Чтение онлайн

Корви понимающе закивала.

– Еще вопрос: чем занимается Совет? Зачем он нужен повелителю?

– Какой глупый вопрос, – выдохнула Хагалла, глядя исподлобья. – И как тебе хватило интеллекта искупиться перед Обвинителем?

Что-то внутри суккуба застыло, сжалось и покрылось бесчисленными колючками, будто потревоженный еж. Злость нагретой ртутью подскочила от пальцев на ногах к основанию языка, обожгла бледные гладкие щеки. Девушка подошла к многорукой и уперлась руками в стол, впившись в нее взглядом.

– Не думаю, что Обвинитель советуется с тобой хоть в чем-нибудь, – заговорила она ниже обычного, на выдохе. – Не думаю, что он вообще советуется. Так объясните мне, будьте любезны, почему вы зоветесь Советом? Это вполне естественный вопрос, который напросился сам собой.

Пурпур суккубьих глаз превратился в багровый, таким же цветом загорелись и символы на девичьих лопатках – показатель толики силы, переданной их общим владыкой.

Угодливая улыбка вмиг покинула лицо Эллиора, а Ульд удивленно раскрыл пасть с каменными зубами. Он ткнул в сторону Корвиллы толстым пальцем.

– Видали? Это точно из-за нее мир тряхнуло. Господин действительно поделился с ней силой! Во дела!

– Успокойся, Ульд, не слепые, – закатила темные глаза Минерва. – Да, Корвилла, твой вопрос вполне логичен. И снова я отвечу на него вместо вот этих вот… остальных.

Многорукая Хагалла хотела было гневно вскочить, когда Корви нависла над ней, но ее горящая рубиновая энергия здорово осадила, смела назревающий конфликт, напомнив о господине. Ничего не оставалось, кроме как подчиниться его воле, даже если она была неприятна.

Сейчас все происходящее, все голоса вокруг превратились для великанши в размазанный фон. Она не понимала, почему он выбрал эту хилую выскочку, и чем она, будучи пленницей, так успешно выслужилась перед ним. Для Хагаллы ее образ оставался недостойным столь великого подарка.

Минерва продолжила:

– Ты права, Обвинитель не нуждается в советах, но нуждается в преданных помощниках. Мы – те, кто безоговорочно исполнит любой его приказ. Исполнит самоотверженно и честно. В мире нет более верных ему существ, потому что каждый из Совета был создан Обвинителем собственноручно. Мы не искупали грехи, мы были сотворены чистыми идеалами, напрямую связанными сознанием с господином. Он повелитель мира, в котором полного доверия не может существовать. Даже к тем, кто искупился. Всегда есть вероятность того, что раскаявшийся возжелает спасителю зла, ибо природа смертных – эгоизм и жадность. Требуя больше, многие скачут по головам тех, кто их когда-то поднимал. Разумеется, Обвинитель такие мысли в головах давит сразу. Вместе с головами. Но недовольных хватает. Мы их зовем крысами, потому что они удивительным образом умудряются скрываться от вездесущего ока Обвинителя и его Совета. Но это я уже отошла от темы, – женщина кашлянула и принялась массировать шоколадные пряди спящей Дарзы. – На заседаниях Совета, обычно, обсуждается положение дел в Багровом мире. Мы даем отчеты и слушаем идеи господина. Конечно же, порою и мы высказываем свои мысли, но окончательное решение всегда за нашим создателем. Совет – это взаимосвязанная система, центральная сеть, от которой разбегаются нити систем поменьше, подчиняющихся нам.

Корвилла зажглась:

– Если я докажу повелителю свою преданность, я смогу также стать частью Совета?

– Нет, милочка, можешь даже не мечтать об этом, – Минерва хрипловато посмеялась. – Частью совета может стать лишь тот, кого Обвинитель создает сам. Слуги, даже верные до фанатизма, остаются слугами навсегда.

Гулкий стук притянул взгляды к Ульду. Это он хлопнул в каменные ладони и теперь затейливо ухмылялся, довольный такой реакцией.

– Кажется, все выговорились, – пробасил он. – Не знаю, как вы, а я жрать хочу. Это печеное мясо так пахнет, что слюни превращаются в известь. Элл, зови свою брынькалку, пусть играет. Все познакомились – можно отдохнуть.

Эллиор поморщился, наблюдая за тем, как гаргулья небрежно рвет зубами запеченную голень, и ее жир с мелкими ошметками улетает куда-то в сторону, шлепаясь о пол тронного зала.

Все же, он достал из внутреннего кармана вороного пиджака крохотный колокольчик и позвонил. Почти сразу же после переливчатого звука в дверях тронного зала возникло знакомое ушастое создание в потрепанном хитоне. Арфистка обнимала инструмент и боязливо таращилась на мужчину. Тот поманил ее пальцами, улыбаясь доброжелательно и тепло, будто ничего не было.

– Играй, – потребовал он. – Начнем повеселее. «Рассвет над телами». Начали. – Элл взмахнул руками, и маленький музыкант вновь заходил по струнам пальцами, по которым тянулись бурые борозды от запекшихся порезов.

– Была рада знакомству, – тихо сообщила всем Корвилла, понимая, что общение подошло к концу. На нее по-прежнему смотрели только Минерва и Лотрия. Остальным было уже не до новенькой слуги: Ульд набивал боевое пузо едой, Эллиор поглотился дирижированием, Дарза спала, а многорукая Хагалла настолько глубоко утонула в себе, что ей было попросту плевать на яства, музыку и все еще присутствующую Корвиллу.

– До встречи, – попрощалась с демоницей Лотрия. Рядом сидящая Минерва кивнула, присоединяясь к ее словам.

В сером длинном коридоре Корвилле стало спокойнее. Она будто со вздохом отправила вниз давящий между лопатками валун. Мрачность и тишина толстых стен с агрессивно красными гобеленами странным образом умиротворяли девушку. Она наконец-то снова была одна, смотрела на высокий потолок, слышала отдаленные звуки арфы, и с наслаждением осознавала, что этап знакомства с Советом позади.

Ее грубо схватили за шею сзади и развернули. Девушка напряглась от неожиданности, но, встретившись с пламенем пустых глазниц, начала облегченно расслабляться.

– Вижу, ты закончила с ними, – заговорил Обвинитель, рассматривая ее лицо то с одной, то с другой стороны. Он был так близко, что обдавал горячим дыханием кожу.

– Да, – удивительно тихо произнесла демоница.

– Отлично. Теперь тебе известен круг моих приближенных помощников. Каждый из них надежен и открыт передо мной, ибо я создал их, и я же могу в любой миг оборвать их существование. Если по какой-то причине ты не сможешь обратиться ко мне, ты всегда можешь обратиться к Совету, – он убрал руку.

– Совет сказал, что мир ощутил, когда мы… сплелись.

Мужчина с некой насмешкой приподнял голову:

– И что с того? Этот мир полностью взаимосвязан со мной. Его энергия и моя переплетаются. Грехи – это сырье для окружающей жизни. И я перерабатываю его. Естественно, что мир почувствовал, когда капля господина перешла в кого-то еще.

– Это что же, получается, я тоже теперь немножко хозяйка? – Корвилла хитро улыбнулась. Обвинитель же такую дерзкую шутку не принял и нахмурился: