Чтение онлайн

Когда мы подошли к друзьям, никто так и не проронил ни слова. Я устало присел на край пьедестала - на нем возвышалась статуя какой-то крылатой твари - а Бени сразу же бросилась к Малише. Я обвел молчаливую компанию взглядом, которого все, кроме Солла, почему-то избегали.

– В чем дело?
– я вопросительно посмотрел на инквизитора, бесстрастно глядящего на меня своим холодным взором.

– Я обязан задать тебе несколько вопросов, Никк, - церемонно обратился он ко мне.

– Вопросов?
– удивился я.

– Да, - сухо подтвердил Следователь.

– Задавай, конечно, - согласился я.
– Хотя я бы предпочел сначала выбраться из этого поганого места...

– К сожалению, вопросы не терпят отлагательства, - настойчиво заявил инквизитор.

Я пожал плечами, все еще не понимая чего ему, собственно, нужно.

– Почему Архидемон, вместо того, чтобы уничтожить нас всех за истребление его культа - а для этого ему, поверь, было достаточно лишь пальцем шевельнуть - предложил тебе присоединиться к нему?
– В этот момент Бени придвинулась ко мне еще ближе, как это всегда было в детстве, когда она пыталась защитить меня от нападок взрослых.

Заданный Соллом вопрос, честно говоря, поставил меня в тупик - ситуация абсолютно мне чуждая. А ведь действительно - почему?! Почему Князь Бездны самолично заявился в Тэррарум, что само по себе было делом просто неслыханным, да еще и не с целью стереть с лица земли целое королевство или хотя бы просто пару городов, а лишь для того, чтобы лично предложить какому-то жалкому смертному (как называли демоны людей) примкнуть к нему?! Это действительно выглядело, мягко говоря, странно. Теперь я удивлялся, как этот вопрос мог не прийти мне самому в голову. Стала понятна и реакция моих друзей.

Ситуация, что ни говори, была щекотливой и даже опасной. Ведь стоило подобной информации достигнуть ушей верховной Инквизиции - а это легко могло случиться, так как прямо сейчас я разговаривал с ее представителем - и меня, невзирая на то, что я отверг дьявольское предложение Зеалосштара, после долгих пыток, скорее всего, предали бы Очищающему Огню.

– Честно говоря, сам ничего не понимаю, - глядя ему в глаза, открыто признался я.
– Когда появился Архидемон, я приготовился к смерти, которую хотел принять достойно. И его действия, а потом и слова просто повергли меня в шок...

Я замолчал, все больше осознавая произошедшее, и мое сердце, что только недавно бесстрашно противостояло одному из Князей Бездны, начало медленно холодеть.

– Я верю ему! Он ни в чем не виноват!
– неожиданно вклинилась в разговор Фламма, заставляя меня удивленно посмотреть на нее.

– Допустим, - ледяным тоном отрезал Солл, метнув на защитницу убийственный взгляд.
– Но я хочу знать еще кое-что, - он снова впился в меня глазами.
– Почему ты отказался?! Ведь он сулил тебе поистине немыслимое могущество!

Я почувствовал, как тот гнев, который помог мне выстоять под взглядом Зеалосштара, вновь закипает в жилах и холодным пламенем разгорается в моих глазах. Мне вдруг стало все равно, поверит ли Следователь моим словам или нет. И даже трепет перед безграничной властью Инквизиции, что чуть ли не с рождения возникает в каждом гражданине Империи, бесследно исчез.

– Ты слышал мои слова, произнесенные пред ликом смерти. И я готов, если потребуется, повторить их еще раз, - отчеканивая каждое слово, проговорил я.

Несколько секунд наши взгляды, как скрещенные мечи, противостояли друг другу, и, казалось, что вот-вот в разные стороны полетят искры. Но затем Солл неожиданно отвернулся.

– Я тоже тебе верю, Никк, - тихо проговорил он через некоторое время.
– Никогда еще не встречал людей, подобных тебе, - помолчав, добавил инквизитор.
– Как это жутко не прозвучит, но все же скажу - Зеалосштар был прав, говоря о той силе, которая находится где-то внутри тебя. Но вот в чем Архидемон заблуждался, так это в том, что лишь он может помочь тебе постичь ее. Я верю - ты сможешь справиться с этим сам. И эта сила в один прекрасный день станет самым мощным оружием нашей великой Империи в борьбе с ее бесчисленными врагами!

Повисло долгое молчание.

Похоже, никто, как и я сам, просто не знал что сказать. Неторопливо вынув из кармана камзола очередной белоснежный кружевной платок, которых у инквизитора, судя по всему, было никак не меньше дюжины, Солл медленно подошел к трупу убитого им Черта. Аккуратно - так, чтобы не испачкать своего великолепного наряда - Следователь обернул рог дорогой шелковой материей и поднял отрубленную голову твари.

– Думаю, вам тоже следует прихватить парочку доказательств того, что вы уничтожили культ отступников. И головы убитых вами Бесов как нельзя более подходят для этого, - сказал этот потрясающий тип, глядя на Фламму.
– Конечно, придется немного повозиться: шеи у них как у бизонов...
– холодно улыбаясь, добавил Солл и направился к выходу. Однако через несколько шагов внезапно развернулся.

– И вот еще что, - обводя ледяным взглядом всю компанию Защитников, произнес Следователь.
– О том, что здесь было сказано - лучше никому не знать. Включая ваше начальство.

Фламма быстро кивнула.

Глядя на нее, инквизитор тоже кивнул, как бы ставя точку в этом разговоре, а затем развернулся на каблуках и энергично зашагал к выходу. Все молча смотрели на его удаляющуюся фигуру.

Я же размышлял над тем, чего обычному жителю Империи стоило бояться больше: демонов или Инквизицию. И как ни странно, пришел к выводу, что все же последнего...

Оно пульсировало в самой глубине той тьмы, которая обволакивала все вокруг. Я даже не сразу понял, что вижу перед собой что-то, но как только осознал это - смутная тень моментально превратилась в нечто, напоминающее кокон. Вопреки толстой матовой оболочке, я все равно видел внутри него омерзительного карлика, настолько крохотного, что он вряд ли был больше новорожденного ребенка.

Тощие, с гипертрофированными длинными пальцами руки обнимали прижатые к недоразвитому тельцу ноги, словно пытаясь его убаюкать. Рахитная головка, безвольно свисая, едва держалась на шее, точно существо не имело достаточно сил, чтобы поднять ее. Под полупрозрачной, исчерченной сеткой толстых синевато-багровых вен кожей трепетал мозг. Огромные - едва ли не на пол лица - навыкате глаза беспокойно дергались под тонкими пергаментными веками.