Чтение онлайн

— Попробуйте, — повторил Валенрод, выхватив из ножен ещё один нож, похожий на небольшой меч, и самодовольно ухмыльнулся.

Он знал, что стрелять они не стали бы: положили бы кучу своих в обмен на лейтенанта, который и так был у них в руках. К тому же, гондванцам нет равных в рукопашном бою… Кроме аквилонцев.

Блеснули клинки, раздались крики, кровь плеснула на палубу, солдаты в ужасе стали медленно отходить в сторону надстройки, оставляя на месте недавней схватки груду тел. Один, совсем ещё молодой солдат, поскользнулся на вывалившихся из трупа кишках и рухнул вниз прямо в кровавое месиво. Он истошно завопил, выронил из рук генератор и кинулся в сторону своих.

Валенрод отошёл в противоположную сторону почти к самому краю палубы, держа в руках два окровавленных клинка. Офицер, с ужасом смотря на Адриана, захлёбывающимся голосом приказал солдатам: 'Включить генераторы'

Солдаты нацелили своё оружие на лейтенанта, но тот был спокоен. Из-под корабля вынырнул лавразийский самолёт с поставленными в неподвижное положение крыльями. Пролетев вдоль борта корабля, поднимаясь и быстро теряя скорость, поравнявшись с местом, где стоял Валенрод, самолёт достиг наивысшей точки своего планирования и практически остановился. В этот же момент Адриан прыгнул и приземлился прямо на крыло, из открывшейся дверцы ему кинули верёвку, он ухватился за неё и был втянут внутрь самолёта.

Внутри сидел лейтенант Крейтерн и трое членов экипажа.

— Всё прошло по плану? — спросил Валенрод, облокотившись на стенку.

— Когда у нас что-то шло не по плану, — спокойно произнёс Крейтерн.

— Теперь всё зависит от Вишницкого, только бы…

— Истребители справа! — закричал стрелок.

Крейтерн резко дёрнул штурвал и сбросил частоту взмахов. Машина как будто провалилась в пропасть и понеслась к земле. В паре сотен метров над землёй пилот выровнял машину и повёл её горизонтально, постоянно уходя в стороны, не давая заходящим сзади истребителям, навести на неё генераторы.

— А вот теперь держитесь, — закричал Крейтерн, и через несколько секунд машина врезалась в землю.

Самолёт 'приземлился' на склон поросшего лесом холма, и, пропахав приличное расстояние, сломав немало деревьев, остановился на маленькой лесной полянке. Валенрод и пилоты быстро вылезли из самолёта и бросились в сторону ближайших деревьев. Гондванские истребители пролетели прямо над ними, проскочив мимо.

Адриан услышал позади крик Крейтерна: 'Быстрей, пока они не развернулись, в лес!'. И вдруг он почувствовал, что под ногами у него нет земли. Кубарем полетел вниз по склону и врезался в заросли ольшаника у подножья.

Он с трудом встал и, пробираясь сквозь заросли, увидел аккуратно спускавшегося по склону штурмана.

— Где командир? — прокричал Валенрод.

— Здесь, — ответил ему из чащи голос Крейтерна, а вскоре показался и сам лейтенант.

Вскоре появились второй пилот и стрелок. Прогремел взрыв. Все обернулись и посмотрели в сторону, откуда пришли, где сквозь деревья смутно были видны отблески пламени сгоравшего самолёта.

— Нужно идти, — спокойно произнёс Валенрод и первым направился дальше к выходу из рощи.

Они вышли из леса и сразу же остановились.

В залитой солнцем долине, лежащей между крутыми холмами, текла маленькая речка, почти ручеёк. И через эту долину по направлению к склону, на котором стояло добрых два десятка танков с приведёнными в боевое положение генераторами, двигалась многотысячная армия. Их одежда больше напоминала лохмотья, знамёна были запылены и изорваны, но всё равно гордо развевались на ветру, а вместо сапог у каждого третьего на ногах были просто намотаны тряпки.

Это были солдаты из окружённой Гондванской армии. Они ударили там, где этого не ждали, и когда этого не ждали. Использовавшую последние снаряды для подготовки штурма артиллерию, уходя, взорвали, чтобы она не досталась врагу. Они прорвали фронт и прошлись по трупам тех, кто лишь ждал их капитуляции. Теперь они были всего в нескольких верстах от города, к которому рвались столько лет, так близко и так далеко.

Впереди шёл фельдмаршал, держа в одной руке свой жезл, а во второй офицерскую шпагу. Устройства на танках завращались, и по долине разнёсся протяжный монотонный гул. Инфразвук, направленный в самый центр армии, разошёлся по телам гондванцев. Солдаты сотнями гибли, падая на землю и выплёвывая ошмётки разорванных лёгких. Знамёна падали и тут же поднимались ещё державшимися на ногах. Но скоро всё было кончено, тысячи трупов остались лежать посреди залитой солнцем долины. Гул прекратился.

Валенрод медленно опустился и сел около дерева, тихо произнеся: 'Чёрт возьми, нам бы таких солдат'.

Найгос, столица марионеточного государства Пацифиды. Державшееся почти три месяца осадное положение было, наконец, снято. Комендантский час был сокращён, баррикады и противотанковые ежи убраны, ополченцы распущены по домам. Перспектива захвата города гондванцами не сильно пугала его жителей, им уже было всё равно под кем жить, а вот небольшой глоток свободы и уменьшение количества солдат на улицах были хорошими новостями.

Раньше Адриану нравился этот город, в нём ещё оставалось что-то величественное из старого довоенного мира: его парки и широкие улицы, старинные дома и императорский дворец, в котором ныне размещался штаб экспедиционных войск. Однако, в этот раз всё выглядело каким-то иным, мрачным, как и во всех других городах. Даже небо было всё время затянуто серыми облаками, временами накрапывало, но настоящего дождя не было. После гибели крейсера и отправки в тыл Адриан часто шатался здесь по пустынным улицам, встречая больше солдатские патрули, чем прохожих. Он старался как можно сильнее закутаться в своё старое чёрное пальто, словно прячась от окружающих. Хотя на улице было относительно тепло, он всё время чувствовал, что замерзает.

Была здесь одна хорошенькая кофейня, в которой Валенроду довелось побывать, когда он только прибыл на этот континент. Сейчас там располагалась офицерская столовая, куда и направлялся лейтенант. Когда он вошёл внутрь, то сразу почувствовал чертовски отвратный аромат, который обычно бывает в столовых, когда смешиваются запахи всего съестного и несъестного, что там есть. Это совершенно не сочеталось со старинным, даже несколько аристократическим интерьером помещения.

Валенрод подошёл к столу, за которым сидели Крейтерн и ещё два лейтенанта, один из которых уткнулся в газету, напечатанную на какой-то паршивой жёлто — серой бумаге.