Чтение онлайн

— Да, хороша соломенная вдовушка! — со значением ухмыльнулась Вилма.

— Вон, — мгновенно отреагировала я.

Видя, что непрошеная гостья идти никуда не собирается, вытолкала её взашей и на всякий случай заперлась изнутри. Внутри клокотала ярость. Подумать только, Вилма посмела обвинить меня в распутстве! Пожалуй, я поторопилась и стребую с неё отрез. И Иствану расскажу, как она извинялась.

В окно полетели комья земли. Не ушла, паршивка!

Поставив щит: не дождётся, не испортит мне лицо и одежду, распахнула окно и наградила Вилму простеньким заклинанием. Та завизжала и завопила: 'Убивают!'.

Разумеется, Истван услышал и вышел, чтобы разобраться. Вилма тут же прильнула к нему и сбивчиво зашептала, как пошла мириться, а я её оскорбила за правду.

— Правду?! — взорвалась я. Меня трясло от нервного напряжения, хотелось убить мерзкую девицу. — Если ты с готовностью прыгнула в постель Миклоса, то я не собираюсь.

С шумом захлопнула окно и отправилась на кухню, заваривать успокоительный чай. Огонь удалось зажечь только с третьей попытки, а потом едва не ошпарила руки кипятком: всё никак не могла успокоиться.

В дверь забарабанили. Я сделала вид, будто не слышу. Чай обжигал нёбо, ярость в душе всё не могла уняться. Отставив чашку, метнулась в комнату, откопала чистый лист бумаги и начала сочинять жалобу.

Пора, пора положить этому конец! Штраф отрезвит Вилму, научит следить за языком. Если Истван мозги не вправил, поможет мировой судья.

За дверью послышался женский визг и грохот. Кажется, Вилма кричала: 'Не надо!'. Нехорошо так, будто её действительно убивали.

— Рената, открой! — судя по голосу, Истван был в бешенстве.

— Катитесь к демонам! — тем же тоном ответила я и с удвоенной скоростью заскрипела пером.

Сегодня же отнесу жалобу в Управу и не успокоюсь, пока не зарегистрирую. Если понадобится, разбужу дежурного, в окно влезу.

Дверь затрещала, сотрясаемая мощными ударами. Некромант решил её выломать?!

— Только посмейте! — зашипела я и рывком поднялась на ноги. — Вдвоём сядете.

Метнулась к двери и поспешила оплести её чарами. Вот так, давай, попробуй расплести!

На мгновение стало тихо, а потом Истван елейным голосом напомнил, кто из нас практик, а кто теоретик.

Хорошо, успела отойти: дверь сорвало с петель и отшвырнуло к стене.

Задрожала посуда на полках, жалобно звякнуло окно, чудом не разбившись.

Первой в комнату влетела зарёванная Вилма. Истван грубо швырнул её мне под ноги. С налитыми кровью глазами, насупленными бровями, некромант напоминал разъярённого быка, которому всё равно, кого убивать.

Пальцы сомкнулись в солнечном знаке, а передо мной мгновенно вырос щит.

Кажется, Вилма разбила нос: лицо перепачкано в крови. Зарёванная, испуганная, она дрожащими губами повторяла: 'Пишт, за что?'.

— За что?! — тяжёлый взгляд некроманта метнулся с меня на неё. — Я тебе говорил, не смей её трогать, извинись. Ноги ей лизать будешь.

— Но…

— Будешь! А после никогда, повторяю, никогда близко не подойдёшь, если Рената не позовёт. И обо мне забудь, мне такая тварь не нужна. Вперёд, Эран подберёт.

Вот так, будто по щекам отхлестал.

Вилма всхлипнула, размазав по щекам солёную смесь из крови и слёз, и заголосила:

— Пишт, на кого ты меня променял?

— Заткнись! — Истван влепил ей пощёчину. — И повторила, что болтала о Миклосе. При Ренате повтори: хочу в глаза ей посмотреть.

Это что-то новенькое. Не хватало ещё погибнуть во цвете лет из-за неконтролируемой вспышки ярости некроманта. Андор ведь говорил, они с ума сходят от общения с нежитью. Жаль магистр уехал! Он ближе всех жил, в гостинице, а так пока до Джено доберёшься, сто раз расчленят.

Видимо, страх отразился на моём лице, потому что Истван процедил, пальцем не тронет, только хочет во всём разобраться.

Вилма тем временем попросила прощения и затараторила, что ни словом не солгала, ходит ведь Миклос каждый день, цветы, конфеты носит, только обо мне и говорит, а тут и постель не прибрана…

Истван сжал кулаки и прищурился. Ожидал, опровергну или подтвержу.

— Вот что, — решительно заявила я, переборов страх, — выметайтесь оба. А вы, Истван, немедленно найдёте плотника, либо сами поставите дверь на место. Миклосу же можете передать, чтобы прикусил язык и выбросил все свои веники. Если он пытался при Вилме меня изнасиловать, это не значит, будто я прыгнула к нему в постель. Ещё вопросы будут, или меня наконец-то оставят в покое?!

Сама не заметила, как перешла на визг.

Истван на минуту окаменел, а потом подозрительно ровным голосом переспросил:

— Что он пытался сделать?

— Изнасиловать. Спокойной ночи!

Сняла щит и попыталась скрыться на кухне, но некромант не позволил. Он догнал, до боли впился пальцами в плечо и развернул к себе.

— И ты молчала? — это прозвучало как обвинение.

— Не ваше дело, — скинула его руку с плеча. — Самому не стыдно? Избить женщину!

— Она сама упала, — хмуро ответил Истван. — С лестницы. И нашла, кого жалеть! А ублюдка я убью. Предупреждал ведь, но он мимо ушей пропустил.

Видя, что некромант не шутит, повисла у него на руках, напомнив о наказании за тяжкое преступление.

— Вы жизнь себе загубите!

Истван оттолкнул и бегом спустился по лестнице. Не сговариваясь, мы с Вилмой кинулись за ним.

Вот кто за язык тянул? Знала ведь характер некроманта, видела, в каком он состоянии, и брякнула о Миклосе. Истван и так его ненавидит, а теперь и вовсе с цепи сорвался. Не шёл — летел. Движения резкие, порывистые, ничего слушать не желает.

— Истван, не смейте! — запыхавшись, таки догнала и попыталась преградить дорогу.