Чтение онлайн

— С Истваном обязательно поговорите. Осторожно, без женских штучек. То есть никакого заламывания рук, умоляющих глаз и хлопанья ресницами. Желательно без эмоций вовсе. Что говорить, решите сами, тут я не советчик. Характер Иствана и без меня знаете, поэтому не обращайте внимания на угрозы и ругань, а говорите. Если он делает вид, будто не слышит, это вовсе не так. Другое дело, что не сделает, как бы ни просили, если не захочет.

Посторонилась, чтобы интендант вывел мерина. Тот, баловник, и мои руки проверил, даже в сумку попытался заглянуть.

— Верхом ездить умеете? — Кристоф привязал коня и пошёл за щёткой. — Окрестности тут красивые, да и вам полезно. Поручение могу придумать, для диссертации тоже пригодится. Есть тут у нас не только Башня, но и Часовня духов. От Верешена версты три-четыре. Занятное местечко! Там, к слову, фон немного колеблется, хорошо амулеты, артефакты заряжать. Заинтересуетесь, покажу. Жаль, рисовать не умеете, а то располагает.

Живопись у меня теперь прочно ассоциировалась только с Эрно. Сначала решила, не поеду, даже рот открыла, чтобы поблагодарить и отказаться, но вместо этого попросила как-нибудь показать. Вдруг Эрно рисовал эту Часовню? Пролистаю записную книжку, посмотрю. Если найду эскиз, сяду потом так же, как сидел Эрно, буду смотреть на природу и представлять его, живого.

— Только я в седле плохо держусь, практики нет, — смущённо добавила я.

— Научитесь, — не отвлекаясь от чистки коня, ободрил Кристоф. — Удачи! И постарайтесь сделать так, чтобы Верешену не навредить.

— То есть? — не поняла я.

— Да как с Миклосом. Знаете, как тяжело всего без одного мага в Башне? А каково без некроманта? Знаю, вы не поняли, почему я так на вас взъелся, решили, будто бы я не считаю Миклоса дрянью. Да нет, считаю, только впредь запомните, невозможно дружить с мужчиной, пока вы ему нравитесь. Для вас — прогулка, для него — свидание. Понимаете, о чём я?

Кивнула, поблагодарила за советы и побрела в башню, к рутинным дневным обязанностям.

Долго думала, идти ли на кладбище, и решилась. Вроде, и повод есть — передать официальный вызов в столицу, который таки дошёл до нас магической почтой. Разумеется, Авалон мог легко послать весточку некроманту, но сжалился, вошёл в положение. К слову, никто о чувствах Иствана даже не заикался, все упорно делали вид, будто ничего не слышали. Тибор с оживлением рассказывал о доме, который они с Джеммой только вчера купили и куда собирались переехать после свадьбы. Она, кстати, в субботу, я приглашена, даже платье купила… Только торжество, определённо, пройдёт не так, как планировалось.

Когда вечером вернулась домой, Иствана уже не было. То, что он действительно на кладбище, узнала от Джено. Некромант заходил к нему, чтобы наскоро перекусить. Почему не стал есть у себя или в 'Трёх рыбах', догадываюсь.

— Он хочет фон замерить и, заодно, задание какое-то выполнить. Кажется, с наследством связано. Судятся двое, нужно мнение покойника.

И ради этого Истван ушёл до заката? Не верю. Джено тоже говорил и не верил, но оба мы своих догадок не озвучили.

Воздух пропах свежей травой и медовой пыльцой.

Огненный шар солнца пылал в просвете между домами; казалось, Верешен горит.

Я медленно шла к кладбищу, рассеянно вертя в руках травинку.

Всё цвело и благоухало. Лето в полной силе, в самом разгаре. Даже гранитные россыпи в окрестностях города дарили не холод, а жар. На них любили греться ящерки. Сейчас, наверное, тоже лежат, подставив шкурки солнцу.

Река тоже цвела. Густые пряди водорослей струились по течению, будто волосы русалок. То здесь, то там виднелись светлые пятна кувшинок. На широких массивных листьях притаились лягушки. Их кваканье раздражало, но что поделаешь, приходилось терпеть природные концерты.

Блестящие стрекозы молниями носились над водой. Они казались нереальными созданиями, будто фейри. Интересно, не встречу ли у реки кого-нибудь из представителей маленького народца? Пока я ничего о нём не слышала, да и не любят фейри Иссал, но кто знает? Достал же лич где-то представителей одного из самых жестоких Дворов. Это я вспомнила о слоа, ранивших Винса в Гнилой гати. Они хоть и нежить, но фейри.

У реки, взявшись за руки, гуляли парочки. Они самозабвенно целовались в кустах, весело хохоча, баловались в воде. А вот и лодка. Удивилась бы, если бы ни один парень не повёз девушку смотреть на закат. Это ж верное средство склонить весы в свою пользу.

Облокотившись о перила моста, проводила глазами удаляющиеся спины.

Солнце слепило глаза, обжигало багрянцем руки. Приятно гореть в таком пламени.

Край диска уже лизал землю. Скоро, совсем скоро, наступит ночь, значит, нужно поторапливаться. Прогулки по тёмному кладбищу никогда не входили в список моих любимых занятий.

В задумчивости остановилась у ограды? Куда теперь? Поискать Иствана? И в первый раз-то не вышло, а теперь и подавно. Разве что с помощью тонкой материи, её некромант не обманет.

Аллея с ровными рядами восстановленных надгробий рождала тяжёлые воспоминания. Они давили, заставляли отводить взгляд, мешали сделать шаг. Слишком многое связано с этим кладбищем: и плохое, и хорошее. Слишком многое я тут пережила, перечувствовала.

Букет Эрно не нарвала — впервые за всё время. Прежде никогда не приходила с пустыми руками, но тогда уж легче взять ржавый нож и вонзить Иствану в сердце.

Вздохнула, с тоской обернулась на медленно тонувший в длинных тенях Верешен, прислушалась к приглушённому весёлому говору и решительно шагнула в юдоль скорби. Она казалась материальной. Сразу поникли кончики губ, выпал колосок из рук, сгорбилась спина. Я шла по главной аллее и старалась не смотреть на памятники. Хотя, зачем смотреть, если точно знаешь, сколько шагов до заветной могилы? Будто не успела выучить за эти недели!

— Истван! — ни на что не надеясь, позвала я.

Кладбище ответило тишиной.

Пробивавшееся сквозь кроны деревьев солнце насквозь пронизывало кожу, заставляя её светиться изнутри. Распущенные волосы казались медными и пылали так же, как крыши домов.

То ли призрак, то ли нежить в огненном ореоле, я свернула на боковую дорожку, вившуюся среди папоротника. Свернула специально, чтобы не дойти до двух могил, которые не желала теперь видеть.

Если правильно помню, в этой стороне кладбище заканчивается луговиной, а река делает изгиб, образуя излучину с песчаной косой. Хорошо бы пройтись сейчас по воде, смыть тревоги и дурные мысли… Но не время, Рената, не время!