Чтение онлайн

Не сказав больше ни слова, они разошлись. Певара развернулась и отправилась обратной дорогой. Ей большого труда стоило сдерживать гнев. Последние слова очень были похожи на прямой вызов! Что ж, если ей хочется бунтовать и так понравилось это место, да будет так. Пришло время вернуться в Белую Башню.

Вокруг сновали мужчины в чёрных кафтанах. Некоторые кланялись с лицемерными улыбками в притворном уважении. Несмотря на проведённое здесь время, она не стала себя лучше чувствовать в окружении подобных мужчин. Она сделает несколько из них Стражами. Троих. Она же справится с тремя, не так ли?

Какие мрачные физиономии, словно на тебя смотрят глаза палачей, поджидающих следующую жертву, чтобы набросить ей петлю на шею. Некоторые из них странно что-то бормочут себе под нос, шарахаются от каждой тени или просто с потрясённым видом держат голову. Она оказалась в самой гуще безумия, и от этого она с ног до головы покрывалась мурашками, будто у неё по коже ползали гусеницы. Невольно она ускорила шаг. «Ни за что, – думала она. – Я ни за что не оставлю здесь Джавиндру, не попытавшись снова её переубедить». Она постарается объяснить остальным своё решение, отдаст им приказ уходить. А потом она попросит каждую, и в первую очередь Тарну, обратиться к Джавиндре. Нет сомнений, общими усилиями им удастся переубедить упрямицу.

Наконец она добралась до выделенных им хижин. Она целенаправленно избегала смотреть в сторону шеренги крохотных домиков, в которых устроились захваченные Айз Седай. До неё доходили слухи о том, на какие… методы решились некоторые из них в попытках контролировать своих Аша’манов. От этой мысли у неё тоже бежали мурашки. Она считала, что Красные со слишком большим неприятием относятся к мужчинам, но эти потерявшие голову женщины перешли все мыслимые границы.

Она вошла внутрь хижины и застала Тарну у стола за сочинением письма. Айз Седай приходилось ютиться вместе, и Певара специально выбрала Тарну. Сама она хоть и была старшей в их группе, зато Тарна была Хранительницей Летописей. Ситуация в их группе, отправленной с такой особенной миссией, сложилась весьма щекотливая, поскольку в ней участвовало много влиятельных членов с кардинально разными точками зрения.

Прошлой ночью Тарна согласилась, что пора уходить. И они совместно с Певарой хотели заставить Джавиндру уехать.

– Таим запер Чёрную Башню, – сухо объявила Певара, присаживаясь на кровать в своей крохотной круглой комнатушке. – Теперь для того, чтобы уехать, нам нужно получить его разрешение. Он упомянул об этом между делом, словно не собирается нас задерживать. Просто правило, из которого он забыл нас исключить.

– Думаю, скорее всего, так и есть, – ответила Тарна. – Уверена, ничего страшного не произошло.

Певара замерла. Что-что? Она сделала новую попытку.

– Джавиндра по–прежнему нелогично считает, что он изменит своё мнение по узам с полноценными Аша’манами. Пора просто связать Посвящённых и убираться, но она мне намекнула, что собирается остаться, невзирая на мои планы. Я хочу, чтобы ты с ней побеседовала.

– Вообще-то, – не отрываясь от письма, сказала Тарна, – я ещё раз обдумала наш вчерашний разговор. Возможно, я поторопилась. Здесь ещё столько всего нужно изучить, а кроме того, есть проблема с находящимися снаружи мятежницами. Если мы уедем, они свяжут узами Аша’манов, а этого нельзя допускать.

Женщина подняла голову, и Певара застыла. Во взгляде Тарны появилась какая-то перемена. Что-то холодное. Она всегда держалась особняком, но теперь стало хуже.

Тарна улыбнулась гримасой, выглядевшей совершенно противоестественно на её лице. Похоже на улыбку трупа. Женщина вернулась к сочинению письма.

«Здесь происходит нечто очень-очень плохое», – решила Певара:

– Что ж, может ты и права, – нашлась она. Её рот продолжал говорить, а разум лихорадочно работал. – В конце концов, эта миссия была твоей затеей. Я ещё раз всё обдумаю. Если не возражаешь.

Тарна неопределённо махнула рукой. Певара поднялась. Многолетний опыт Айз Седай скрыл охватившее её беспокойство. Она вышла наружу и направилась вдоль незаконченной стены на восток. Да, вышки в самом деле были устроены через равные интервалы. Даже ещё утром на них не было ни души. А теперь они были заняты мужчинами, способными направлять. Даже один из них способен нанести ей смертельный удар до того, как она сумеет ответить. Она не способна видеть их плетения и из-за клятв не может ударить первой.

Певара повернулась и направилась к небольшой рощице в месте, предназначенном под будущий сад. Она присела на пень среди деревьев, чтобы перевести дух. Этот холод, почти безжизненность, которую она заметила в глазах Тарны, до сих пор пугали её до мозга костей.

Верховная приказала ей не идти на риск и не использовать Врата до тех пор, пока ситуация не станет критической. Похоже, такой момент настал. Она обняла Источник и сплела нужное плетение.

Оно распалось в тот же миг, едва она его закончила. Переходные Врата не появились. С округлившимися глазами она попробовала снова, но результат был прежним. Она попробовала другие плетения – они отлично работали, однако Врата каждый раз распадались.

Холодный ужас превратился в ледяной. Она оказалась заперта в ловушке.

Они все в ней оказались.

* * *

Перрин пожал руку Мэта.

– Удачи, дружище.

Мэт ухмыльнулся, потянув за широкий край своей тёмной шляпы:

– Удачи? Надеюсь, она всё и решит. Удача – моё второе имя.

Через плечо у Мэта был перекинут набитый до отказа дорожный мешок. Такой же был у костлявого, угловатого субъекта, которого Мэт представил как Ноэла. У Тома за спиной висела арфа и точно такой же груз. Перрин так и не разобрал, что же именно они набрали с собой в дорогу. Мэт собирался пробыть в башне всего несколько дней, поэтому столько припасов ему точно было без надобности.

Небольшая группа собралась возле поляны для Перемещений, расположенной за пределами лагеря Перрина. Позади громко перекрикивались собиравшиеся в путь его подчинённые. Никто даже не догадывался, насколько этот день важен. Морейн. Она жива. Свет, пусть это будет правдой.

– Ты убеждён, что не нужно брать в помощь больше людей? – ещё раз спросил Перрин.

Мэт кивнул.

– Прости. В таких вещах… ну, требуется предельная чёткость. В записке это сказано чёрным по белому. Пойти должны только трое, иначе – пиши пропало. Если же мы всё равно потерпим неудачу… что ж, тогда она целиком будет на её растреклятой совести, так?