Чтение онлайн

– Фарек, это Родеро. Не хотелось бы, чтобы твои девушки нервничали. Это только усложнит дело. Я пока займусь твоей дочкой, а ты вспоминай, кому перешел дорогу.

Мать Корсы, видимо почувствовав неладное, решительно подошла к мужу и с тревогой стала его шепотом допрашивать, но тот отмахнулся:

– Не до тебя, Ладия. Все потом.

Пациентка лежала обнаженная поверх одеяла и все более сердито сопела. В ее случае мне не требовалось магически раздвигать ткани и вмешиваться напрямую, поэтому я ей предложил залезть под одеяло, если уж так стесняется. Корса гордо отказалась и отвернулась от меня, показав мне свое особое расположение. Впрочем, я в друзья не набиваюсь, поэтому, тяжело вздохнув, еще раз обругал про себя коменданта и приступил к работе.

Через три часа напряженной битвы за... точнее, против вражеского воздействия, я весь в поту откинулся на спинку кресла, поставленного в изголовье перед операцией, и, не заботясь о приличиях, прямо рукавом вытер лоб. Несмотря на усталость, чувствовал себя победителем. Может быть мастер-целитель сделал бы дело за втрое меньший срок и с впятеро меньшими затратами энергии, но я не мастер, а у меня получилось.

Все это время родители девушки ни на минуту не покидали спальню. Мать, как только уверилась в том, что я закончил, робко спросила:

– Что с Корсой?

– Теперь, надеюсь, все в порядке. Запущенный трахеит. Был. Три дня постельного режима и усиленного питания, - бодро ответил я Ладии.

А Фареку телепатически сообщил, что его дочь была заражена дней восемь-десять назад. Для внедрения чумы достаточно царапины. Вопрос - кто мог поцарапать Корсу?

– Трудно сказать. Ребенок. Носится, где попало. Как без царапин?

– Где попало артефакты или маги, способные заразить "Алмазной чумой", не валяются. Короче. Вспомнить и доложить.

– Да, высший. Я обязательно вспомню, найду и этому гаду оч-чень не поздоровится, - с угрозой ответил мне архибек по-прежнему телепатически.

В этот момент женщины напомнили о себе:

– Три?! Дня-а-а-а?!
– возмутилась пациентка с молчаливого одобрения матери.
– У Милсы тоже трахеит был. Дедушка Вассор поставил ей горчичники, дал смягчающий эликсир и сказал попить чаю с медом перед сном. Денек полежала и как огурчик! А тут - три дня! Ф-фэ!

– Да этот молодой шарл... лекарь просто денег хочет взять с нас побольше. Как же! Почти три часа потел, бедный. Изгнание злобной болячки изображал, - съязвила Ладия, с жалостью глядя на мужа, позволившего обвести себя вокруг пальца.

– Господин лекарь сказал три дня, значит, будет(!) лежать три дня! Я сказал! А ну! Кыш под одеяло! И лежать тихо! Выздоравливать!
– жестко и строго прикрикнул Фарек.

Затем он торжественно своей властью освободил меня от наказания, отправил бесов в казармы, а меня пригласил в малую столовую на обед, куда мы с ним неспешно и направились. Ладия нас опередила, пробормотав что-то о необходимости хозяйского пригляда.

В уютном зале суетилась, накрывая на стол, прислуга архибека. Здесь же была и хозяйка. Она руководила процессом, указывая что куда ставить, какие марки вин нести из погреба и даже какого цвета салфетки доставать.

Вскоре все было расставлено, но женщина продолжала тянуть время, будто ожидая к столу кого-то еще.

Минут через десять лакей доложил о прибытии господина Вассора с учеником. Хозяйка облегченно вздохнула и, попросив нас минуточку подождать, выбежала из столовой. Через пару минут она заглянула в дверь и попросила мужа пойти с ней помочь в каком-то деле, мило улыбнувшись мне, дескать, поскучайте немного, а мы быстро.

Фарек вышел, но через некоторое время снова связался со мной телепатически и смущенно попросил разделить с ним сознание. То есть посмотреть его глазами и послушать ушами.

– Я думаю - это необходимо и... прошу простить мне, что не предусмотрел подобной инициативы жены. Обещаю. Как только гости уйдут, я с ней серьезно поговорю.

Я переключил один из секторов внимания на архибека и увидел занятную картинку - рядом с Ладией в спальню Корсы шел старец оч-чень преклонных лет, а за ним, чуть приотстав, парень, по виду мой ровесник, бережно прижимающий к груди богато украшенный кованый ларец.

– Так, значит, ты считаешь, милая Ладия, что молодой человек либо недоучка, либо отъявленный шарлатан?

– Да, мастер Вассор. Точно шарлатан. Он осматривал Корсу совсем не так, как ты. Потом сказал, что у нее запущенный трахеит и велел не выходить из дому три дня.

– Трахеит, говоришь. Ну, методы диагностики могут быть разными...
– рассеяно проговорил старец, войдя в спальню и сразу направившись к постели девушки.

Присел в кресло, недавно покинутое мной, попросил Корсу откинуть одеяло, вошел в транс и стал водить руками в районе грудной клетки, не касаясь кожи. Заметно было, что повторил он эту процедуру трижды, будто не веря сам себе. Наконец, устало откинувшись на спинку, прикрыл глаза и глубоко задумался. Никто не смел мешать его размышлениям. Наконец, он приоткрыл глаза и медленно проговорил:

– О-очень необычный молодой человек. Очень.

– Дедушка Вассор, так я могу завтра пойти гулять?
– не выдержала егоза.

– Он сказал три дня лежать?

– Да-а-а... а еще...

– Значит надо полежать три дня, - категорически прервал ее старец.

Он встал, прошел к окну и поманил за собой Ладию с мужем. Ученик с ларцом присоединился сам.

– Что это значит, Вассор? Я не понимаю...
– начала хозяйка

– Я тебе не говорил, Ладия. Не хотел мучить, - мягко прервал ей дед.
– Но твоя девочка была обречена. Какая-то нелюдь поразила ее заклятьем "Алмазная чума". Увы, до сих пор я был уверен, что никто в мире не способен с ней справиться. Даже... шептуны. Рассказы о них больше похожи на миф, нежели на правду. Однако теперь я сам стану таким рассказчиком, ибо мне невероятно повезло, и я видел результат исцеления наяву.

– А что это за болезнь такая?
– полюбопытствовал архибек.

– "Алмазная чума"? О, это жестокая штука. Внедряется в тело и начинает разъедать какой-нибудь жизненно важный орган, чаще всего легкие, постепенно распространяясь на остальные. И чем дольше действует, тем быстрее разъедает, причиняя ужасные страдания. Через три недели Корса уже начала бы в полной мере чувствовать все нарастающую боль в желудке, печени, почках. Смерть обычно наступает не позднее трех месяцев со дня внедрения. В основном, срок зависит от состояния здоровья, энергии и воли к жизни пораженного.