Чтение онлайн

– Что ж, пожалуйста, – сказал он. – Условия те же?

Батлер кивнул.

«Те же условия» означали пять тысяч долларов наличными для капитана танкера, плавающего под либерийским флагом. По крайней мере, это была любезная выдумка, которой придерживались Батлер и капитан. Правда состояла в том, что «условия те же» означало: жена и дети капитана, которые жили в Бусати, будут продолжать там жить, а не окажутся вдруг мертвыми в какой-нибудь канаве. Это условие было оговорено еще при первой встрече Батлера с капитаном десять месяцев тому назад, и этот вопрос никогда больше не поднимался – не было необходимости: капитан все хорошо помнил.

– Однако, – сказал Батлер, – на этот раз есть некоторая разница.

Он внимательно оглядел зал, чтобы убедиться, что никто за ними не следит и не подслушивает. Небольшой бар сотрясали душераздирающие вопли музыкального автомата. Успокоенный, Батлер сказал:

– Две женщины.

– Две? – переспросил капитан.

– Две, – улыбнулся Батлер. – Но одна из них, не закончит путешествия.

Капитан хлебнул виски и снова улыбнулся.

– Понимаю, – сказал он, – понимаю. – Но он не понимал. Он не понимал, почему он должен взять на борт за одну и ту же цену двух женщин вместо одной. Так же, как не понимал, каким образом поставить перед Батлером пот вопрос, не рискуя навлечь на себя серьезные неприятности. Но он снова повторил: – Понимаю.

– Хорошо, – сказал Батлер. – Когда вы отплываете?

– В пять, – посмотрев на часы сказал капитан. – Как раз перед рассветом.

– Буду в пять, – сказал Батлер и поднялся из-за стола.

– Может быть, присоединитесь ко мне? – предложил капитан, берясь за бутылку.

– Извините нет. Я не пью.

– Жаль. Это вы зря. Когда выпьешь, жизнь становится намного легче.

Батлер положил на стол свою большую ладонь и, перегнувшись через стол, сказал:

– Вы не поймете, капитан. Ничто сейчас не может быть более легким, чем моя жизнь. И более приятным.

Капитан кивнул. Батлер на секунду задержался, ожидая вопроса, затем, не дождавшись, оттолкнулся от стола, повернулся и молча вышел.

Он остановился в мотеле на окраине города, где снял комнату под именем Ф.Б.Уильямс. Он заплатил наличными и отмел попытки дежурного завязать с ним разговор.

Батлер проверил комнату. Дверные замки были вполне удовлетворительны. Он бросил на кровать свою небольшую дорожную сумку, закрыл комнату и вернулся к машине.

Целый час разъезжал Батлер по улицам Норфолка, разыскивая нужного ему человека. Ему нужен был особый человек.

Наконец он нашел ее. Это была высокая стройная блондинка с пепельными волосами. Она стояла на углу перекрестка, у столба светофора, в отработанной годами позе проститутки – готовая тут же пересечь улицу, если вблизи покажется полицейская машина, но согласная стоять там хоть вечность, если фараоны не покажутся и если конечно не подъедет подходящий мужчина в подходящей машине.

Увидев ее, Батлер быстро объехал на прокатном «бьюике» вокруг квартала, а затем, точно подгадав, подкатил к ней как раз в тот момент, когда зажегся красный свет.

Девушка взглянула на него через лобовое стекло. Батлер нажал на кнопку электрического устройства дверей, отпирая их. Глухой щелчок открывающегося замка был еще одним принятым всюду сигналом. Девушка подошла к машине, облокотилась на дверь, просунула в открытое окно голову и первым делом внимательно оглядела заднее сиденье. «Да, – подумал Батлер, – рост, фигура и возраст вроде бы подходят. Цвет кожи и волос – тоже.»

– Хотите развлечься? – спросила девушка.

– Точно!

– Минет – пятнадцать долларов, натурально – двадцать пять.

– А на ночь? – спросил Батлер. Странно, подумалось ему, слова и фразы уличного жаргона всплывали в памяти с такой легкостью, как будто он и не переставал ими пользоваться.

– Не-а, – сказала девушка. – Не охота. Это тоска зеленая.

– А три сотни желания не прибавят? – спросил Батлер, зная, что за такие деньги можно заставить расстараться сразу трех проституток на выбор.

– У вас они есть?

Батлер кивнул.

– Покажите!

– Покажу. Прыгай в тачку!

Девушка открыла дверь и скользнула на переднее сиденье, рядом с Батлером. Зажегся зеленый. Батлер повернул направо, за угол, и остановился недалеко от ярко освещенного ночного газетного киоска.

Достав из кармана бумажник, он вынул из него три стодолларовые бумажки, стараясь, чтобы девушка заметила оставшуюся в бумажнике пухлую пачку банкнот. Три сотенные он развернул веером и подержал на уровне ее глаз.

– Деньги вперед, – сказала она, сглотнув.

– Две сотни сейчас, – ответил он. – Можешь их припрятать. Третью – потом.

– Чегой-то ты так разохотился? – спросила она.

– Послушай. Я – не извращенец. Никаких там хлыстов и прочей чепухи. Просто мне нравятся белые женщины. Если ты мне угодишь, получишь еще одну сотню, о которой никто не будет знать.

Она еще раз всмотрелась в лицо Батлера, на этот раз очень внимательно, явно стараясь сверить его со своими представлениями о трех известных ей категориях опасных клиентов – фараонов, извращенцев и драчунов. Он вроде не подходил ни под одну.

– О'кей, – сказала она. – Ждите здесь. Я припрячу две сотни и сразу вернусь.

Батлер кивнул. Он не поверил бы проститутке, если бы специально не продемонстрировал ей содержимое своего бумажника. Сейчас он был уверен, что ее куриные мозги усиленно работают над тем, как вытянуть из него больше обещанных четырех сотен. Отдав две сотни своему сутенеру, она тут же вернется назад.

Действительно, через три минуты она снова скользнула на соседнее сиденье и обвила руками его шею.

– Меня зовут Тельма, – сказала она, – а тебя?

– Симон, – ответил он. – Хата у меня есть. – Он захлопнул дверь, и они тронулись с места.

Через десять минут они уже были в комнате Батлера в мотеле. Еще через двадцать минут она, связанная, с кляпом во рту, одурманенная хлороформом, лежала на полу за кроватью – невидимая из окна и достаточно далеко от телефона. Последняя предосторожность была явно излишней, поскольку она отключилась на всю оставшуюся часть ночи.