Беатрис
Шрифт:
Впервые на ее памяти он раскраснелся, как помидор, и отвел глаза:
– Прилично. Духу никак не хватало спросить, согласна ли ты стать моей женой.
Она прижалась к нему всем телом, пытаясь отдать частичку своего тепла и любви:
– Какой же ты дурак. Я выйду за тебя хоть сию секунду. Вон, Аэлирана попросим связать нас брачной клятвой. Мы на его территории, он в своем праве.
– А платье? А гости? Так не пойдет! Кас, я против! К тому же Фредерика не простит нас, если мы испортим ей помолвку своими новостями.
Колечко село как влитое. Камешек искрился на солнце, переливаясь сотнями граней.
– Красивое… Но ты прав. Скроем его иллюзией? Не то они с Эннарионом и впрямь расстроятся, что мы украли их день. Расскажем чуть позже.
Кассея сдалась под напором удушающей нежности. Увлекла его в очередной поцелуй, скользнула руками под рубашку, лаская коготками тугие кубики пресса, но Лиораэль неожиданно напрягся:
– Кас, мы не одни.
В принципе, мог и не предупреждать. Лопатками она ощущала чье – то пристальное внимание. Обернулась и не сдержала вздох облегчения. Не Иллай с Бэан’ной, и, слава богам, не Деналь.
Прислонившись к мощному стволу дуба, за ними с интересом наблюдали король и королева Авалькины. Рядом с Феанором Амина расцвела. Сменила гардероб, отрезала волосы.
Узнать в этой милой хрупкой девчушке в струящемся розовом шелковом платье хмурую вампиршу, облаченную в черное, было ох как непросто. А рваное каре с пышной челкой и вовсе делало эту задачу невыполнимой.
Перемены коснулись даже Кики. Мрачный кожаный ошейник у него отобрали, и теперь шею нечисти украшала симпатичная нитка жемчуга, но кот не жаловался. Разгуливал по залу Первой Королевской Аптеки имени Магдалены Фариарди, которой заведовал в отсутствие хозяйки, словно и сам восседал на троне.
– Вы посмотрите на этих бездельников, – протянул Феанор. – Стол не накрыт, а они обжимаются.
Лиораэль, запахнув рубашку, с которой Кассея все же умудрилась расправиться в пылу страсти, беззлобно огрызнулся:
– Твой сын, ты и накрывай. Каким это ветром вас сюда занесло? До церемонии еще несколько часов. Или вы снизошли, наконец, до простых смертных и решили нам помочь?
Амина лучезарно улыбнулась, но от улыбочки этой кровь застыла в жилах:
– Мальчики, не злите меня. Вам охота колкостями обменяться? Вперед. Вы тут все и обустроите к ужину, Стоун там как раз несется к вам на помощь. А мы с принцессой приоденемся. Идем, Кас.
Тоненькие ручки вцепились ей в локоть и поволокли вдоль реки. Туда, откуда открывались порталы. По пути им действительно встретился некромант, с недовольной миной тащивший на собственном горбу с десяток стульев, а за ним, что неожиданно, топал взмыленный Деналь, груженный бочками вина.
Гордон не был образцом морали, но за дочь он стоял горой, и Кассея, сама того не желая, прониклась к нему… Уважением?
С Фредерики он сдувал пылинки, направлял, советовал, учил. Мягко, терпеливо. Делился знаниями, заваливал юную правительницу книгами, которые ей лично и читал. Готовил для нее конспекты, схемы с именами, званиями и заслугами тех, кому стоит доверять, а кому нет, чтобы в любой непонятной ситуации она могла бы отлучиться на минутку и в коридоре, в ванной, в покоях изучить драгоценную шпаргалку. Выдохнуть, расслабиться, понять, с кем именно она имеет дело.
Когда Эннарион попросил руки Фредерики, Деналь не сказал и слова. Ждал, что ответит она. И когда его чадо согласилось, он лишь улыбнулся и похлопал будущего зятя по плечу, а Кассея вновь испытала облегчение.
