Чтение онлайн

Сглотнув, Неклюдов покосился на стоящего рядом Рустама. Сдаст-не сдаст? Раньше друг не обращал внимания на его сетевые похождения, но раньше их никто не замечал. И вот теперь попался, и сразу привлек внимание серьезных и опасных людей. Ради чего? Файла, который невозможно расшифровать. Всего двадцать минут назад наткнулся на него, как тут же прибежал куратор с новостью о скором прибытии сотрудника Корпуса Стражей Всевышнего.

Покричав на своих подопечных еще немного, куратор окончательно вымотался от вечерней жары. Сообщив, что все заключенные отряда лишены в этот вечер Конопливита и доступа в секс-барак, он приказал разойтись. Впрочем, известие о запретах расстроило немногих. Старшина отряда, попадавший в исправительные учреждения уже трижды, всегда имел на такие случаи запас таблеток, а несколько трансов уже начали принимать оплату за будущие услуги.

Вскоре перед входом в барак остались лишь Марк с Рустамом и троица местных «блатных».

— Неклюдов, падла, все знают, что это ты! — крикнул с почтительного расстояния их лидер — тощий опиатный нарк.

— Быстро свалили отсюда! — рявкнул Ибрагимов.

— А ты какого за него вписываешься, Рустамчик? — удивился тощий. — Все ведь отгребем из-за твоей сучки!

— Ты вконец тупой?! — шагнул им навстречу Ибрагимов. — Я сказал свалили!

— Да пшел бы ты, — махнул на него рукой тощий и, удаляясь вместе со своими, кинул, — горилла деревенская.

Ибрагимов дернулся было за ними, но передумал. С этими можно разобраться попозже.

— Ну и? — спросил он задумчивого донельзя Марка. — Доигрался? Просто доступа в сеть было мало?

— М-да, интересно все получилось. По-ходу, я попал.

— Что-то не слышно раскаяния, — буркнул Рустам. — Слышь, сегодня я еще за тебя, но завтра ты сам по себе. Я про эти допросы слышал, все дерьмо из тебя вытрясут. Говорят, пытки инквизиции были намного гуманней.

— Делай, что хочешь, — поморщился Марк. — Можешь сдать меня Стражу. Так будет честно.

— Что хоть накопал? Из-за чего будем получать?

— Ничего. Какой-то приказ от Всевышнего. Только он зашифрован личным ключом управляющего. Это что-то очень важное, только Стражи понимают, что его не прочитать. Поэтому не торопятся.

— Вот ты идиот, — восхитился Рустам. — Получить еще два года ни за что.

Марк ударил кулаком в раскрытую ладонь и мрачно улыбнулся:

— Нет. Раз вышла такая хрень, буду сидеть за дело. Файл у меня есть, остался ключ.

Сказав это, он направился в сторону далекого глухого забора, отделявшего административные здания от бараков заключенных.

— Э, ты куда? — окрикнул его Ибрагимов.

— К управляющему, естественно.

— Ну и какого ты поперся за мной? — топая по дорожке для каров, спросил Марк. — Будешь отговаривать?

Поравнявшись с Марком, Ибрагимов сказал:

— Не буду. Ты мужчина. Решил — делай.

— Тогда чего тебе надо? Ты вообще не при делах. Иди домой — выйдешь отсюда молодым.

— И весь вечер торчать с теми баранами? — Он мотнул головой назад в сторону барака.

— Тебе с теми баранами жить еще полтора года. Если не будешь ни во что встревать, конечно.

— Не буду, — пообещал Рустам. — Я только гляну, как тебя будут лупить. За «посмотреть» не наказывают.

— Козлина, — беззлобно фыркнул Неклюдов.

— Дурак.

