Чтение онлайн

Почти полмира Чингисхан завоевал, Русь, Индию, Китай и Палестину объединил под своей властью, чтоб не было войны, дороги строил, понижал налоги, традиции, культуру уважал народов разных, не во дворцах захваченных сам жил, в юрте. К себе со всего мира мудрецов призвать стремился. Как общество счастливым сделать, думал вместе с ними, как вечность и бессмертие народов всем познать. Среди завоевателей Земли его империя существовала дольше всех, он что-то знал, достиг и показал, и все ж империя распалась. И Чингисхан в веках простым завоевателем зовётся, сказать кто может из живущих ныне, в чём заключались истинные намерения его — он не озвучил их.

— А может, просто уничтожены они иль в свитках где-нибудь сейчас хранятся.

— Намерения не только в свитках — в сердцах людских должны храниться. Не смог озвучить Чингисхан их так, чтобы в веках из поколенья в поколенье они передавались.

— Разительны примеры. Лишь удивляться можно, почему за миллионы лет значения не придавали люди необходимости озвучить жизнь свою? Сейчас мне тоже думается — он предвестник новой эры. Скажи, Анастасия, а как озвучишь ты перед людьми и перед собою устремления свои?

— Владимир, в твоих книгах изложены ведь устремления мои. Если конкретика ещё нужна, скажу: из всей Вселенной звуки лучшие я соберу и в сочетанья букв и в ноты их вложу. Поэтов нынешних, тебя, Владимир, бардов попрошу озвучить их. Душой своей почувствует их множество людей. Интерпретируют пусть люди на понятном языке и моделируют Земли расцвет, её прекрасное цветенье. Когда мелодии среды достойной человека обнимут Землю всю, среди соседей добрых буду помогать я нашим внукам их поместья создавать, своё пространство родовое при этом не забуду.

— А что же мне сказать себе и как перед людьми озвучить декларацию свою?

— Об этом каждый должен сам подумать.

— Да. Конечно сам. Хотя мне проект уже существующий созвучен. Что от себя к нему добавить, буду думать сам.

Я попрошу и всех читателей над ним подумать.

Этот документ необходим, он является важным посланием основателей родового поместья будущим поколениям своего рода. Наказом, идущим из народа, власть имущим всех уровней, общением с ними. Будет хорошо, если красиво оформленный подобный документ как реликвия будет храниться в каждой семье, наряду с родовой книгой основателей родового поместья или намеривающихся его основать.

С трепетом и благодарностью будет читать его человек в прекрасном саду родового поместья и через сто лет, читать и вспоминать основателя. А кто-то через сто лет, затерявшийся в водовороте жизни, роясь в старых вещах своих родителей, вдруг увидит и прочитает об их неосуществлённых намерениях. И появится в человеке жгучее желание осуществить их.

И ещё, думаю, было бы полезным отправить подобный документ каждому лично из властей местных и в ООН.

И считаю также необходимым учредить в рамках ООН ежегодную научно-практическую конференцию «Родовые поместья будущего».

Есть у Анастасии одна неудобная, на мой взгляд, черта. Она обладает колоссальным объёмом информации, с удовольствием отвечает на многие вопросы, но на некоторые отвечать категорически отказывается. Эта её категоричность иногда раздражает, иногда просто злит. Но она, даже видя раздражение и злость, всё равно стоит на своей позиции.

Например, она категорически отказывается сделать показательную планировку родового поместья и его ландшафтный дизайн. «Этим я в творчество твоё вмешаюсь, Владимир, движение твоей мысли заторможу. Не ты, а я проект рожу. Он словно неродным ребёнком будет для тебя», — говорит она, и ещё разные другие аргументы приводит.

Но у меня возникла серьёзная и неразрешимая ситуация как раз именно по обустройству родового поместья. Я долго обдумывал, как убедить Анастасию помочь или сказать, что задача неразрешима, чтобы я не тратил попусту время.

В очередной раз я сделал попытку переубедить Анастасию и поступиться своими принципами. Время выбрал подходящее — день был солнечный, тайга благоухала. Анастасия сидела под кедром, заплетала свои золотистые волосы в косу. Я ходил около неё взад-вперёд, мысленно подбирая весомые аргументы. Она заговорила первой. С улыбкой ласковой спросила.

— Тебя, Владимир, мысли будоражат сложные? Ты рядом, здесь, и в то же время в своих мыслях, далеко от этих мест.

Я присел рядом с Анастасией я начал говорить, стараясь быть как можно убедительнее.

— Понимаешь, Анастасия, сложилась такая ситуация, что мне без твоей помощи никак не обойтись.

— Какая ситуация, Владимир?

— Семь лет назад, недалеко от города Владимира, я, осматривая окрестности, заехал на своем джипе на поле и застрял. Машина села на днище, и вытащить её можно было лишь с помощью трактора. Пока я ждал тракториста, осматривал заброшенное, поросшее бурьяном поле. Место там довольно красивое, поле окружал смешанный лес, перед лесом протекал ручей, невдалеке виднелось большое озеро. И я подумал, хорошо, если бы здесь возникло поселение, состоящее из родовых поместий. Люди построят красивые дома, разобьют цветники, посадят сады и дороги нормальные построят.

И надо же было такому случиться, что через год именно в этом месте всё так и произошло. Люди, читатели книг серии «Звенящие кедры России», стали брать землю под строительство родовых поместий. Организаторы предложили и мне тоже взять один гектар, и я, сам не знаю почему, согласился. Может быть, поддержать их тогда захотелось. Но своим гектаром я почти никак не занимался, временами вообще о нём забывал. Лишь два раза позвонил и попросил, чтобы засеяли землю горчицей для облагораживания почвы. Земли

там малоплодородные, сантиметров пятнадцать-двадцать плодородный слой, дальше идёт песок сантиметров на тридцать, потом сплошная глина.

О своём гектаре я совсем позабыл. Есть у меня квартира, дом загородный недалеко от города, ты знаешь о нём, Анастасия. Да и в Сибири мне есть где жить.

Но так случилось, что через пять лет я приехал туда, где застрял мой джип. Уже подъезжая, я был поражён увиденным. Ты представляешь, Анастасия? Бывают же чудеса! По обе стороны большого озера, там, где раньше был пустырь, стояли дома. Разные они были. Большие, добротные и совсем крошечные. От трассы к домам вели насыпные гравием подъездные дороги. Поля, заброшенные вокруг озера, люди разбивали на участки и закладывали свои родовые поместья.