Чтение онлайн

«Предъявленное для экспертизы холодное оружие представляет собой штык-нож к штурмовой винтовке Г-3. Последняя принята на вооружение бундесвером, равно как и многими другими странами Западной Европы, Азии, Африки и Южной Америки. В целом ряде стран вышеперечисленных регионов производится или производилась по лицензии. Имеющаяся на штык-ноже маркировка не позволяет в столь краткие сроки установить страну-изготовителя. Предположительное время производства – от семи до четырех лет назад. Майор…»

Вторая бумажка была заключением научно-технического отдела: микрочастицы крови, обнаруженные в месте крепления рукоятки к клинку, имеют первую и третью группы. У Шохиной была первая, у Ольминской и Артемьевой – третья. Ура?

Даша бережно спрятала бесценные бумажки в ящик стола и спросила:

– Может, ты и Мастера знал? Или предполагаешь, кто это такой?

– А что тут предполагать? Мастер – это Венька.

– Если ты мне запускаешь косяка – шкуру спущу…

– Да какой мне смысл? Если лавочка, как я полагаю, прочно закрылась? Я, простите, не шизик, как Венька. Порошочек нюхаю, что есть то есть, но не килограммами. Был у меня родничок ценной информации – и высох. Придется другой искать, а не беречь тайны этой дурдомовской компании…

– Только не рассчитывай, что прямо сейчас пойдешь домой. Привезем Венечку…

– Да ради бога. Если вы мне твердо гарантируете, что забыли о кой-каких деталюшках нашей недавней встречи – как в старину говаривали – располагайте всецело. Ни телом, так душой.

– Повеселел, орел, повеселел… – покачала головой Даша.

– Верю вашему слову. Хотите, я в искупление вашей конторе что-нибудь полезное подарю – факс там или рацию? У вас же вечно…

– Обойдемся, – сказала Даша, нажимая кнопку вызова конвоира. – Но если ты мне навешал лапши – сам заранее вешайся…

Отправив повеселевшего бизнесмена в камеру, она зашла в соседний кабинет. Славка сидел, вдохновенно уставясь в потолок и прижимая к уху рацию, что-то энергично пищавшую.

– Ну что? – спросила Даша, когда он отключил японское чудо.

– Да вот совета как раз просят, – сказал Славка, озабоченно хмурясь. – На работе его нет, по знакомым не нашли, дома никто не открывает, но потом, когда они во второй раз приехали, обошли вокруг «свечки» и узрели, что свет горит во всей квартире – а времени-то едва к обеду… Телефон все время занят, Колян в темпе обежал соседей, и бабушка, что этажом ниже, уверяет, будто в верхней квартире, часов в девять утра, имел место жуткий грохот… А?

– Бэ, – сказала Даша. – Побегу искать Федю, а ты с ними свяжись, передай от моего имени, пусть найдут понятых и вскрывают дверь, если прокол – отмотаемся, нам на фоне сегодняшних достижений и не такое простят… Аллюр!

…На сухом жаргоне протоколов это конечно же было описано стандартно:

«Труп гражданина Житенева Вениамина Степановича лежит лицом вверх примерно посередине комнаты. Расстояние от… Расстояние от… Расстояние от… В правой руке покойного находится пистолет системы «макаров». Стреляная гильза находится в тридцати шести сантиметрах от трупа. В правом виске находится входное отверстие…»

Как ни стараешься избегать слова «находится», а оно, клятое, всплывает порой по три раза в предложении…

Похоже, что на свет божий всплыл подаренный кем-то Ольге Ольминской «макар», о котором упоминал вскользь Марзуков. На пистолете обнаружили с дюжину отпечатков, один принадлежал Ольминской, остальные – Житеневу. Можно, конечно, снова предполагать происки, но пока что факт самоубийства сомнений не вызывал. Гораздо интереснее, нежели рассуждать о происках загадочного врага, оказалось копаться в вещах усопшего под испуганно-любопытными взглядами понятых.

Даша и ее сподвижники открыли, что в квартире находится (тьфу, опять!) богатая библиотека сатанистской литературы – книги, вырезки, статьи из журналов, какие-то ксерокопии, репродукции, пара картинок с автографом шизанутой Вики, напоминавшим шифр: «В-666». Когда прошлись по ящикам стола и содержимому шкафа, выплыли сувениры поинтереснее: ножны, на первый взгляд вроде бы подходившие к штык-ножу, две черные мантии и еще одна маска из черной замши (но эта была украшена изображенными золотой краской пентаграммами и ликом Сатаны во лбу). Отыскалось с десяток фотографий в стиле «ню»: Олечка в одиночестве, Олечка и Житенев, Олечка и субъект в черной маске с золотыми пентаграммами, по сходству тела – предположительно опять-таки Житенев. Всю груду видеокассет прихватили с собой, чтобы вдумчиво просмотреть в угро.

К вечеру выяснилось, что ножны и в самом деле идеально подходят для орудия убийства, обе маски прямо-таки заляпаны отпечатками пальцев Житенева – но среди кассет не нашлось ни одной, где появились бы Светик с Ингой, равно как и другие участники веселых забав.

– Как по-твоему, мог их кто-то забрать? – спросил Воловиков, когда они сидели тет-а-тет в его кабинете.

– Тут уж я судить не берусь, – сказала Даша. – С одной стороны, в комнате у него бардак был жуткий, пустых футляров от кассет хватало там и сям. Но когда мы у него были с визитом у живого, все выглядело точно так же. Один аллах ведает. Если он и в самом деле попытался шантажнуть папанек и кто-то из них обиделся, не представляю, как и искать концы, честно вам говорю…

– Думаешь, все же убийство?

– Не похоже, – сказала Даша. – Вы мне лучше скажите, будем мы у Паленого обыск делать или как?

Шеф увел взгляд в сторону, помолчал и нехотя поведал:

– Мы будем. Завтра. Пока что опечатали хату, сержанта поставили…

– Мы – это значит, без меня?

– Дарья, ну ты взрослый человек…

– Что, опять пошли дружеские советы? – спросила она без особого сарказма.

– Не будем дразнить гусей, Дарья. Хорошо еще, что самая бульварная в Шантарске газетка будет молчать как рыба, – по причинам вполне понятным. Кое-что неминуемо просочится, но особого шума решено не подымать. Казаки, я думаю, тоже промолчат… Политика, свет мой Дарья. Грядущие выборы. Для кого-то все случившееся – большая печаль, а для кого-то – отличный козырь. Начнут вопить на всех углах, что один из столпов демократии, медальки удостоенный в свое время, на почве шизы и сатанизма мочил тесаком невинных девочек – а вдруг, спросят ехидно, он уже в те времена был сдвинутый? И все такое прочее… Короче говоря, дело будут потихонечку спускать на тормозах, благо главных виновников перед судом уже не поставишь, что не значит, конечно, будто второстепенные своего не получат. Огребут. Тебя что, такой финал удручает?

– Господи, да с чего бы вдруг? – пожала она плечами. – Скажу честно, есть у меня ноющие занозы…

– Ты про что?

– Да пустяки, наверное, – сказала Даша задумчиво. – Так, некоторые нестыковочки… Ладно, банкиршу мы завтра вежливо пригласим глянуть на жмурика со шрамом. А заодно и на второго. Анжелика, паршивка, так и не отыскалась, но тут тоже что-нибудь придумаем, долго она у меня в розыске не пробегает… Меня другое занимает: Пожидаев заверяет, будто часа за два до того, как мне приехать, Веня назвал ему мою настоящую фамилию и звание. Когда мы к нему пришли, по фамилии и званию представились только вы. А Пожидаеву я верю.