Алгоритм судьбы
Шрифт:
– Все за мной! – гаркнул Туссен, спеша к лестнице.
Атриум перекрыт не был. То ли в ловушку заманивают, то ли просто не додумали…
– Вниз?! – крикнул Пеккала.
– Вверх, вверх! Бегом!
На минус двадцать девятом горизонте такие же тяжёлые плиты вычленяли секцию коридора и мигали апельсиновые огни.
Людей Тимофей заметил лишь на минус двадцать втором. Здесь ничего не мигало, не выло, однако навстречу ему выскочил высоколобый субъект в белом халате и заорал:
– Что случилось?!
Кнуров смолчал, находясь в полнейшей растерянности – английский субъекта он понял, но что дальше-то? Ответить? А его акцент?
Тут же набежало человек пять в белом, мужчин и женщин, чёрных, белых и цветных. Савельев не растерялся.
– В шахте заложена бомба! – заорал он на очень приличном «инглише». – Всем срочно эвакуироваться!
Эффект от его слов был похож на явление хорька в курятник. Люди в белых халатах закудахтали, завизжали, заметались. За поворотом коридора сухо щёлкнул выстрел. Оттуда выбежал бледный Богессен с пистолетом в руке.
– Без паники! – прокричал он и выстрелил в потолок. – Все к лифтам! Кто обслуживает предиктор? Ко мне, живо!
Подбежала женщина латинской наружности, бальзаковского возраста, но все ещё хорошенькая.
– Дэзи Фуэнтес! – представилась она. – Старший инженер!
– Полковник Багсон! – лихо козырнул Гуннар. – Ведите нас, Дэзи! Надо убедиться, что террористы не проникли к «Сивилле».
– Ну, Сиби трудно изнасиловать! – улыбнулась Дэзи Фуэнтес. Инженериня была так напугана, что улыбка вышла жалкой.
– Вперёд! – скомандовал Богессен.
– Есть, сэр! – ответила Фуэнтес, вкладывая в ответ остаток бойкости.
ДШГ накрутила ещё пять горизонтов, прежде чем покинула винтовую лестницу. Перед Кнуровым открылся светлый коридор, стены которого прорезала всего пара дверей.
– Здесь, – сказала Фуэнтес, задыхаясь, – блоки высших функций! Выше только дополнительные нейроблоки, гипер-компьютер «Блэк скай» и коллекторы информации.
– Тимоти, – подозвал Богессен Кнурова, – проверить!
Тимофей сообразил, что от него требуется, и лихо козырнул.
Следом за Дэзи он проник в святая святых, в гнездилище «Сивиллы». Мисс Фуэнтес что-то говорила ему, он её плохо понимал и лишь отпускал короткое «йес!». Дэзи на бегу отворяла тяжёлые двери, пропуская «Тимоти» в модули, где в скрещениях питательных нитей висели конические гель-кристаллы.
– О’кей! – сказал он бодрым голосом и поманил Дэзи обратно.
Доклада он не делал, лишь кивнул Богессену – мол, тут он, предиктор вероятного противника.
– Ясно! – кивнул Гуннар и сделал незаметный жест космопехам.
Те осторожно сунули в угол между стеной и переборкой тусклый цилиндр мезонного заряда, замаскированный под урну.
– Быстро наверх! – распорядился Богессен.
Дэзи ринулась первой, ДШГ затопала за ней.
– К лифтам!
Пассажирские лифты на минус тринадцатом горизонте были заняты и сновали вверх-вниз, проводя плановую эвакуацию, но Туссен – командование снова перешло к нему – удовольствовался грузовым подъёмником. Двигался он медленнее пассажирских, зато вмещал всю ДШГ разом.
Громыхнув, двери сошлись, и лифт тронулся.
– А кто на нас напал, сэр? – спросила Дэзи дрожащим голосом.
Туссен посмотрел на неё и только головой покачал. Самоуверенность американцев, подчас доходившая до наглости, всегда поражала и злила его. Особенно в этой идиотской смеси с потрясающей наивностью, берущей начало в дремучем невежестве. Ладно бы там тупой негр с окраины, а то ведь старший инженер секретного проекта! Как дети, ей-богу…
– Мы подозреваем, – мужественным голосом сказал Богессен, – что здесь замешана организация «Сейф-уль-ислам», что означает «Меч ислама». В проекте работают индийцы или пакистанцы?
– Да-а… – испуганно прошептала Дэзи. – Моего помощника зовут Муслим Аббас…
Богессен сурово нахмурился и обратился к Туссену, подмигивая:
– Помните такого, Норт?
– А как же! – хмыкнул Туссен, подхватывая эстафетную палочку. – Муслим Аббас, он же Абдалла Фахд, он же Ясир Косой. Опасный террорист, служил полевым командиром у Хаджи Юсуфа, выдвинулся в визири Машрика в подпольном правительстве Всемирного халифата. А уж сколько на нём крови… У-у-у…
Дэзи побледнела ещё пуще, до оттенка зелени, и всхлипнула.
– Я… я не знала… – пролепетала она.
– Вы тут ни при чём, – покачал головой Богессен. – Муслим умеет внедряться, у него талант к имперсонации… Ага, приехали!
Дёрнувшись, лифт остановился. Дверцы его разъехались, и взору Тимофея открылся обширный зал, по которому метались десятки людей в белых халатах. Растерянные охранники в форме морской пехоты тонули в толпе, как пастухи среди обезумевшего стада.
– Все к выходу! – проорал Гуннар и пальнул вверх.
– Сержант! – рявкнул Норди, завидев знаки отличия на форме белобрысого парня. – Ко мне!
– Сэр! – завопил сержант, отдавая честь. – Сержант Макклейн, сэр!
– Организуйте эвакуацию, сержант Макклейн! Почему двери до сих пор заблокированы? Что за бардак?!
– Сэр! – провопил сержант. – Не было приказа, сэр!
– Ну, так вот вам ясный и чёткий приказ: немедленно разблокировать дверь!
– Сэр! Есть, сэр!
Тяжёлые створы глухо загудели и стали разъезжаться. Толпа учёных, заревев, кинулась в расходившуюся щель. Началась давка. ДШГ, пользуясь суматохой, проскользнула за двери-ворота, мешаясь с «беженцами». За воротами открывалось что-то вроде прихожей, но величиной с ангар. И ещё одни двери пошли раскрываться, пропуская уже не искусственный, а вполне натуральный солнечный свет.