Аннотация
Шрифт:
– У тебя в рюкзаке аптечка. Давай сюда.
– А что там?
– полюбопытствовал Сержик.
– Раненый!
– Ага! Сейчас!
Он кинулся к своему рюкзаку, достал аптечку, и протянул Захарову. При неярком свете костра, тот покопался внутри, вынул что-то, и склонился над раненым.
– Сержик, да иди сюда! Подержи!
Наклонившись над телом, Сержик увидел изможденное лицо старика, лежащего на земле. Захаров перетягивал жгутом предплечье раненого, пытаясь остановить кровь. Ниже жгута конечность отсутствовала, словно отгрызенная неизвестным хищником. Лохмотья одежды пропитались кровью.
– Держи его, - прохрипел Захаров.
Сержик торопливо протянул руку, и схватил раненого за плечо. Его тотчас словно ударило током. Безотчетно он отдернул руку, чем вызвал недовольство Захарова.
– Какого черта?
– спросил он, - держи крепче!
Сержик снова протянул руку, и уже с осторожностью прикоснулся к старику. Теперь контакт был слабее, но Сержик чувствовал, что его наполняет какая-то энергия.
Захаров сделал укол в предплечье, и снова склонился над раненым, вглядываясь в его лицо. Старик шевельнулся, открыл глаза, и спросил:
– Кто вы?
– Путники, - ответил Захаров.
Глава двенадцатая.
– Путники.., - задумчиво прошептал старик.
– Может быть, это и к лучшему.
– Кто на вас напал?
– спросил Сержик.
– Это неважно. Ты колдун?
– спросил раненый, обращаясь к Сержику.
– Нет, - ответил удивленный парень.
– Ты же черпаешь из меня Силу. Разве ты не замечаешь?
Сержик посмотрел на свою руку, придерживавшую старика за плечо, и резко отдернул ее.
– Я не.. .
– Ты колдун, - уверенно заявил старик. Я чувствую! И я этому очень рад! Скоро я умру, я потерял слишком много крови, и все мое искусство не может помочь мне. Я рад передать тебе свое умение, друг мой! Это главное, что я хотел бы сделать перед смертью.
– Вы ошибаетесь!
– заявил Сержик.
– Это прабабка моя была колдуньей. А я обычный человек.
– Ты потомственный колдун! Возьми же мою Силу! Кроме того, в моем мешке ты найдешь книгу и несколько нужных тебе предметов. Возьми их. Прими, как дар.
– Хорошо, дедушка, - ответил Сержик.
– Но что же случилось?
– Я колдовал в лесу, и в какой-то момент стал беззащитным. Этим и воспользовался мой недруг, колдун-оборотень Стах. Он привел меня в бессознательное состояние, и откусил руку, в которой я сжимал Око ночи.
– А что такое "Око ночи"?
– тут же спросил Сержик.
– Это такой колдовской инструмент. Сам бы я не отдал его ни за что, так что Стах завладел им вместе с моей рукой. Я ничего не мог сделать, так как ничего не чувствовал, и истек кровью. Опасайтесь его, и ни в коем случае не ссорьтесь с ним. Это все!
Раненый запрокинул голову, и его бледное, морщинистое лицо осветилось пламенем костра.
– Руку, дай мне руку, - лихорадочно прошептал он Сержику.
Парень торопливо сунул ему ладонь, и старик, с трудом подняв здоровую руку, схватил ее. Обоих тут же сотрясла крупная дрожь. Сержик конвульсивно откинулся в сторону, не отпуская руки старого колдуна, и протяжно завыл. Люська, проснувшаяся от этого звука, моментально вскочила со спальника, и опрометью бросилась к ним.
– Что такое? Что случилось? Сержик, что с тобой? Кто это?
– на одном дыхании выпалила она.
– Подожди, Люся, потом все объясню. Не мешай!
– отмахнулся от нее Захаров, напряженно следивший за колдунами. Люська присела на корточки, и с удивлением смотрела на эту сцену. От любопытства она округлила глаза и приоткрыла рот.
– Что они делают?
– снова спросила она.
В это время старый колдун отпустил ладонь Сержика, и обмяк. Парень так же повалился наземь без чувств. Захаров с Люськой молча, сидели на корточках, и ждали развязки. Наконец, Захаров встал на колени, прикоснулся пальцами к шее старого колдуна, и сказал:
– Он умер!
– Люська приложила ладони к своим губам, и ахнула. Зашевелился Сержик, и, приподнявшись, сел. Он ошалело уставился на друзей, прокашлялся, и спросил:
– Что, что это было?
– Обычное дело, - усмехнувшись, ответил Захаров, - ты вдруг стал настоящим колдуном.
– Правда? Я чувствую себя так.., даже не знаю, как сказать. Как будто я переел. Меня даже подташнивает. И еще голова кружится.
– Это пройдет Сержик. Потерпи, - сказал Захаров.
Он поднялся, посмотрел в предутренний сумрак, и, подумав, хмуро произнес:
– Надо его похоронить.
Он пропал за деревьями, но вскоре вернулся.
– Я нашел яму. Давайте, берем его.
Он первым подошел к трупу, но Сержик вдруг крикнул:
– Стойте! У него книга и какие-то предметы. Надо все взять. Мало ли чего! Пригодятся!
Захаров пожал плечами, и, вздохнув, склонился над телом, снимая с него сумку-мешок. Проведя руками по трупу, он обнаружил пояс, на котором висело еще что-то. Расстегнув пояс, Захаров бросил его Сержику. Парень, поймав ремень, с интересом стал его разглядывать. Получив еще и сумку, он положил в нее пояс, и упрятал все в свой рюкзак.
– Потом посмотрим, - сказал он.
Втроем они отнесли легонькое тело старого колдуна в яму, получившуюся в результате падения большого дерева. Забросав тело землей и камнями, они недолго постояли над неглубокой могилой, осененной корнями выворотня. Захаров на всякий случай прочитал "Отче наш" и перекрестился, хоть Сержик и сказал, что колдуны не религиозны.
Рассвет застал их уже в пути.
Захаров все так же шагал впереди, но теперь вслед за ним шел Сержик, а Люська, с любопытством взирающая на новоявленного колдуна, двигалась в арьергарде. Любопытство разбирало ее, и она непрерывно бомбардировала Сержика вопросами. Получив всю информацию о происшедшем во время ее сна, она взорвалась еще большим количеством вопросов, но, остановленная Захаровым, замолчала.