Чтение онлайн

«Он холодный… Да к тому же

Разве дело только в стуже?

Человек-то, мой дружок,

Прежде был четвероног,

Был лицом похож на нас —

Он двуногим стал сейчас,

По земле гуляет с рожей

На медвежью не похожей,

Шкура стала гладкой кожей, —

Словом, вовсе озверел.

Так-то, дорогой пострел…»

«Что-то, дедушка, не так:

Ты, как вижу я, чудак,

Ведь у зверя в нашем мире

Лап не две, а все четыре,

И ведь все четвероногие —

Ну, не все, а, скажем, многие —

Норовят разинуть пасть,

На двуногого напасть!»

«Никогда бы на двуногого

Не полез медведь из логова,

Если б люди и медведи

Жили мирно, как соседи,

Если б племена людишек

Не охотились на мишек…

Но тебя я не корю,

О тебе не говорю:

Ты за прочих не ответчик,

Сторожишь своих овечек,

И Лупар-то, твой дружок,

Тоже, чай, четвероног.

А теперь послушай, друг:

Если забредешь ты вдруг

В Желтый Дол, где племя наше

В огненной потопло каше,

Где сидит огонь в суглинке —

Помни, парень: посрединке

На четыре лапы стань,

Мчись — и на бегу горлань:

«Я дед Митря!.. Страшный дед!

У меня пощады нет:

Эй вы, черти, там, внизу:

Всем пупы поотгрызу!»

…Отдохнувший пастушок

Снова вышел на снежок,

Новый день слепяще светел.

Скоро Дед Мороза встретил.

«Ну, дружок, ступай за мной!

Здесь, в пещере ледяной,

Угощу тебя обедом —

Будешь помнить встречу с дедом!

Только я присвистну, друг,

И тотчас четыре братца,

Сыновья мои, примчатся,

Соберутся в тесный круг

Воеводы снежных вьюг,

Повелители буранов,

Полководцы ураганов,

И циклонов главари,—

С ними ты поговори!

Старший сын зовется Кривец,

Он упрямец и спесивец,

Хочет властно править сам;

Стоит Осени унылой

Разгуляться с полной силой

По равнинам и лесам,—

Насылает Кривец жадный

На дубравы и луга

Волны стужи беспощадной

И глубокие снега;

Белый саван полотняный

Расстилает всюду он,

Степи, рощи и поляны

Погружая в мертвый сон.

Балтарец — мой сын второй,

Он мосты умело строит

И хрустальною корой

Реки и озера кроет.

Одевает все пруды

Голубой бронею прочной

И наращивает льды

На поверхности воды

Непроточной и проточной.

Третий сын мой — Салтарец,

Он художник и мудрец,

И рукою чудотворной

Ткет сверкающй ковер

На вершинах синих гор,

Обшивает хмурый бор

Кружевной тесьмой узорной

И парчою расписной,

И на каждой ветке черной

Нижет зернами отборный

Крупный жемчуг рассыпной.

Бродит по селеньям сонным,

Под покровом темноты

И пером посеребренным

Чертит на стекле оконном

Небывалые цветы.

Младший сын мой — Войошел,

Покровитель тех, кто смел,

Кто морозов не боится,

Кто зимою, словно птица,

На коньках, на лыжах мчится,

Разрумянясь на ветру,

Кто снимает снег руками

И кидается снежками,

Затевая поутру

Развеселую игру.

Так проворны все четыре,

Что никто не может в мире

Средь небесной, вольной шири

Их движенья увидать,

Только слышно в небе чистом,

Как летят они со свистом,

Ветру быстрому под стать!

Дед замолк — и во дворец

Вдруг ввалился молодец,

Великан широкобровый.

Это Кривец был суровый,

Властолюбец и гордец.

Сам он — белый, словно мельник,

Голос — будто вьюжный вой,

Борода торчит, как ельник,

В пышной пене снеговой.

Появился в то же время

Балтарец в хрустальном шлеме,

В белых сапогах крылатых,

В боевых зеркальных латах,

В меховом плаще до пят.

И звенел певучий голос,

Как по снегу санный полоз,

Как стозвучный смех ребят,

Что по речкам, по озерам

Всю-то зиму напролет

Бороздят скрипучий лед

Удивительным узором.

Третьим прибыл во дворец

Синеглазый Салтарец

Из далекого скитанья.

Живописцев лучший друг,

Он взмахнул руками вдруг,—

Каждый палец длинных рук —

Будто кисть для рисованья.

Небогата речь словами

И отрывисто звучит —

Словно дерево стучит

По ночам в окно ветвями.

А четвертым прилетел

Краснощекий Войошел.

Он силач неугомонный,

Вечно весел, вечно юн

И никем не превзойденный

Конькобежец и летун.

На холме, как перед боем,

Ждут велений старика

Неподвижным, ровным строем

Окрыленные войска:

Ураганы, Бури, Вьюги

Молча выстроились в ряд.