилса и меня много чего оставалось. Но я был привязан к диагностическому столу.

– Уверен, что у нас есть много крайне неотложных дел, но сейчас – почему бы вам не поискать проектор, читальные планшеты и какие-нибудь документы? Если мы засядем здесь надолго, нам нужно будет чем-нибудь заняться. Я говорю совершенно серьезно.

Дейлани вышла с прежним непримиримым выражением на лице, и я порадовался тому, что у нее нет оружия. Но ведь, если нам и в самом деле придется торчать здесь несколько недель, она будет только признательна мне за это предложение.

Я располагал несколькими минутами тишины и покоя, чтобы обдумать наши следующие шаги. Поскольку лифты не работают, Салмагард и Нилс потратят на доставку энергетического элемента довольно много времени. Затем нужно будет заняться водой. Потребуется отыскать какие-то емкости и придумать, как лучше добраться до воды, имеющейся на корабле. Конечно, не через краны – они управляются компьютером. Я склонялся к тому, чтобы пробить трубу, заткнуть ее и открывать по мере надобности, но, несомненно, существовал и какой-нибудь более изящный путь. Тут предстояло думать Нилсу.

Я сел и инстинктивно прикоснулся свободной рукой к пульту управления коммом, закрепленному на воротнике. Только что кто-то ушел с общего канала. Звук в динамике изменился слабо, почти незаметно, однако в тишине и полумраке медицинского отсека я просто не мог этого не услышать.

Я принялся переключать каналы и вскоре услышал голоса. Ничего удивительного – Нилс и Дейлани. И затеяла все, несомненно, Дейлани.

– … но вы можете это сделать? – спросила Дейлани. Она явно пыталась втянуть парня во что-то.

– Мог бы. Но не стану.

– Вы отказываетесь выполнить приказ?

– Мэм, у вас нет подчиненных, но если бы даже и были, я к ним не относился бы.

– При таких обстоятельствах… – начала было Дейлани, но Нилс перебил ее.

– При таких обстоятельствах мы делаем то, что необходимо, а значит, слушаем любого, у кого есть дельные мысли. – Я гордился Нилсом, но жалел, что он не проявил твердость раньше.

Вот, значит, как они себя ведут, когда меня нет поблизости. Этих новичков натаскали на то, чтобы они олицетворяли собой воплощение Эвагарда. Сдержанность, профессионализм, безукоризненность. Сейчас они держатся более естественно. Дейлани неистовствовала в моем присутствии, но, оказывается, она и за моей спиной старалась заручиться поддержкой своих сотоварищей-практикантов. Разумно. В некотором роде.

– Он вражеский агент и собирается что-то устроить. Он вовсе не хочет дожидаться имперских спасателей, – убежденно заявила Дейлани.

Честно говоря, так далеко вперед я ничего не задумывал. Похоже, Дейлани беспокоилась о моих проблемах вместо меня. Очень любезно с ее стороны.

– Но он так или иначе дождется их – и сам знает это, – потому что у нас на корабле представительница рода, – заметил Нилс. Он был совершенно прав. Если имперцы найдут нас, причиной этого могут стать и чудесные гены Салмагард, и моя персона.

– Да, и единственный шанс спастись появится у него, только если некому будет сказать спасателям, кто он такой на самом деле. То есть не будет нас.

Как же тщательно Дейлани все продумала!

– Мы не знаем, кто он такой, – возразил Нилс.

– Она знает.

Пора было вмешаться. Дейлани двигалась по дурной дорожке, тянула Нилса за собой на опасный путь и, судя по разговору, намеревалась с пристрастием допросить Салмагард. Перед Нилсом стоял непростой выбор – не подчиняться либо человеку, который, возможно, носит почетное звание адмирала, либо женщине, которая совершенно точно является лейтенантом имперских вооруженных сил.

Такое положение было далеко от идеального. Неужели Дейлани просто не желает спустить все на тормозах? Нет, слабое объяснение. Ведь отчего она так растеряна и подавлена: ее паранойя имеет вполне законное основание. Произошла целая серия диверсий, и вдобавок ко всему – я. Представляю себе, какой подозрительной фигурой я должен казаться этим троим. Понятно, что она на пределе. Она всего-навсего исполняет то, чему ее учили, и старается защитить от опасности своих товарищей, тех людей, о которых доподлинно знает: они товарищи.

Во мне она видит угрозу и пытается обезопасить от меня Нилса и Салмагард. Возможно, это свидетельствует, что в ней имеются задатки настоящего офицера.

Но если она и дальше будет так себя вести, то погубит нас всех. Известно, куда ведут добрые намерения.

– Вы, двое, своими глазами видели, что я сам отдал оружие, так? – внезапно сказал я в коммуникатор.

Наступившее молчание позабавило меня. Я живо представил себе их лица. Впрочем, Дейлани быстро очухалась.

– Осмелюсь заметить, – напряженным голосом выговорила она, – что нам следует ожидать, что ганрайский агент не будет таким уж беспомощным даже без оружия.