Чтение онлайн

На экране вновь забегали люди, ещё раз показали распростертое возле автомобиля тело и "картинка" сменилась.

– Я же с ним только утром говорил по телефону...

Флин от души выругался. Валентин встал и надел куртку.

– Ты куда?
– спросил Флин.

– Генрих звонил мне утром. Просил краткосрочный кредит. Я поеду в милицию... Черт возьми, что происходит, Флин?!

– Русский бизнес происходит. Тебе есть что сказать в милиции?

– Ну, он просил восемьдесят миллионов для какой-то операции...

– Какой - сказал?

– Нет.

– Имена называл?

– Нет...

– У тебя есть что конкретно сказать в милиции?

– Не знаю...

– Тогда садись и выпей. И никуда не езди.

– Флин...

Тот вспыхнул и произнес резко.

– Тебе нечего сказать ментам! Кроме всяких предположений! А они, менты, именно таких и любят! Тебя замордуют, месяц будешь ходить и давать показания, а показаний у тебя нет! Были бы - другое дело... Не высовывайся, чтоб не оказаться подозреваемым номер один!... Сиди. Помянем Генриха.

Валентин сел и спросил вяло.

– Флин, почему когда по телевизору показывают такие покушения, то убитый, трупы всегда полуголые со спущенными штанами?

– Очень просто. До того, как разрешают репортерам телесъемку тело жертвы тщательно осматривает судмедэксперт. Он его и раздевает.

Валентин глубоко вздохнул.

– Надо бы мне объявится перед следствием... Вот так все уклоняются, а бандиты правят бал...

– Они не потому правят бал.
– спокойно возразил Флин.
– А потому, что сегодня их время. Они хозяева жизни, что уж там. Большие деньги у них есть, власть есть, все кто надо - куплены, всё что необходимо - схвачено. И будь готов... Нам стычек с ними не миновать.

глава 11. Великая "Виагра" и первое покушение.

Старый, сиречь Станислав Дмитриевич Старостин, уплатил неисчислимые доллары за полное обследование состояния своего организма очень известному, даже знаменитому профессору или даже академику. Он прошел все стадии диспансеризации, сдал все анализы, перетерпел адские муки при болезненных процедурах и теперь сидел в кабинете Ивана Ивановича и ждал приговора.

А Иван Иванович и сам был далеко не молод, плешив, но с остренькой седой бородкой, и очень доброжелательный ко всему миру. Старый уже знал со слов его ассистентов и медсестре, что профессору многие годы не доплачивали, к Олимпу медицины он шел через тернии и борьбу, а потому ныне очень трепетно относился к деньгам.

В течение получаса Иван Иванович просматривал все анализы Старого, разглядывал его рентгеновские снимки, но Старый понимал, что делается это солидности ради - к беседе Иван Иванович, конечно, уже готов, поскольку со всеми этими бумажками тщательно ознакомился заранее.

– Ну, что ж, батенька, - бодро начал профессор.
– Будем говорить прямо, лгать нам возраст не позволяет. Кое-какие не очень приятные возрастные изменения в вашем организме есть, но они поддаются контролю и лечению. А в целом, я бы определил состояния вашего организма, как практически здорового человека шестидесяти лет. Сколько лет, я запамятовал, прожил на свете ваш папа?

– Восемьдесят шесть.

– Вот и прекрасно. При правильном образе жизни я вам гарантирую с полной ответственностью ещё не менее пятнадцати лет.

– А что это - правильный образ жизни?

Иван Иванович залился детским смехом.

– Какой умный и точный вопрос! А вы поклянетесь мне, что строго будете следовать моим рекомендациям?

– Клянусь. Пожить охота и дел ещё много.

– Дела и делишки придется сократить Рекомендации будут небольшими. Первое и главное - в нашем возрасте нужно жить на земле!

– На даче?

– На даче, в деревне, на хуторе, на вилле у моря. Есть таковая?

– Обижаете, а как же? По Рублевскому шоссе.

– Отлично! Экологически здоровый, престижный, элитный район! одобрил профессор.
– Жить надо там круглый год и постарайтесь постепенно приучить себя не только просто топтать землю ногами, а ходить именно босиком! Голыми руками копаться в грядках. Купаться в водоемах, на худший случай, по совету славного Порфирия Иванова - два ведра холодной воды на голое тело каждое утро. Кушайте - что хотите, ограничивайтесь в прожаренном мясе. Побольше рыбы, овощей и фруктов. За экзотикой не гонитесь - не надо бананов, и ананасов. Кушайте от пуза антоновские яблоки килограммами, груши, помидоры обязательно, орехи, лук и чеснок - каждый день, тыквенные семечки. Вино, а лучше родную водочку - понемножку, по маленькой, но раза три в день - не возбраняется, а приветствуется. Каждую весну приходите ко мне на проверку и мы ещё отхватим с вами от двадцать первого века изрядный кусок жизни.

– Спасибо, доктор.

– Что бы вам было легче вести самоконтроль, я дарю вам свою книжку, сверяйтесь с ней и всё будет хорошо.

Иван Иванович подал ему небольшую книгу в мягком переплете и Старый принял её со словами благодарности.

– И ещё одно, Станислав Дмитриевич. Последнее по ранжиру, но едва ли не первое по значимости. Восстановите свои сексуальные радости жизни.

– Что?!
– поразился Старый.
– Доктор, мне же все таки семьдесят два года и я уж лет пятнадцать никого и не щупал.

– Эх, дорогой мой, как вы отстали от жизни! Да ведь сегодня в мире фармакологии существует масса препаратов, которые резво оживят вас в этом плане! В частности - "Виагра"! Дорого, конечно, но творит чудеса! И если б вы читали даже такую "желтую" газетенку, как СПИД ИНФО, то узнали бы, что они утверждают научно и документально. "Виагра" и здоровый образ жизни удерживают мужское достоинство в рабочем состоянии до гробовой доски, не взирая на количество прожитых лет.

– Подождите, Иван Иванович, - залепетал потрясенный Старый.
– Ну, а вы сами....

Профессор покосился на двери, наклонился над столом и прошептал игриво.

– Моей подружке двадцать три года. И ей в голову не приходит менять меня на молодого жеребца.

– "Виагра"?

– Она самая. Иногда перекладываю корейским корнем женьшень. Всё продается в аптеках. Но всё же предупреждаю - не каждую ночь недели проводите в плотских забавах. Следите, как вы себя чувствуете по утрам. Я полагаю, что два - три раза в неделю норма достаточная. Но - обязательная. Ну, вот и всё. До свиданья, мой дорогой друг. До следующей весны.