Чтение онлайн

Завадский не ответил. В исправном состоянии «игрушки» он сомневался, но высказывать свое мнение вслух не хотел. И так тошно.

Третий раз немцы атаковали уже на подходе к хутору. Точнее — к месту, где он должен быть.

На этот раз на них шли семь машин. Пять «тигров», «четверка» и странная махина, опознанная Пестриковым как «Фердинанд». Мощная неуклюжая самоходка ползла позади танков, с трудом преодолевая мягкий грунт луга. За бронетехникой шли пять машин с пехотой. У трех на прицепе были пушки.

— Серьезно за нас взялись, — закончил подсчет Кравцов. — Экипажам доложить о боекомплекте.

— Израсходовано восемь снарядов и два ПТУРа, — доложил Лапшин.

— Девять снарядов, один ПТУР, — ответил Пестриков.

— Семь снарядов, — закончил перекличку наводчик лейтенантского танка.

— А у меня «иглы» — ёк! — подал голос Завадский. — А выстрелов к гранатомету и патронов навалом. Но если еще часок нас потрясут, останемся на нуле.

— Ясно. Слушай приказ. Снаряды беречь. Работать ПТУРами. Старшина — ты с танками не воюешь, на тебе пехота. Не дай развернуть пушки.

— Есть.

«Закончатся снаряды, будем рвать танки и уходить на броне Завадского, — опять начал подсчет лейтенант. — А когда у него баки опустею — рванем и БТР. А потом…»

Дальше он планировать не стал. Надо еще дожить до «потом». Поправив шлемофон, он поймал в оптику передний танк и скомандовал: «Огонь!»

…За схваткой немцев с неизвестным танками наблюдали три пары посторонних глаз. Наблюдение велось с заболоченного, заросшего камышами берега мелкой речушки. Там в засаде сидели три бойца из полковой разведки советской дивизии, державшей оборону у Зеленой высоты.

Они сидели здесь уже час, имея задание подсчитать силы противника и попробовать узнать направление предстоящего удара. Командование дивизии не без оснований подозревало, что сил удержать позиции не хватит, и хотело знать, имеет ли смысл стягивать артиллерию и танки к высоте, чтобы встретить врага всеми средствами.

Вот и забрались сюда разведчики, отыскав удобное место для наблюдения. И уже приступили к работе, когда откуда ни возьмись, возникли три странных танка и еще более странная машина аж на восьми колесах.

А потом они стали свидетелями невероятного боя. Неизвестные машины за какие-то считанные секунды разделали немецкие танки. Командир разведчиков, сержант Опанасенко, даже глаза протер. Горят фрицы! Да как горят!

— Шо це таке, Петро? — спросил его земляк, ефрейтор Горботенко. — Шо мы бачили?

— Ох, не х… себе! — сбил пилотку на затылок Гришка Добренков, третий разведчик. — Неужто наши?

Опанасенко во все глаза следил за странными танками, вспоминая модели советских машин, а так же немецких, которые видел или о которых слышал. Эти чудовища не были похожи ни на один из них.

— Тикать надо, Петро. Не то они нас найдут и в пыль сотрут.

— Сиди, — ответил, наконец, сержант. — У нас задача — сосчитать немцев. Вот и будем выполнять.

— Их и без нас сосчитают, — кивнул на поле боя Гришка.

Там как раз началась вторая схватка. После нее разведчики и вовсе остолбенели. Странные танки поражали немцев из-за взгорков, не видя их. Из стволов вылетали странные огненные снаряды, похожие на ракеты «катюш». При попадании в танк они взрывались со страшным грохотом, отрывая башни, проламывая броню и выжигая все живое.

А потом разведчики увидели пехоту, вылезшую из восьмиколесной машины. Нормальные парни в камуфляжной форме, как и у них самих, только другой расцветки, И оружие чудное.

Сержант внимательно смотрел за действиями неизвестной пехоты. Потом его отвлек Гришка, тыкавший пальцем в противотанковые пушки, что развернули немцы на краю дороги.

— Может, поддержим? До пушек метров триста. А ну как они подобьют танки?

— Сиди. Помогальщик! Без нас справятся.

— А если нет?

Сержант кашлянул, прочищая горло и про себя раздумывая над вопросом.

— А тогда и влезем. Постреляем обслугу.

Влезать не пришлось. Разведчики видели, как один из танков, заметив угрозу с фланга, быстро развернул башню (быстро, невероятно быстро) и плюнул огнем. Первая пушка исчезла в облаке взрыва.

Со второй разобрался пехотинец с помощью какой-то странной трубы. Он присел на колено, положил трубу на правое плечо, а потом оттуда вылетел длинный снаряд с дымным хвостом. Снаряд быстро понесся навстречу пушке, ударил ее в щит и… И все. Ни пушки, ни обслуги.

— Мать моя женщина, — зашептал Гришка. — Что же творится?! Неужели это наши? Ведь фрицев положили несчитано.

Он повернул красное от волнения лицо к сержанту и, сверкая глазами, повторил:

— Что же происходит, сержант?

— Не знаю. Но чую, тикать нам надобно отседова. Вон еще немцы прут. Как раз через нас пойдут. Не ровен час, засекут. Уходим!

И сержант первым пополз вдоль берега, уходя из опасного места. Разведчики уже не видели, как третья волна немцев накатила на неизвестные танки и разбилась о грозное оружие чужаков. И как вспыхнул «Фердинанд», когда в него угодил снаряд.

Теряя технику и людей, немцы опять отступили. Командир немецкого танкового полка, оставив на поле боя двадцать пять машин, решил отвести свои силы и предоставить действовать авиации и артиллерии.

Он и так из-за незапланированного боя сорвал наступление на высоту. И теперь вынужден будет брать ее ослабленными батальонами.

Третья атака вышла самой затяжной. Удачный выстрел немецкого танка повредил гусеницу на машине Лапшина. Правда, ремонт не занял много времени, но сам факт тревожил. У Завадского были потери. Во время перестрелки у чащи одного из его разведчиков ранили в ногу. Пуля из карабина прошла навылет, не задев кость.