Совесть потихоньку переставала сжигать ее изнутри. Тем более что ночами, пока дочка спит, Гордон приходил порталом в Сейгард и честно пахал, как проклятый, пытаясь взять свой проблемный дар под контроль.
Дворец Иллая встретил их с Аминой суетой. Слуги носились туда – сюда с угощениями, которые предстояло доставить в Ильденвар. Каталина Берлейн, несмотря на внушительный живот и прогнозы скорых родов, самоотверженно колдовала над прической Фредерики, пока Иза с Драксом, вернувшись из Сейгарда, пытались наспех отмыться от сажи и удушающего аромата неудавшегося зелья.
Зато Эннарион безмятежно смаковал на кухне бренди, вяло отбиваясь от парочки вампиров из клана Изабеллы, которые отчаянно требовали свою порцию зелья.
Боги услышали молитвы Кассеи. Исполнили желание, которое она загадала, купаясь в священных водах озера Киллин’арна. Ниспослали этому дарованию лиркариус. И не один куст… Пятнадцать. Пышных, цветущих. Этого хватило, чтобы избавить от тяжкой ноши тридцать семь кровопийц. Фариарди – старшую в том числе.
Мечта Изы сбылась. Сенсация держалась в строжайшем секрете, но ей, как всаднику, Аракс уже разболтал, что ведьма носит под сердцем дракона.
– Будешь злиться, но мы с Кики заказали тебе платье у лучшего портного Авалькины, – Амина толкнула ее в покои, которые Кассея занимала в те редкие моменты, когда гостила у брата. – Вот – вот привезут. Расслабься и жди меня здесь! Клянусь, оно очень красивое!
Легко сказать. Расслабиться, когда в комнате напротив наряжалась Ее Величество Бэан’на Даэр’аэ? Задачка со звездочкой. Маленькая вампирша растворилась в тумане, а ей и впрямь стоило бы отдохнуть, но дверь в покои драконицы приоткрылась, повинуясь дуновению ветра.
Красная кожаная папка с гербом отдела бракоразводных процессов Верховного Суда лежала на столе у королевы Эльсинора. Кассея узнала ее с первого взгляда, ведь она сама прикидывала и не раз, как бы расстроить союз брата с этой крылатой выдрой.
Даэр’аэ ее опередила? Решила бросить Иллая, почуяв угрозу с ее стороны? Поразмыслить толком она не успела, инстинкты взяли верх… Миг, и ее руки лихорадочно листали страницы прошения к суду.
«Я, Бэан’на Даэр’аэ, рожденная третьего января две тысячи первого года от восхождения на Небеса Золотой Богини Хинтары, дочь Его Ледяного Величества Короля Сильвенара и Объединенных Островов Р’гара Даэр’аэ и Ее Ледяного Величества покойной Королевы Сильвенара и Объединенных Островов Тэ’иланы Даэр’аэ, урожденной Тэ’иланы Ак’Шарэй, прошу Верховный Суд рассмотреть мое заявление о расторжении брака, заключенного мною с Его Величеством Королем Эльсинора Иллаем Шерганом…»
– Все прочла? – прошипела Бьянка у нее за спиной, обдав ее тело колким холодом. – Или мне подождать, пока тебе не надоест рыться в моих вещах?
Кассея швырнула папку под ноги бесстыжей стерве:
– Так, значит? Иллай терпел твои измены, твои капризы, а ты ославить его решила на весь свет? Хотела развестись с моим братом, могла Лиора попросить разорвать вашу клятву! Нет же! Зачем? Подадим прошение в суд! Пусть газетчики радуются! Полоскают имя короля в каждом выпуске!
– Правда что, – красивые губы драконицы изогнулись в презрительной ухмылке. – Давай Лиораэля заставим выбирать, кого из нас он больше любит. Меня или Иллая.