Чтение онлайн

В эту бесконечную секунду он понял, всей кожей почувствовал, что должно произойти, и кинулся навстречу - прикрыть собой, защитить - но не успел. С треском полетели от Талисмана бело-желтые молнии и девушка, даже не вскрикнув, упала на руки мага, лишь чуть дрогнули губы в попытке что-то сказать.

Упав на колени, Ниро лихорадочно перебирал все знакомые заклинания и на ходу составлял новые, призывал всех возможных и не возможных помощников, чтобы удержать ее, вернуть с дороги в небытие - но здесь, где действовала магия Талисмана, ничего не мог сделать. А поняв это, просто прижал к себе, зарывшись лицом в волосы, не в силах выпустить из объятий.

Пульс... Я еще жив? Зачем? Ток крови в висках... С любимыми... Не расставайтесь... С любимыми... Не расставайтесь... Не расставайтесь...

Просидел так, кажется, целую вечность, а может быть, один миг, пока чьи-то холодные как лед руки не легли поверх его рук. Подняв голову, встретился глазами с Королевой - и отвел глаза, не выдержав взгляда.

– Ты свободен. Уезжай, пожалуйста, - тихо проговорила она, - ты всю жизнь приносишь мне только боль.

***

Государь с войском не спешил покидать долину - повозки, на которых можно было бы увезти раненых, сожжены, да и стычки с отрядами тварей-из-Петли не прекращались, хоть большая битва и закончилась победой. И сейчас Государь с холма наблюдал за одной из них. Врагов было не много, и они, казалось, не понимали, что делают, просто подчиняясь кем-то отданному приказу, так что один из отрядов без особого труда отражал атаку и уже гнал отступающих тварей назад, к границам Тени.

И вдруг словно ураган пронесся мимо - седой всадник на мчавшемся во весь опор коне промчался через весь лагерь и вскоре был уже в гуще боя.

– Но это же Ниро, это его конь и плащ!
– Государь привстал в стременах, вглядываясь в происходящее в долине, - Но почему он седой, - повернулся он к Изору.

Старый маг припал к шее коня, закрыв лицо руками.

– Не знаю, - медленно ответил он, - Но от него идет такая волна боли и ярости, которую мне трудно выдержать... Что-то случилось, Государь.

Ниро тем временем носился смерчем, раздавая непрерывные удары меча и магии, одержимый желанием убить как можно больше врагов и умереть самому. Черные быстро отступали, Ниро не отставал. И они уже почти достигли Тени.

– Он что, всех черных сегодня перебить собрался?
– король опять повернулся было к старому магу, но Изора рядом не оказалось, только лошадь спокойно щипала траву.

Исходящий из центра большого пещерного зала красноватый свет освещал высокие обрывистые стены, и острые выступы отбрасывали четкие черные тени. Свет пульсировал в такт человеческому сердцу, и стены словно жили, дышали вместе с ним. Источником света была огромная, выточенная из цельного кристалла чаша, висевшая в центре зала на восьми длинных цепях.

На одном из выступов старик в синем, казавшимся здесь черным, плаще откинул капюшон с седой головы и протянул вперед руки, запев заунывное заклинание. Чаша зазвучала, запела в ответ и начала раскачиваться - все сильнее и сильнее, и вот она в первый раз коснулась стены. В ответ на удар стены завибрировали, дрожь прокатилась по всему залу, коснулась старика. С гримасой боли он закрыл глаза, в углу рта появилась кровь, но рук не опустил. Следующий удар был сильнее...

Государь спешился и осматривался по сторонам, пытаясь понять, куда исчез Изор. Вдруг словно гром грянул прямо над головой в ясном небе, и в следующий миг старый маг вернулся на поляну, вылетев из пустоты прямо на короля. Похоже, он был без сознания. Лицо его было таким же белым, как волосы и борода, в углу рта запеклась струйка крови.

– Изор, что с тобой?
– Государь опустил старика на траву, слегка встряхнул за плечи, - Что случилось?

Наконец, старый маг открыл глаза. Говорил он с большим трудом и очень тихо.

– Я... разрушил Чашу Магии... Государь... Она питалась нашей силой и давала силу нам, всем причастным истинной магии...

– Но зачем?

– Ниро... Он ведь так близко от Тени... И не только там, в долине... Он полон... полон боли... и ярости... Главное - ярости... В таком состоянии и с его силой попав в Тень, он тут же станет слугой Петли, и каким слугой! Он испепелит весь наш мир, даже не заметив этого, - последние слова Изор произнес свистящим шепотом. Он умирал, - Он хочет погибнуть, - закрыв глаза, прошептал Изор, - Мне жаль мальчика... Но пусть лучше погибнет, чем это... Я должен был спасти нас... всех нас...
– голос прервался.

Государь положил старика на траву и выпрямился, глядя в долину - какой-то жуткий звук - то ли вой, то ли стон, то ли заклинание - привлек его внимание.

Гнавшие Черных воины даже немного растерялись, когда прямо сквозь их ряды, чуть не столкнувшись с парой вовремя шарахнувшихся в стороны лошадей, промчался всадник, врезавшийся в гущу отступавших врагов. И вовремя - граница вспучилась, и в долине показался новый отряд атакующих Тварей. Правда, сейчас воинам Союзного Королевства пришлось только наблюдать со стороны - этот смерч на вороном жеребце, похоже, один справится. Вот только у тех, кто видел его лицо и глаза, странное чувство осталось - словно быть с ним рядом пострашнее, чем с Черными.

А потом... Потом что-то совсем уж непонятное началось: гулкий, разрывающий уши раскат грома грянул прямо над головой, так что заржали и шарахнулись от испуга лошади - а небо-то ясное, ни облачка... ну, там где свободно от Петли, конечно. И в этот же момент так лихо бьющий тварей всадник вдруг рухнул под копыта своего же, взвившегося на дыбы, коня. Правда, конь его не зашиб, ну да со всех сторон кинулись Черные. И - словно волна тьмы взметнулась над упавшим всадником, волна, в которой светились мертвым светом кладбищенских огоньков глаза. И солдаты припали к шеям лошадей, заткнув уши, чтоб не слышать жуткого воя-стона, разнесшегося над полем боя.

Тут же наваждение исчезло, но, похоже, оно подействовало на Черных еще сильнее - они мчались к себе в Тень, только пятки сверкали.

Конечно, всадника подобрали. Он оказался худым седым человеком, очень похожим на Первого мага. Еле дышал, но, похоже, выживет.

***

Кто может сказать, что ничего и никого не боится? Разве что Кохиро - чужеземец со странными узкими глазами. Но Кохиро при Государе - почти что шут, хотя Дориан, увидевший однажды ночью, как чужеземец упражняется со своим гнутым мечом, никогда больше не рисковал смеяться над забавным маленьким человеком. А у любого, даже самого отважного, рыцаря есть в душе потайная дверца, за которой живет страх, и у каждого она открывается своим ключом.