Атомное сердце
Шрифт:
– Необходимо придать кораблям видимость управляемых брандеров. Иначе не приходится рассчитывать на абордаж. Кому нужна пустая консервная банка?
– Это верно, – согласился Мах. – Что ты предлагаешь?
Прыщ поморгал воспаленными от недосыпания глазами и сказал:
– На одной из каравелл полечу я…
В каморке повисла тишина. Чувствуя всеобщее замешательство, Гор сказал:
– Слушай, Прыщ… – ты храбрый малый. – Но нам не нужны бессмысленные самоубийства. Лучше уж погибнуть здесь, встретив врага с оружием в руках, чем просто кидаться в ядерное пекло…
– Вы не понимаете! – горячо возразил Прыщ. – Я не собираюсь погибать! То есть… Риск, конечно, есть… Просто я стяну управление всеми каравеллами на себя – так делают Летуны, когда возникают проблемы с экипажами. По крайней мере, вражеские приборы должны будут почувствовать, что на них идут не автоматы, а полноценные управляемые корабли. Я, разумеется, отойду, как только возникнет опасность… Чего вы смотрите?! Да у нас просто нет другого выхода! Кто-то должен вести корабли. И если не я – то кто?!
– У нас есть еще пара Летунов – из бывших Обреченных… – неуверенно сказал Зиг.
– Чем они лучше или хуже меня? – звенящим голосом спросил Прыщ.
Возразить ему было нечего.
– Враг в пределах прямой видимости, – сообщила Нейла.
Стены командного зала растворились, их место заняло черное звездное пространство. На миг мелькнуло ослепительное солнце – и потеряло яркость, приглушенное щадящим режимом.
– Сервер, боевую оболочку! – скомандовал Прыщ.
Пространство расчертила тонкая координатная сетка, объем наполнили пересекающиеся кривые курсов и бесчисленные метки кораблей.
– Ого… – пробормотал Гор. – Откуда столько?
– Большинство – земные аппараты, – пояснил Прыщ. – Спутники связи, спутники-шпионы, несколько научных аппаратов, обитаемая станция… Нейла, убери этот мусор! Пусть появляются только при угрозе столкновения.
Словно густая комариная стая умчалась – Нейла стерла с экрана аппараты землян.
– Интересно, что подумают на Земле, увидев орбитальное сражение? – произнес Зиг. – Это же просто перелом в сознании…
– Никакого перелома не будет, – небрежно сказал Мах. – Поджигатели и Нюхачи прекрасно контролируют общественное мнение. Как всегда – вспышка сверхновой, столкновение спутников на орбите, падение китайского аппарата на луну… Внимание! Всем покинуть посадочную грань! Старт брандеров через пять минут!
– Внимание! – эхом отозвалась Нейла. – Страт брандеров через пять минут…
Прыщ сделал шаг назад, крикнул:
– Все, друзья, я пошел! На всякий случай – прощайте!
Гор быстро подошел к Впередлетящему, схватил того за плечи, пронзительно глянул ему в глаза:
– Рано прощаться! Запомни, ты нам нужен! Понял меня?
– Конечно, – улыбнулся Прыщ, – я вам нужен!
Он помахал друзьям и легко побежал к выходу, где его подхватила плоскость транспортной платформы.
Мах проводил его каким-то полубезумным взглядом и заорал:
– Тяжелой пехоте занять позиции! Тик, слышишь меня? Элита – к оружию! Готовность к отражению десанта! Проверить амуницию и связь!
Бойцы Элиты разбились на группы, занимая оборону у ключевых точек Бастиона – особенно у лазов Туннела и посадочной грани. Проверяли оружие связь, тестировали броню…
Активная броня – многократно усиливает возможности бойца, не говоря уж о том, что сама является оружием. Другое дело, что эффективность подобной амуниции впрямую зависит от подготовки воинов.
И здесь уже появлялся значительный провал. Ведь оружие «заточено» под урожденных Сильных, а вовсе не под «партизан» из числа Темных и Мудрых. Вообще, броня считывала генетический код, не позволяя нарушать принципы Линейной структуры. Так что в бою Темный никак не смог бы воспользоваться опасными преимуществами Сильных. Но у Зига было время поковыряться в микромозгах брони, сделав ее доступной бойцам Армии Мима.
Другое дело – не было уверенности, что даже в броне, с полным вооружением непрофессиональная армия устоит против варваров, будто бы самой природой созданных для войны.
Мах старался об этом не думать: его горячее сердце колотилось сильнее в ожидании схватки, он отдавался чувству, врожденным боевым инстинктам.
Гор же, напротив, мрачнел, ожидая исхода. Он прекрасно понимал силу врага и немощность собственной армии.
Нот маска Лидера не позволяла другим видеть беспокойство того, в кого друзья и соратники привыкли верить, словно в какое-то домашнее божество…
Раздался тревожный звук: он сопровождал появление мерцающих треков, обозначающих корабли противника. Сервер иллюстрировал передвижение кораблей специальными позывными, помогающими ориентироваться в сложной схеме боя.
– Я на месте, – сказал знакомый голос. – Принял управление экскадрой!
На фоне звезд мигнуло и прояснилось изображение: это был Впередлетящий на фоне характерного для каравеллы интерьера мостика. Освобождая главную тактическую схему, изображение нырнуло в сторону вспомогательных «окон».
– Смотрите… – произнес Живодер, заворожено глядя туда, где яркие метки быстро превращались в корабли противника.
Теперь стали отчетливо видны насекомоподобные корпуса – и всех почти одновременно перекосило отвращением. Только Прыщ из своего «окна» пораженно ахнул:
– Смотрите – это же флагман!
Он указывал на самый крупный корабль, чем-то напоминающий гигантскую стрекозу.
– И что? – прищурившись, произнес Мах.
– Никто еще не видел флагман так близко, – быстро пояснил Прыщ. – Я заново изучил хроники: обычно он в середине роя – к нему просто не было возможности пробиться! А здесь он просто беззащитен – всего несколько кораблей охранения!