Чтение онлайн

Анчутка еще посидел, качая копытом, потом спрыгнул с лавочки и метнулся к печке. Около минуты за печкой слышалась какая-то возня, а потом копытца зацокали в другом углу, за спиной егеря.

– Пошли уж, что расселся. У кого лавка бела, у того жопа гола.

Уйти, однако, удалось не очень далеко, только до двери. Мужичок во дворе заверещал дурным голосом, послышалась пара гулких выстрелов, и на поляну выкатились с десяток оборванцев. Одна из шаек, промышлявших в местных лесах да по удаленным деревням.

Когда одинокую лесную заимку окружает шайка мародеров, организовывать круговую оборону имеет смысл только в том случае, если есть шанс дождаться подкрепления. В противном случае осада закончится либо быстро – пожаром и последующей стрельбой по движущейся подкопченной мишени, либо не очень быстрой перестрелкой, в которой у десятка стволов шансов всяко больше, чем у одного.

Подкрепления Лехе ждать не приходилось. Его пребывание в Южных провинциях подразумевало приватность, да и звать на подмогу было некого.

Варианты организовывать оборону заимки тоже были сомнительны. Круговая оборона в одно лицо – это оксюморон. Как ни крутись, а с одной стороны всегда задница.

Поэтому когда главарь шайки осторожно открыл дверь, он увидел сидящего на полатях человека в егерской куртке со штурмовым рюкзаком за спиной. Человек лениво жевал галету с полоской сыра, которую держал в левой руке. Правая рука сжимала рукоять лежащего на коленях автоматического «Вихря», ствол которого смотрел на главаря. За спиной человека, на рюкзаке, сидел угольно-черный демон с красными горящими глазами и внимательно смотрел на главаря.

– А почему не стучишься, иль в свой дом пришел? – строго спросил егерь.

В голове главаря возникла странная пустота. Ноги предательски онемели, и он с тоской почувствовал, что пресловутая медвежья болезнь – это не признак слабости или малодушия. Это попытка организма сделать хоть что-то привычное в ситуации, когда тело застыло от ужаса.

Демон за спиной егеря раскинул мохнатые крылья, ощерился и неожиданно человеческим языком сказал: – человек простой, на пороге постой.

Судорога внутри главаря наконец дошла от горла до желудка, кишечник тоже не остался в стороне, и отчаянный прыжок с порога сопровождался уже отчетливой реактивной тягой. Вся шайка подхватилась, не раздумывая, вслед за вожаком.

– Тебя кто за язык тянул? – Леха покосился на анчутку. – Мы, мля, не на ярмарке, говорящих собачек показывать.

– Вырвалось. – Анчутка спрыгнул с рюкзака. – Судя по запаху, они побежали в сторону вон того оврага. – он махнул рукой в сторону расселины.

– Судя по скорости, скорее всего они побежали в сторону Дальних земель. – Леха принюхался. – Если темп выдержат, то как раз поспеют на раздачу благотворительного ужина Ордена Милосердия у столичных ворот.

***

До пещеры, что затерялась в Черных скалах, пешего ходу было пару дней. Это если без различных оказий и длинных привалов. Но в местах, кишащих нечистью и бандами мародеров, без оказии никак не получается.

На первом же привале, когда егерь решил свернуть к завалившемуся дереву, возле обочины неожиданно закрутилась воронка маленького вихря, разматывая редкие сухие листья. Поднявшись чуть выше колена, листья рассыпались, а вихрь, крутнувшись в сторону дороги, исчез. Егерь чертыхнулся – поляризационные очки, изобретение одного из инженеров барона Аркадия Четвертого, он засунул в рюкзак, а без них нечисть не разглядишь. Особенно, если она не торопиться показаться на глаза.

– Анчутка, – негромко позвал Леха, – что это, шиш балует?

– Минуточку, – попутчик соскочил с рюкзака и исчез в придорожной траве.

Отсутствовал он довольно долго, Леха успел разложиться на стволе дерева с нехитрым перекусом из сухпайка.

Появился анчутка также, как и исчез – внезапно.

– Шиш, кому еще. Только он ушел, не захотел с человеком видеться. А вихрь закрутил, потому что веселый был, из гостей шел. Тут шишига недалеко в камышах, они в дружбе вроде как.

Анчутка снова исчез. Видать, шишигу пошел в камышах вытаптывать.

Появился, когда егерь закончил перекус и уже накидывал на спину рюкзак.

– Шишига болтливая попалась. Говорит, тут недавно ватага мчалась – ну словно лось в тоске. Редко кто в лесу так проворно бегает, на ее то веку немалом и не припомнила. Похоже, наши гости, – анчутка довольно хмыкнул.

– А еще говорит, среди шишей молва идет, что ведьмак к Черным Скалам собрался, награду ему старосты посулили. – Взгляд его стал тоскливым, даже красные искорки в глазках словно покрылись пеплом.

– Порубает всех, до кого дотянется. До войны с кочевниками в этих землях ходил один ведьмак, правда, до Черных Скал не дошел – так всех кикимор извел в округе. Леших в лесу порубал, считай только в Черных Скалах и уцелели. Даже шишигами, и теми не брезговал. Правильно говорят – берегись бед, пока их нет.

Появление ведьмака не сулило ничего хорошего. Ведьмак был идеальной машиной для убийства всякой нечисти. И это сильно осложняло задачу егерей. Обычно ведьмаки и егеря сторонились друг друга, не вступая в открытые стычки. Но получивший задание ведьмак не посчитается с егерем, оказавшимся на пути.

Леха поудобнее поправил рюкзак, махнул головой, приглашая анчутку занять свое место, и двинулся в путь. Анчутка, как любая нечисть, не весил ничего, и ношу не тяжелил. А заставлять его семенить своими копытцами рядом не хотелось. Мало ли кто увидит – так и на Леху еще ведьмака наймут. Как на пособника и соучастника.

После разговора с шишигой анчутка сидел как пришибленный. Ради справедливости, он и до того не надоедал Лехе никчемной суетой – сидел себе на рюкзаке и сидел, свои нечистые думы думал. А сейчас крепко загрустил.