Шрифт:
Глава 1
– Ну и где искать его. Как можно быть такой другой, – ругала я себя, бредя по улице. Есть хотелось жутко. Работу потеряла. Шеф узнал, что я ночую в баре. К родителям вернуться не могу, стыдно. К бабушке с дедушкой поехать, денег нет. Да и тоже очень стыдно. Остался всего год учебы, а я на грани отчисления, так как пришлось много работать, чтобы отдать хоть часть долгов, которые мне оставил Стас. Он говорил, что боится своего отца, что он может нас разлучить. Решено, пойду к нему. Найдя в интернете адрес компании отца Стаса, уверенной походкой иду к автобусной остановке, ехать нужно на другой конец города. Через полчаса добираюсь до нужного адреса, пять минут борюсь с собой, чтобы войти в офис.
– Девушка вы к кому? – тут же останавливает меня охранник на входе.
– Я к Борису Андреевичу Жукову, – бормочу я. Стараюсь спокойно смотреть на охранника внушительных размеров.
– Вы на собеседование?
– Нет, я по личному вопросу, – отвечаю я и тут же ругаю себя, на чем свет стоит.
– Вам назначено? – Продолжает допрос охранник.
– Нет. Но мне очень нужно увидеть Бориса Андреевича.
Нас прерывает вышедший из-за угла мужчина. Он бросает на меня мимолетный взгляд, а вот с охранником прощается и выходит на улицу.
– Сегодня уже приема не будет. Борис Андреевич уехал, – говорит все охранник и садится на свое место.
Бросаюсь вслед за вышедшим мужчиной.
– Борис Андреевич! – кричу я.
Он останавливается возле большого черного джипа и оборачивается ко мне.
– Борис Андреевич подождите.
– Что Вы хотите? – серые глаза смотрят на меня серьезно.
– Я хочу спросить, где Стас? Я не могу его найти, в университете он уже вторую неделю не появляется, – выпаливаю я, подбежав к нему.
– Во-первых: здравствуйте. Во-вторых: я бы тоже хотел знать, где мой сын, – спокойно проговаривает он каждое слово и чуть прищурившись, смотрит на меня.
Ну да, я не совсем по погоде одета. Тонкая ветровка, в октябре месяце в Питере совсем не актуальна.
– Это из-за Вас он ушел из дома. Из-за Вас он нигде не мог устроиться на работу. А, сейчас вообще исчез. Почему Вы так с ним поступаете? – гневно выдаю я ему.
Борис Андреевич слегка приподнимает бровь, его глаза темнеют и грозно на меня смотрят. Я ежусь под этим взглядом и делаю шаг назад. Не выдержав пристального взгляда, опускаю глаза и смотрю на начищенные туфли Бориса Андреевича.
– Я был бы счастлив, если бы узнал, что Стас устроился на работу. И поверьте, девушка, я бы этому точно не препятствовал. Прощайте, – проговорил Борис Андреевич и сел в джип.
– Но, но… Борис Андреевич, – промямлила я.
Мои слова утонули в реве мотора автомобиля.
– Борис Андреевич, – с криком я кинулась за джипом, сократив путь, выскочила практически под колеса. Споткнувшись, рухнула на асфальт. Автомобиль остановился возле меня в нескольких сантиметрах. Мне было больно и не было сил подняться. Никак не могла сфокусировать взгляд. А потом и вовсе отключилась.
Меня слегка тряхнуло, начинаю постепенно приходить в себя и чувствовать боль на ладонях и колене. Приоткрыв глаза, я несколько секунд всматриваюсь. Наконец, я понимаю, что нахожусь в джипе на заднем сиденье, а за рулем Борис Андреевич.
– Куда Вы меня везете? – тихо спрашиваю я и пытаюсь сесть ровнее.
– Уже никуда, – отвечает Борис Андреевич и въезжает во двор. Остановив автомобиль под навесом, он выходит. Я сижу, не решаясь даже шелохнуться, но он распахивает мою дверцу, схватив меня под локоть, вытаскивает из машины.
– Что Вы делаете? Где мы? – спрашиваю я, лихорадочно оглядываюсь на закрывающиеся ворота.
– Без сознания Вы мне больше нравились, – грозно говорит Борис Андреевич, поднявшись по порожкам, заводит меня в дом. – Разувайтесь, – приказывает он тихо, но я сразу же выполняю приказ. Он все еще держит меня под руку.
Мы проходим по коридору, свернув за угол, он заводит меня в ванную комнату и отпускает мой локоть. Я настороженно на него смотрю.
– Вам нужно умыться, а лучше принять душ. Можете воспользоваться одним из халатов. Я буду Вас ждать в гостиной. Прямо по коридору. Стиральная машина в Вашем распоряжении, – говорит все он и выходит.
Я смотрю на себя в зеркало, и мой рот искривляется в гримасе. На скуле грязь, волосы тоже грязные, ладони содраны. Одежда в грязи. Тяжело вздохнув, я снимаю одежду, запихнув все в стиральную машину, без труда нахожу стиральный порошок и нажимаю кнопку старт. Под душем мое тело начинает расслабляться, а ссадины щипать от геля. Но я терплю и наслаждаюсь теплой водой. Уже пару дней не могла искупаться. Закутавшись в халат, я вытираю почти насухо волосы и иду в гостиную. Большая комната в светло-бежевых тонах. Слева лестница, ведущая на второй этаж, за ней окно от потолка до пола. Большой камин, напротив него диван и по бокам два кресла бежевого цвета, коричневый журнальный столик, в углу большой телевизор, справа обеденный стол человек на восемь и дальше гостиная плавно переходит в кухню. В камине уже горит огонь, Бориса Андреевича нигде не видно. Босым ногам становится холодно, и я усаживаюсь на диван напротив камина. Смотря на танец огня, думаю о Стасе. «Если его отец не мешал ему в работе, то почему тогда он мне врал. Где сейчас он?»
Треск поленьев и завораживающий танец все больше и больше меня успокаивают, а может это после душа. Голова становится тяжелой, не удержавшись от соблазна, укладываюсь калачиком на мягком и уютном диване. Мой взгляд туманится и веки закрываются. Я проваливаюсь в теплый и уютный сон. Сейчас я не боюсь быть обнаруженной спящей в ресторане или в университете. Мне хорошо и спокойно. Я не слышу, как Борис Андреевич спускается, обнаружив меня, укрывает пледом. Даже не сделав попытки разбудить.
Я сладко потягиваюсь, наконец-то я выспалась за последние два месяца. Приоткрыв глаза, я замечаю сидящего в кресле отца Стаса. Он смотрит внимательно на меня своим непроницаемым взглядом. Я подскакиваю с дивана в испуге, голова тут же начинает кружиться, падаю обратно на подушки. Плед падает на пол, а полы халата расходятся, обнажив мои ноги практически до бедер, и чуть ли не открывают полностью грудь.
– Осторожно, – грозно говорит Борис Андреевич, но не двигается с места. – Если бы я хотел, что-то Вам сделать, то поверьте, Вы бы не спали эту ночь.
От этих слов мои щеки пылают, я лихорадочно поправляю халат и усаживаюсь на диване не в силах взглянуть на него.
– Простите, я не хотела, – бормочу, глядя на сои руки.
– Вчера Вы Елизавета были куда более воинственны, – Боже от его спокойного и в тоже время угрожающего голоса я начинаю заламывать руки.
– Можно мне в ванну?