Чтение онлайн

— Да что ты можешь знать об этом? — обиженно кинул он, осознавая, что в ее словах действительно был правдивый смысл.

— Ой, смотри не заплачь, несчастное дите!.. — сделав еще несколько шагов вперед, она остановилась и продолжила: — Я знаю это, как никто другой, потому и сама пыталась прикончить себя, еще задолго до тебя. — После этих слов, она заметно умерила свой пыл и перешла на менее эмоциональный и спокойный тон. — Более того, тем же самым способом, что и ты… — стыдливо отведя взгляд, приговорила она, но после вновь уставилась на Августа. — Но меня спасли. И когда я тогда очнулась, то поняла, какую глупость совершила. Я не могла остаться в стороне, увидев, как твое жалкое, увядающее тело падает топориком вниз, особенно учитывая факт, что я к этому косвенно причастна.

— Ты вообще мертва, раз уж на то пошло… — подняв взгляд, Август уткнулся глазами в потолок. — Но, сказать по правде… я искренне счастлив, что мне удалось тебя увидеть перед моей кончиной… — вновь громко закашляв, Август отплевался кровью.

— Девушка, которую ты знал — мертва. И демон, что жил в ней, тоже. Так что, если ты испытывал к ней какие-то теплые чувства — не питай себя своими розовыми надеждами о том, что я вновь оправдаю твои ожидания. Потому что я нечто совершенно иное.

— Никаких теплых чувств, просто… ты была действительно значимым моментом в моей жизни, хоть и считаешь себя мимолетной. Ты прикончила моего приемного отца и брата, превратив их в кровавое месиво и заставив меня ненавидеть тебя, но и ты же дала мне второй шанс в виде вампиризма, позволив мне отсрочить болезнь и смерть от моих же товарищей в церкви, которой я тогда служил под знаменем белого креста. Я всю жизнь желал найти тебя, чтобы разобраться, или найти хотя бы этого самого Вишмастера, который поможет мне найти тебя… но ты им же и оказалась, и ты исполнила совсем не то желание, которое я ожидал… забавно получилось, правда? В каком-то смысле комично.

— Я пыталась донести до тебя эту мысль и раньше, но, видимо, придется сказать тебе напрямую: как я понимаю, ты ищешь убийцу своей семьи не один год, и ни два, а намного более длительное время. Ты считаешь, что это была я, но загвоздка в том, что я появилась в императорской столице лишь два года назад… до этого меня тут не было.

— Никакой другой загвоздки у меня не было, кроме твоего имени. Следователь сказал мне, что моих близких растерзал демон-вампир Авелина, и с самого того момента я искал тебя, чтобы узнать твою истинную мотивацию этого убийства. И если это не ты…

— Осознай, Август, что мне незачем тебе врать, — прервав его, сказала Авелина. — Либо я каким-то магическим образом забыла, как когда-то забралась в императорской столицу и покромсала твоих близких, либо тот самый следователь тебе сильно прервал.

— Но зачем?.. — отчаянно спросил Август. — Зачем ему было врать? Какой смысл?

— Может, возьмешь это для себя как следующий возможный смысл жизни, чтобы вновь не бросаться головой вниз с какой-нибудь возвышенности? — с отвращением сказала она. — Впрочем, если ты и вправду хочешь так жалко сгнить — не буду тебе мешать.

— Наше знакомство… сильно изменило мою жизнь. Узнав, что все это время я общался с ужасным демоном-вампиром — мое мнение по-настоящему изменилось о тебе, я перестал считать тебя чудовищем. Вместе с этим и появились мои сомнения об убийстве.

— Что ты хочешь сказать этим, человечишка? — нахмурив брови, спросила она.

— Я просто хочу сказать, что ты… хорошая, правда. Не такая, какой тебя описали в легендах… не такая, какой ты описана в летописи церкви. Совсем другая… — следом за своими словами, Август почувствовал неминуемую слабость в теле, намекающей на то, что болезнь переходит в свою последнею стадию — в ту, когда тело частично перестает выполнять свои функции, перерастая в полное онемение и последующую смерть.

Шумно вздохнув, Авелина спросила: — Хочешь умереть? Или все же еще желаешь побороться за свою отвратную жизнь мальчика, строящего из себя жертву судьбы?

— Второе. — Спокойной сказал Август, взглянув в глаза Авелины. — Наверное, я действительно был не прав…

— Сейчас для тебя есть лишь один выход — превратиться в чудовище, подобное мне. Но прежде, чем я закончу ритуал… наверно, я все же должна тебе показать, в честь нашего теплого знакомства в прошлом, кем я являюсь на самом деле и как так получилось.

Авелина подошла к Августа и упала на колени, оказавшись прямо над ним. Сейчас он мог в деталях рассмотреть ее лицо и платье, которое подозрительно выглядело нетронутым, будто его сшили заново за эти несколько дней ее отсутствия. Со времен их знакомства в алхимической лавке оно совсем не изменилось, разве что сейчас на ней не было ее фирменной ведьмовской шляпки и маскировки, под которой она представлялась.

— Путешественник во Времени воскресил тебя, не так ли?.. — усмехнувшись, спросил Август.

— Нет, Винтер тут ни при чем, я не была воскрешена. И, к слову, я совсем не это имела ввиду, — протянув левую руку вперед, Авелина изменилась в лице, став более похожей на ту Авелину, которая была под видом «Элизабет» в моменты их времяпровождения. — Возьми мою руку, пожалуйста. Я не хочу заставлять тебя насильно становиться этим.

— Ладно, демон-вампир… — схватив ее за руку, ответил он. — Дерзай.

Авелина одобрительно кивнула, и у Августа в тот же момент помутнело в глазах. Перед ним начало проплывать множество ярких образов, которые он физический не мог уловить в своем уме, так как все они моментально исчезали, словно кто-то очень быстро проматывает фотоальбом, как бы показывая его, но не позволяя оценить фотографии.

В какой-то момент скорость такой «перемотки» уменьшилась, и Август осознал, что смотрит на все именно с глаз Авелины, а не как посторонний наблюдатель или что-то в этом духе. В конце концов сформировался четкий образ, с которого все и началось.

Авелина стояла в странной пещере, освещенной несколькими факелами и магическими сферами. По правую руку протекал небольшой ручеек, а по левую находилась громадная пентаграмма на полу, начерченная целиком из крови. «Громадная» не было преуменьшением — необычная пятиконечная звезда со странными рунами протягивалась на все пространство пола в пещере, и была буквально идеальна по своей форме.

В этом промежутке времени Авелина казалось более молодой, но это было скорее из-за того, что на ней было надето лишь одно белое летнее платье, безо всяких изысков по сравнению с тем, что она носит в нынешнем времени. Как известно, вампиры теряют возможность стареть, но вместе с этим приобретают бессмертие, живя вечно в своем обличие с момента проклятия. Бывают исключения, когда внешность менялась, но Авелина, спустя столько лет, оставалась все такой же — ее нельзя было назвать совсем ребенком, но и взрослой женщиной ее тоже назвать язык не поворачивался.