Чтение онлайн

– Око за око. Просто взрослые дяди пошутили друг над другом, - заметила Лиза.
– Ведь верно?

– Послушайте, Шалго, - заговорила, остановившись перед ним, Бланка, продолжавшая все это время нервно расхаживать по комнате.
– Чего вы от нас хотите? Чего? Не довольно ли? Мне это все уже порядком надоело.

– Дорогая Бланка, - по-матерински ласково проговорила Лиза, - неужели вы не видите, что Шалго намеренно дразнит вас?

– Но почему?

– Это у него такой способ. Он хочет, чтобы преступник сам разоблачил себя.

– Преступник?
– переспросил профессор Табори.
– Какой еще преступник?

– Например, убийца Виктора Меннеля, - предположила Лиза.

– Но ведь майор Балинт твердо считает, что убийца - некий Эрих Фокс. Захватив драгоценности, Фокс бежал на Запад, - неуверенно сказал Казмер.

– Майор Балинт заблуждается, - возразил Шалго.
– Этот некий Эрих Фокс вчера вернулся в Венгрию. И знаете, от кого я это узнал? Все от того же Пьера Монтье, что назначил мне свидание в Шиофоке.

– Что-то ты слишком все запутал, - с сомнением в голосе сказал Табори.
– Сначала ты заявил, что тебе звонил по нашему телефону мнимый француз. Теперь ты снова говоришь о каком-то уже настоящем французе. Кто же он такой, этот твой француз?

– Француз живет в "Русалке". А из вашего дома кто-то, назвавшись его именем, позвонил мне. Какой-то человек, хорошо знавший, что Монтье на несколько дней уехал в Кестхей и что майор Балинт подозревает в убийстве выехавшего за границу Эриха Фокса. А план отправить меня в Шиофок, видно, родился у этого шутника в голове, когда он узнал, что Эрих Фокс снова вернулся в Венгрию.

– Но ведь майор Балинт нашел даже отпечатки пальцев убийцы и в машине и в комнате Меннеля и следы ног в гараже. Что же еще нужно?

– То были мои следы!
– сказал Шалго.
– Моих пальцев. И моих ног. Так что майор Балинт заблуждается. Убийца еще не сбежал на Запад. И драгоценности тоже пока еще не вывезены. Они все еще лежат в машине господина Хубера.

– В моей машине?
– удивился Хубер.

– Ну, господин Отто Хубер! Вы, я вижу, не простой человек, - признал Шалго.
– И ничего не скажешь, придумали вы все воистину ловко...

– Вот-вот! Я так и знал: все именно так и должно было кончиться! Нет, вам на слово верить нельзя! Я выдал вам двенадцать агентов "Ганзы". Выдал, рискуя жизнью. На меня совершено покушение. Чего же вы еще от меня хотите?

– Агентов вы, господин Хубер, не выдали, а продали! За дипломатический паспорт. Но вот вопрос: стали бы вы их продавать, если бы не поняли сразу, что мы уже и без вас все знаем о тайном радиопередатчике в машине Меннеля?

– Не понимаю, о чем вы говорите?

– Об электросигнальном диске. На нем ведь три отметки: плюс, минус и нуль. Когда вы осмотрели машину, указатель стоял на минусе. И вы поняли, что в машину кто-то заглядывал, а значит, нам все уже известно и потому автомобиль вам не отдадут. Что делает в таком случае умный человек? Умный человек делает вид, будто бы он сам, добровольно... И действительно, вы тут же приходите и "по секрету" сообщаете нам, что Меннель - шпион "Ганзы", и другие, давно известные нам вещи.

– Но для чего тогда господину Хуберу было выдавать вам агентуру? возразил Казмер.

– За плату. Хубер с готовностью пошел на это, потому что он действительно решил порвать с Брауном и компанией. И для него теперь дороги были уже не агенты "Ганзы", а спрятанные на вилле драгоценности и дипломатический паспорт.

– Фантазируешь, Шалго, - усомнился Табори.
– Если бы это было так, Хубер попросил бы достать ему билет куда угодно, только не на Кубу.

– А я уверен, что на Кубу он вовсе и не собирается лететь, - сказал Шалго.
– По пути самолет делает посадку в Канаде. И господину Хуберу совсем не обязательно продолжать полет до Гаваны.

– Поразительно, как богата ваша фантазия, - иронически заметил Хубер. И ни одного слова правды!

– Вы мне нравитесь, Хубер, своей стойкостью! И все же вы провалились. Это вы, Хубер, получили от полковника Кары номер нашего прямого телефона. И только вы! По этому телефону вы и позвонили, приглашая меня на свидание в Шиофок, потому как хотели отослать меня из Эмеда перед своим отъездом. Позвонили из дома Табори и говорили по-французски.

– Делая такие смелые умозаключения, вы скоро придете к выводу, что я и есть генерал Гелен собственной персоной!

Нужно признать, что Шалго не рассчитывал на такое упорство своего противника.

– А что вы скажете относительно вот этого чертежика?
– продолжал он атаковать Хубера, вынув из внутреннего кармана пиджака план виллы. Кажется, вы именно его искали повсюду сегодня после обеда?

– Это не мой план. Я нашел его среди бумаг Меннеля...

– Понимаю, - кивнул головой Шалго и, повернувшись к Бланке, спросил: А вам знаком этот рисунок?

– Впервые вижу.

– Странно, - удивился Шалго.
– Между тем на этой бумаженции почему-то сохранились отпечатки пальцев и Меннеля, и Хубера, и ваши.

Бланка недоуменно пожала плечами.

– Не знаю, как они на нее попали...

– И вы, конечно, не знаете, что за вилла на ней изображена?

– Откуда я могу это знать?

– А вы вглядитесь получше. Вот, к примеру, эта комната на плане гостиная. Два окна с видом на Балатон. Вот здесь - улица Казмера, ныне Петефи. Эта комната примечательна тем, что в ней появился на свет Казмер.

– Я?
– Казмер бросил на Шалго взгляд, полный изумления, смешанного с отчаянием.

– Да, ты! Здесь тебе дала жизнь твоя мать, Бланка Табори. Она же и кормила тебя грудью. Правда, только до двухмесячного возраста. Затем отдала в приют. А в сорок пятом усыновила. Что со всех точек зрения деяние весьма похвальное. А вот в этой комнате, выходящей во двор, жил твой отец, Казмер, - Карой Моноштори, майор венгерского генерального штаба.
– Шалго кивнул на Хубера: - Вот он собственной персоной. Правда, теперь он стал почему-то Отто Хубером. Но если ты взглянешь на эту вот картинку, все твои сомнения рассеются.
– Шалго вытащил из кармана фотографию и протянул ее Казмеру.

– Вы - мой отец?
– Казмер Табори перевел взгляд с фотографии на Хубера.

– Положите все это на стол!
– закричал Хубер и выхватил из кармана пистолет.

Профессор Табори бросил на сестру уничтожающий взгляд:

– Почему ты, несчастная, не сказала мне, кто этот человек?

– Оставь меня в покое, Матэ, - взмолилась бедная женщина.
– Я любила его и пожертвовала ради него всей своей жизнью. Да, он - отец Казмера!

– Отставить!
– решительным голосом скомандовал Хубер.
– Все это вы еще успеете обсудить позднее. А пока, Шалго, все - на стол! И план дома тоже.