Перед тем, как наткнуться на злополучную директиву Иджиса, попытаться открыть ее и устроить кипиш, Марк успел как следует покопаться и в облачном аккаунте управляющего и в его личном терминале. По тому, как были сгруппированы файлы, по логам обращений устройства к оперативной памяти, куче мусорных приложений и ужасным тяжеловесным алгоритмам самописных скриптов, Марк сделал вывод, что управляющий — ламер, как называли таких раньше, или, как они предпочитали называть сами себя, обыватель. Дядька этот был уже немолод, больше интересовался вопросами менеджмента и управления персоналом вживую, чем с помощью технологий, и просто пользовался закрепленными за ним устройствами, лишь изредка и не очень удачно пытаясь оптимизировать их работу своими скриптами. Даже Ибрагимов, который окончил лишь обязательный начальный курс образования десять лет назад, очень много с тех пор получал по голове и почти растратил все знания в математике и программировании, был все еще способен накодить куда более изящные пользовательские скрипты или даже написать небольшую, не сложнее древнего DOS, операционку.

В связи с этим открытием и нехваткой времени, Неклюдов сразу отбросил все мысли о попытках добыть ключ с помощью высокотехнологичных методов и решил воспользоваться самым старым и при этом самым эффективным способом получения доступа куда и к чему угодно — социальной инженерией. Скрываться бессмысленно — Страж обязательно вычислит взломщика, — так что лучше просто довести начатое до конца — добыть ключ, расшифровать файл от Всевышнего, скинуть его на сервера хактехников в открытый доступ и получить славу человека, сумевшего первым ухватить одно из бесчисленных щупалец этого спрута, Иджиса, оторвать его и препарировать на глазах у публики. Нанести Всевышнему всего лишь укол, но укол отравленным острием, способным навсегда развеять ореол таинственности и всемогущества, окружающий эту машину уже свыше века. Ну, а потом останется лишь дождаться Стража, который наверняка примчится намного раньше объявленного времени, и отправиться досиживать свой срок в настоящую тюрьму, после которой можно попытаться начать новую жизнь. Может, даже примут обратно в общину. Конечно, срок накинут, но небольшой, можно вытерпеть. За любой технологичный взлом положено получать полгода. Ни днем меньше, ни днем больше. Таковы правила оптимизированного Иджисом уголовного кодекса, и правила эти не дозволенно нарушать никому.

Убедив себя, что серьезных последствий не будет, Неклюдов с Ибрагимовым прошли через ворота мимо дежурного, не обратившего на них внимания. Лишь стоявший неподалеку Цербер — гибрид мини-танка на воздушной подушке и установки ПРО, — приподнял спаренные пулеметы и тут же опустил стволы в походное положение. В пересменки заключенным был разрешен свободный доступ к корпусам техников и снабженцев, и сейчас как раз было это время.

Однако на входе у двухэтажного здания управленцев путь им преградил офицер службы безопасности.

— К кому? — прозвенел из-за маски шлема стальной голос мужчины, сильно не вязавшийся с его расслабленной позой.

— К управляющему, — ответил Марк.

— Цель обращения?

— Ты, наверное, слышал о небольшом скандальчике. Я его причина.

Офицер сменил позу, чуть собрался, пальцы левой руки запорхали по клавишам или менюшкам, видимым только ему. Ладонь правой сначала коснулась рукояти дубинки, после едва заметного поворота головы к Ибрагимову, она переместилась на рукоять закрепленного на бедре пистолета.

— Назначение устройства в левом кармане?

Неклюдов вытащил секундомер. Самодельный, с оторванной и обрезанной от списанного дрона медиа-панелью и грубым, напечатанном на принтере корпусом, собранным с неровными зазорами. Марк втопил одну из двух кнопок, и на дисплее замелькали цифры.

— Мы занимаемся спортом, с этой штукой удобнее.

Помедлив, получая указания, офицер отступил от входа, двери автоматически разъехались.

— Проходи. На третий этаж.

Неклюдов шагнул в здание, Ибрагимов двинулся следом, но уперся грудью в ладонь офицера.