Чтение онлайн

– Что происходит?
– спрашиваю я шепотом.

– Это… это невероятно, - лишь отвечает она. Ее глаза стекленеют, а зрачки расширяются. Моя обычно неуклюжая подруга ни разу не спотыкается, пока идёт к флагштоку. Все время она не сводит глаз с ее предписанного партнера, который улыбается ей, скользя сквозь толпу. Голова Данте Суареса стала соразмерной телу, и теперь он симпатичный. Очень симпатичный. Анника широко улыбается, я и вижу, как она берет его за руку и тянет за собой к озеру.

Клаудия Дюрант продолжает говорить имена. Сначала имя девочки, затем имя ее предписанного партнера. Это очень увлекательный процесс, так как никто не знает своего предписанного партнера. Как только произносится имя девочки, все перешептываются и смотрят по сторонам, прежде чем названо имя ее партнера. Я чувствую себя привилегированной, имея честь наблюдать такое важное событие. Единственный человек, который выглядит невозмутимым, это директор лагеря. Она занимает свой пост уже давно, поэтому выглядит скучающей.

Клаудия Дюрант заканчивает перечислять партнеров, размещенных в хижине один, и переходит к хижине два. Анника - единственный человек из Океанской Общины, прикрепленный к хижине один. В основном туда прикреплены девочки из Общины Экосистемы и Трудовой. Я все еще вижу ее вдалеке у озера и пытаюсь подавить свою зависть. Она была приписана к тому, кто ей действительно понравился. К тому, с кем она полностью совместима. Я надеюсь, что мне так же повезет.

Когда называются хижины, я вижу вспышки страха, неуверенности и возбуждения на лицах предписанных партнеров, так как их выбрали вместе. Затем слышу жужжание Третьего, и их окутывает спокойствие. Я не могу дождаться, чтобы спокойствие окутало меня. Чем больше имен называет Клаудия, тем большую тревогу я ощущаю. Она заканчивает с хижинами два и три, переходя к четвертой.

Несмотря на то, что партнеры почти всегда из разных общин, они, как правило, подходят друг другу. Долговязая девушка из Трудовой Общины визжит от восторга, потому что ее партнером становится высокий спортивный парень из Сельскохозяйственной Общины. Близняшки Лодердейл, которые учатся со мной в одном классе в Океанской Общине, становятся партнерами идентичных близнецов из Общины Экосистемы. Клаудия Дюрант называет хижины от пяти до пятнадцати. Еще больше вскриков волнения, еще больше закрепленных будущих пар. Глобальное Управление убрало все неизвестные переменные из семейных отношений, и результатом стал стопроцентный успех супружеских пар. Во времена моей бабушки больше половины семей разводились. Сейчас такое не происходит, потому что семьи образуются по внутренним, а не по внешним составляющим. Наша ДНК диктует совместимость. Больше не нужны догадки. Я настолько зачарована процессом, что не замечаю, что ни я, ни Рейн еще не были вызваны.

– Сколько всего хижин?
– спрашивает Рейн, накручивая свои светлые, почти белые волосы на палец. Она всегда так делает, когда нервничает. Рейн практически одного роста со мной и носит очки в черной оправе, которые делают ее глаза огромными.

– Понятие не имею… шестнадцать, семнадцать?
– Я быстро считаю количество хижин около озера. Всего двадцать. Я оглядываю оставшихся подростков. Больше нет четких цветных групп, а только небольшое количество взволнованных лиц, сканирующих толпу в поисках предписанного партнера.

– Все будет хорошо.
– Я крепко сжимаю ладошку Рейн, чтобы успокоить ее, и прежде чем она успевает сделать также, называют ее имя.

– Хижина девятнадцать, девочки - Рейн Кроули. Твой предписанный партнер Эдвард Стоппард - хижина девятнадцать, мальчики.

Я едва подавляю смех. Эдди - член Океанской Общины и живет в полумиле от меня. Наши отцы работают вместе. Партнером Рейн стал Эдди, ботаник Эдди. Я все еще сильно сжимаю руку Рейн, пока идет процесс запечатлевания. Внезапно я ощущаю вспышку энергии между пальцами. Она идет от ее Третьего, и я чувствую, как энергия распространяется от места между ее глаз к остальным частям нервной системы, сотрясая наши руки. Я смотрю в ее глаза, увеличенные очками. Ее карие зрачки становятся больше и больше. Волна спокойствия обволакивает ее тело, и она встает.

Невозмутимая. Безмятежная.

Я вижу, как они застенчиво здороваются, как старые друзья, которых внезапно попросили полностью поменять их взаимоотношения.

Выбор их пары понятен.

Оба намного умнее, чем остальные члены Океанской Общины, где ценится физическая сила, а не сообразительность. Они будут счастливы. У них будут прекрасные белобрысые малыши, и я думаю, они оба будут морскими биологами. И снова меня накрывает завистью. Переходный период будет намного легче для Рейн не только из-за того, что им не придется ждать еще три года, чтобы быть вместе, но и потому, что они уже знают друг друга. С ней могло быть все намного хуже. Хотя Эдди и немного ботаник, но он хороший парень, так как популярен, умен и очень добр. Я наблюдаю, как они уходят к подножию горы. Эдди нежно берет ее за руку, по одному пальчику, пока их руки не сцепляются полностью. Синева их одежды сочетается - и они выглядят как единое целое, уходя все дальше и дальше, пока не исчезают из вида.

– Хижина двадцать, девочки - Кива Ти.

Моя задумчивость исчезает, как только я слышу свое имя. Вскоре мой Третий загудит, и я обрету счастье в своем предписанном партнере. Я встаю с нетерпением, в ожидание слов Директора Лагеря Дюрант.
– Твой предписанный партнер… - Но она их не произносит. Вместо этого читает еще два девичьих имени из хижины двадцать и четыре имени из мужской хижины двадцать: - Микаэла Флеминг. Блу Паттерсон. Кай Лорен. Бёртон Скора. Дженезис Крафт. Радар Мортон.

Должно быть это ошибка. Гримаса шока накрывает мое лицо, пока я разглядываю оставшихся подростков. Два в зеленом, один в красном, в фиолетовом, в желтом, коричневом, и я.

Аномалии.

***

– Почему я здесь?
– он спросил.

Каликс раздражен. Он неохотно покинул игровую комнату, в которой играл в голографический лазер со своими друзьями. Его команда выигрывала на два очка, и ему не хотелось бросать их на произвол судьбы. Но когда Собек позвал его, Каликс не мог не подчиниться. Он проследовал за отцом с первого этажа на сотый в пентхаус. Из офиса Собека открывался вид на весь город, но Каликс не был впечатлен. Он осмотрел город внизу, заполненный людьми. Он бы хотел быть одним из них, а не сыном и единственным наследником мирового лидера. Каликс плюхнулся в кожаное кресло, думая о том, выигрывает ли еще его команда. Он бы предпочел провести время с друзьями, а не с отцом.

– Ты должен постричь волосы, - прорычал Собек.

– Мне ничего не нужно делать.
– Каликс распустил свой хвост, встряхнув длинными черными волосами, обрамляющими его волевой подбородок. Он вызывающе улыбнулся отцу.

– Это твой выбор… но это пока. Но у всех Заступников короткие волосы, а тебе скоро восемнадцать, - вздохнул Собек. Он привык к непокорности сына и в прошлом он не порицал это. У лидера должен быть непоколебимый дух, и последние семнадцать лет он растил настолько сильного наследника, насколько мог. Скоро его сыну предстоит испытание, и если он выживет, то его возможности станут безграничными.