Алиар
Шрифт:
Кина пропустила страницу и вновь стала читать. Повелитель Мечей смог вырваться; сражался и был убит. Сразу же после смерти, как и всегда, его тело обратилось в пепел, так что клеймить его второй раз не получилось.
Но тут налетели демоны Повелителя Мечей и растерзали почти всех спасителей Алиара. Выжил только Тог, хотя и лишился ноги и глаза. Победив последнего демона, он пополз к выходу, оставляя за собой кровавый след; изуродованной рукой он придерживал свой распоротый живот, но даже так его кишки вываливались и цеплялись за… нет, эта книга была совершенно невыносима!
Кина поняла, что больше не может сдерживаться. Стоило сказать Причилле, что отказавшиеся печатать это были не так уж и не правы! Она вскинула голову и взглянула на спокойно спящую старушку. И лишь тут поняла, что Причилла не спит.
У Причиллы не было родственников, и приготовлениями к похоронам занималась сама Кина. Никогда ей не приходилось проводить столько времени рядом со смертью. Раньше, бывало, говорили, что кто-то из банды погиб, или ей самой доводилось видеть труп, или быть на похоронах. Но вот так — омыть, переодеть, уложить в гроб… в полной мере осознать, что перед тобой уже не человек, а тело…
Похороны оплачивал мэр, ведь Причилла была почётной жительницей города. Её похоронили в тот же день: у церкви не было особых правил на этот счёт, а Кине хотелось покончить со всем поскорее…
Она сидела в часовне у кладбища и сжимала в руке этот самый длинный в мире чулок. Смерть Причиллы, неожиданность новостей о Джоне, беспокойство о будущем слились в единую непреодолимую тоску.
Кина сидела в часовне долго, бесконечно долго, и наконец её мысли стали ближе к жизни. Как Причилла всё это предчувствовала? Она ведь никогда раньше не говорила о смерти… и именно в последние дни… дошла ли её душа до Творца?.. передаст ли Причилла её просьбу?.. Что будет с ней и Джоном?
Дальше мысли снова заменили тоска и отчаяние. Кина сцепила пальцы, едва не ломая их. Может быть, всё будет хорошо. Может быть, всё обойдётся. Но сейчас у неё не было сил жить…
— Ты не должна печалиться из-за этого, дочь моя, — Кина не смогла поднять голову: она боялась разрыдаться. Всё, что она видела, — это край монашеской робы. — Причилла была достойной прихожанкой и доброй женщиной. Сейчас она с нашим всеблагим Творцом, а когда отдохнёт, снова вернётся в Алиар и будет ещё счастливее.
В голове Кины промелькнуло множество мыслей. Что добрый человек не может писать такие гадости. Что злой человек не бывает так доброжелателен. Что монах сначала сказал, какой она была прихожанкой и уже потом, что была доброй… Что, может быть, Причилла и впрямь встретит самого Творца и даже передаст её просьбу, и что нужно было просить о том, чтобы они прожили долго и счастливо…
— Ко многим из нас смерть приходит неожиданно. А у Причиллы было время подготовиться, покаяться и всех простить, — слова монаха были совершенно обыденными, но он произносил их с такой теплотой и верой, что проникнулась даже Кина. Всё так же погружённая в свои мысли, она кивнула: действительно, смерть Причиллы не была столь ужасной. — Тебе не стоит переживать из-за этого… у тебя совсем другие поводы.
Кина вскинула взгляд. Рядом с ней сидел немолодой, очень усталый мужчина с добрыми и понимающими глазами. Черты лица показались ей знакомыми, но она не сразу поняла, что перед ней… отец Ульа.
— Что вам от меня нужно?
Кроме них в церкви никого не было. Она вскочила, но монах и не двинулся, чтобы удержать её. Он успокаивающе развёл руками:
— Ничего. Наоборот, это я хотел бы кое-что тебе рассказать.
— Я вам не верю!
— Это твоё право. Может быть, я всё-таки расскажу? А ты подумаешь, спросишь у мужа…
Его голос завораживал. Ульа стал святым отцом на десять лет раньше положенного и уже имел большой вес в Айнере — далеко не просто так. Он обладал невероятной харизмой и сильным умением убеждать. Кина против воли почувствовала себя успокоенной. Она опустилась обратно на скамейку и махнула рукой — продолжайте.
Монах печально вздохнул.
— Ты знаешь, что Причилла писала книги? И очень хорошо. Мне жаль, что у нас так мало времени, иначе я обязательно дал бы тебе одну…
— Я читала её книгу. «Забытые моменты Извечной войны».
— Правда? — в глазах святого отца отразились столь искренние радость и восхищение, что Кине пришлось тряхнуть головой, чтобы не попасться на крючок. — Чудесно! Тогда мне придётся объяснять гораздо меньше. Нет, нет! Не задавай вопросов, дочь моя. Я расскажу тебе всё, и их сразу станет гораздо меньше… Ох, Творец, как же это тяжело!..
Он снова вздохнул и коснулся рукой лба, а потом продолжил:
— Ты читала про знак шести звёзд, которым Творец награждает героев Алиара? — Кина кивнула. — А… что они получают его в знак своей связи с Повелителем Мечей?.. Потому что он носит точно такой же?
— Я не понимаю, к чему вы клоните! — воскликнула Кина, действительно не понимая, в первую очередь не понимая, что заставляет её так кричать, ведь монах не сказал ничего ужасного.
— Твой муж — Повелитель Мечей. Подумай сама: мужчина среднего возраста, непримечательной внешности, со знаком Творца — и ты сама видела, как он владеет мечами…
— Это неправда! — выкрикнула Кина, — вы лжёте! — но все слова, все поступки Джона вдруг сложились в единую картину.
— Мне тоже очень жаль… но мои слова легко проверить. Ты читала про клеймо у него на груди?
— Дэйниэл Святый…
Кина закрыла лицо руками. Тот ужасный шрам около родинок. Глубокая выемка в груди. Сведённое клеймо. Нет, нет, это не может быть правдой!
— Да, это так больно! Считать, что выходила замуж по любви, а оказаться лишь прикрытием! Конечно, кто заподозрит Повелителя Мечей в женатом человеке… Мне так жаль, так жаль, дочь моя! Но ты должна быть сильной. Ты одна можешь спасти Алиар. Послушай! Тот амулет, что ты выкрала у брата Елло… нет-нет, я не виню тебя, ведь ты не понимала, что творишь. Но этот амулет обладает огромной силой. Он нужен, чтобы разрушить мир — или захватить его…