Чтение онлайн

– Василёк, не плачь… Командоры не умирают от удара головой и обморожения.

Ален говорил с уверенностью, которой не чувствовал. Он мог выдернуть раковую опухоль из тела маленькой девочки, но не мог обезвредить яд в крови. Мог легко заживить внешние раны, но не мог справиться с внутренними повреждениями. Ален был в первую очередь убийцей и лишь немного – врачом. Но Василиса с такой доверчивостью вскинула на него взгляд, что Ален просто не смог ее разочаровать.

– Все будет хорошо. Поверь мне.

Ален провел тыльной стороной ладони по лицу девушки и легонько коснулся губами переносицы. Она кивнула.

– Побудь с ним еще немножко, цветочек мой. Я скоро вернусь.

Ален выбежал на улицу, едва успев накинуть куртку и вернуть на место змейку-обруч. Не останавливаясь, он свистнул къяру и запрыгнул тому на спину. Конь сорвался в галоп.

…Перепрыгнув забор прямо со спины коня, парень бросился в дом.

– Мама! – крикнул он. – Мама, где ты?

Матери в доме не оказалось. Он выбежал на улицу, обежал вокруг дома, заглянул в сарай. Мать была в теплице.

– Мама, мамочка, ты мне так нужна!

Карина обеспокоенно поглядела на Алена.

– Что случилось?

– Мам, я знаю, что ты талантливый целитель…

– Тебя опять ранили? – испугалась она. – Серьезно?

– Нет, со мной все хорошо! Мам, послушай, Арэн ранен… Я не знаю, что с ним…

– Твой друг эльф? Что случилось?

Карина, не теряя времени, побежала домой переодеться, они разговаривали на ходу.

– Мы вчера упали в реку, я отделался тем, что слегка обморозился, а Арэн расшибся о камни. У него разбита голова, и он со вчерашнего дня не приходил в себя.

Женщина остановилась и внимательно поглядела на волшебника.

– Сильно расшибся? Позвоночник поврежден?

– Я не знаю… – Маг обхватил голову руками и скривился, как от сильной боли. – Помоги мне, пожалуйста, это я виноват, что он упал…

Карина быстро переоделась и собрала сумку. Выбежав из дома, она заглянула к соседке, у которой играла ее дочка.

– Люба, присмотри за Яной! Я не знаю, когда вернусь!

Соседка заверила, что присмотрит за девочкой.

Ален легко вскочил на спину къяра и подал матери руку.

– Это что за зверь? – Карина с подозрением поглядела на коня. – Он откуда?

– Это мой, – улыбнулся Ален. – Не бойся, он только кажется страшным.

– А как мы на нем без седла и уздечки поедем? Может, я лучше свою лошадь возьму?

– Нет, мам, на обычной лошади слишком долго. И, поверь, мы не упадем.

Конь опустился на колени, и Карина с опаской залезла на его спину позади Алена. Маг слегка толкнул его коленями, мысленно попросив быть поаккуратнее с ценной ношей. Конь фыркнул и сорвался с места на бешеной скорости… Впрочем, очень плавно.

Через десять минут они были в лагере. Ален спрыгнул со спины даже не запыхавшегося скакуна и подал матери руку. Они быстрым шагом вошли в домик, Карина мельком глянула на Арэна и велела сыну принести теплую воду, мыло и чистое полотенце. Все это маг сообразил за минуту, вскипятив и остудив воду до приемлемой температуры легким касанием.

Когда Ален вошел в комнату, женщина строго допрашивала заплаканную Василису. Вымыв руки, мать велела Алену найти самый острый и тонкий нож, который только есть. Парень, коротким заклинанием заточив и продезинфицировав свой нож, протянул его матери. Карина разрезала бинт на голове эльфа, попутно раскритиковав перевязку.

Маг притих в углу, напряженно прислушиваясь к словам матери.

– Треснута кость, – бормотала женщина себе под нос, осторожно ощупывая и осматривая голову эльфа. – Хоть бы гематомы не было… Обширное повреждение правой височной доли.

Итог был неутешительный. Череп у эльфа треснул, и мозг был поврежден. Также не выдержали удара и треснули три шейных позвонка, двигаться ему было строжайше запрещено. Легкие были на треть заполнены водой. Да еще и банальное обморожение. Стрелок имел все шансы не протянуть долго или навсегда остаться калекой.

Василиса всхлипывала в одном углу комнаты, маг стоял в другом, привалившись к стене. Ноги отказывались держать. Как живо перед ним встала давняя картина: жутко израненный Анжей с его ножом милосердия в сердце! И, как напоминание, тот самый нож милосердия в руках его матери.

Ален оторвал пустой взгляд от своей руки, отлепился от стены, подошел к матери и встал перед ней на колени, глядя в строгие карие глаза.

– Мама, – прошептал он, – ты смогла спасти мне жизнь, когда у меня была порвана артерия. Пожалуйста, спаси его… Смерти еще одного брата я пережить не смогу. Они все умерли, мама. Леон – у меня на глазах. Я смотрел и ничего не мог сделать, не мог остановить его самопожертвование… самоубийство. Он умер, чтобы мы могли победить. А Анжей… – Маг обхватил голову руками. – Анжея я убил сам. Нашел смертельно раненного, даже не знаю, как он еще дышал… и добил. Еще я убил Кира, Кайри, Леру, Криса… Полсотни имен, мама. Полсотни верных друзей. Если умрет и Арэн… – Он замолчал.

Карина молча смотрела на сына. Такой родной и такой чужой одновременно…

– Хорошо, – кивнула она. – Но у меня не хватит сил вылечить его полностью.

– Бери мои. – Ален с улыбкой протянул ей руки. – Хоть все.

Карина с нежностью коснулась щеки стоящего на коленях волшебника:

– Я сделаю все, что смогу.

Ален поднялся на ноги и оглянулся на притихшую в углу девушку.

– Иди отдохни, Василёк. Дальше мы сами справился.

Девушка отчаянно замотала головой.

– Тебе нужно поспать, солнышко. Можешь лечь в моей каморке, если не хочешь быть далеко.

Василиса некоторое время переводила взгляд с Алена на Карину и обратно.

– Нет, я пойду к себе, – в конце концов решила девушка. Ален не зря пристроил к лазарету еще одну комнатку, уютную и теплую. – Позови меня, когда все закончится.

Маг кивнул, и Василиса ушла.

– Помоги мне, малыш, только осторожно.

Карина расстегнула пуговицы на теплой рубашке эльфа и подозвала Алена.