Чтение онлайн

– Мы не славимся целителями. Лучших обучают в Авалькине.

Кессарийская Академия Огненной Магии, пусть и сохранила первоначальное название, могла похвастаться факультетами на любой вкус. Артефакторика, некромантия, магия земли и воды, штормовая, ледяная… Разве что колдовского не было.

– Лучшим я стану и здесь.

– А как же Сейгард? Слухи о том, что твой племянник, это юное дарование, сварил зелье, способное излечить вампиризм, дошли даже до мрака. Я, признаться, не поверил поначалу, но доказательство сидит у меня перед носом. Ты осознаешь, что это самое масштабное научное открытие за последнюю тысячу лет? Думаю, не ошибусь, предположив, что вампиры по всему континенту в эту секунду пакуют вещички, чтобы отправиться к нему на поклон в надежде получить свою порцию счастья.

– Большую часть кровопийц их жизнь вполне устраивает, и стать нормальными они не стремятся. Одних обратили на смертном одре, подарив им второй шанс, другие пошли на этот шаг добровольно. В погоне за вечной молодостью. Так что ты преувеличиваешь. Сомневаюсь, что в Сейгарде случится нашествие вампиров. А даже если и случится, то я оставил за главного сильнейшего некроманта света. Он проследит за порядком.

– Ты доверил Стоуну плод своих трудов? Рискованно. Эртель диковат и неосмотрителен. Как бы не пришлось тебе потом возвращаться в руины. Впрочем, коли велико желание, – в зачетке Дешан размашистым почерком вывел его фамилию. – Держи. Выпускной курс целительского. Запихнуть магистра к первогодкам я не могу. Придется тебе пахать с особенным усердием, дабы не завалить ближайший экзамен, который, к слову, состоится через две недели. И обозначим сразу: декан Фьяранда – весьма специфическая женщина. Отчислит за любую оплошность, несмотря на твою смазливую мордашку.

– Неужели не попросишь ничего взамен? – насчет кессарийцев Лиораэль не обманывался. Как и драконы, южане драли втридорога.

– Услуга уже оплачена, – на раскрытой ладони Шахарди появился потрепанный пожелтевший конверт. – Твой спонсор оставил тебе послание. Я дал клятву передать его, если однажды из всех академий мрака и света ты выберешь мою.

Ни подписи, ни запаха, который он мог бы учуять раньше, будучи вампиром. Лиор забрал конверт и зачетку, поблагодарив за помощь Дешана, выскочил за дверь и распечатал послание, едва он оказался в укромном уголке между этажами:

«Если ты читаешь это письмо, значит, я не ошиблась. Ты оставил Сейгард и пошел за мечтой. Я горжусь тобой, Лиораэль Элларинаэ.

Надеюсь, что, окончив учебу, о которой ты так долго грезил, ты найдешь свое счастье. Найдешь место, где ты можешь быть собой. Жить, любить, блистать. Помогать людям, эльфам, демонам, драконам… Вампирам, оборотням, грифонам и трехглавым гидрам. Всем, кто нуждается в спасении, ведь ты всегда был тем, кто не судил книгу по обложке.

Знаю, ты никогда меня не простишь. О милости я и не прошу. Виновата. Заслужила. В Центральном Кессарийском Банке тебя ждет депозит на два миллиарда крон. На эти деньги ты сможешь снять приличное здание, открыть госпиталь и нанять себе в помощники опытных целителей. Читая эти строки, ты, должно быть, злишься. Не стоит. Это не подачка и не взятка. Моя попытка исправить то, что на эмоциях я сотворила, не подумав. Повернуть время вспять я, увы, не в силах.

Навеки твоя,

Иза.»

Дрожащими руками Лиораэль сложил письмо, убрал его в карман и сполз по стене на пол. Никто не знал его лучше Изабеллы. Было время, когда он делился с ней всем. Мечтами, планами, переживаниями, страхами… Фариарди слушала его с искренним, неподдельным интересом. Так, как слушать могла лишь бесконечно влюбленная женщина.

После их расставания, ее укуса, она ни разу не сказала ему «прости», глядя в глаза. Вероятно, понимала, что словам он не поверит и что пропасть между ними слишком велика. Для того, чтобы над бездной появился маленький мостик доверия – нужно время.

Судя по всему, Иза готова была ждать. Слова Шахарди зазвенели в ушах: «Я дал клятву передать его, если однажды из всех академий мрака и света ты выберешь мою».

Предугадать, что рано или поздно Лиораэль окажется в Кессарийском Ханстве, не представлялось возможным. Он не особенно любил жаркий климат. Солнце – да. Зной, от которого пот катился градом – нет. Фариарди, с ее – то острым умом, не решилась бы действовать наугад. Наверняка, в каждой академии, где преподавали целительство, кроме его собственной, у ректора в столе лежал конверт с посланием.

Столько усилий, чтобы склеить разбитую чашку. Сердце предательски защемило. Он ушел от Изабеллы, когда все стало слишком сложно. Она хотела замуж, мечтала о том, как возьмет из приюта ребенка, ведь вампиры не могли сами продолжить свой род, превратила их дом в тихую гавань, островок чистоты и уюта, при этом не забывая о клане, а он… Ему было скучно. Пресно. Не хватало ярких ощущений. Страсти, огня, что вспыхнул между ними, когда в горах Ильденвара он впервые увидел черноволосую вампиршу.

Пламя потухло так же быстро, как и разгорелось, и они оба наделали ошибок. И все же, порой, Лиораэль скучал по ней. Скучал не по женщине – по другу. Дал себе слово, что не простит, но давно размяк. Вначале позволил ее клану перебраться в Сейгард, потом согласился создать факультет колдовства и назначил Изу деканом, как искусную и опытную ведьму, а в последнее время перестал шарахаться от нее на каждом шагу и разрешил ей забегать в гости к ним с Эннарионом.

А ведь по – хорошему просить прощения должен был он. Это ведь он ее бросил. Мог приготовить ужин, налить в изящные бокалы вина, усадить Изабеллу за стол и… Поговорить. Предложить ей поехать в родной для нее Килденгард, скупить все новинки столичной моды и снять номер в лучшем пансионе у термальных источников. Или же отправиться на Фьяльку, на рынке набрать деликатесов, после чего арендовать маленький домик в хвойном лесу и потом не вылезать из постели целую неделю. Уставшими, разомлевшими от любовных утех, голышом купаться в океане, а продрогнув, бежать в баню, дышать ароматным паром диковинных северных трав. Но Лиораэль, чтобы спасти их союз, не пошевелил и пальцем.

Для эльфов менять партнеров как перчатки, не заботясь о последствиях, было нормой. Благословенные дети леса не умели любить. Отдавать себя без остатка, не рассчитывая что – то получить взамен. Женились, разводились, изменяли своим половинкам направо и налево, не испытывая по этому поводу и капельки стыда. Чужие чувства в Авалькине стоили гроши.

– Серьезно? Ты меня и в академии собрался караулить? – Кассея, скрестив руки на груди, стояла на ступенях лестницы, ведущей на второй этаж. Аккурат напротив ниши, где он притаился размышляя.