Бессмертные
Шрифт:
— Дети!
В комнате наступила долгая тишина, после чего люди снова зашевелились.
— Он знает твой голос, Роуз. Пожалуйста, спроси у него. И побыстрее. Этот запах…
— Если я спрошу, ты прекратишь брюзжать и отстанешь от меня? Да как ты вообще можешь думать о жажде в этой ситуации?! — прошипела Розали.
— А как ты можешь не думать?
Холодные руки легли на лицо Эмметта, слегка повернули его голову, и ангельский голос снова заговорил:
— Ты ещё здесь? Я нашла тебя в лесу и не смогла оставить… Мой отец может спасти тебя, но ты должен дать своё согласие, — шептала Роуз. — Хочешь, чтобы он тебя спас?
Эмметт не успел ответить, его перебил мужской голос:
— Расскажи ему всю историю, Розали. Ты нашла этого бедного олуха в лесу и подумала, что он почти такой же красивый, как и ты, а теперь хочешь, чтобы Карлайл проклял его душу, ведь она якобы составит тебе хорошую компанию.
Послышалось шипение и громкий треск, но волна боли накрыла собой все прочие чувства.
— Быстрее, Розали. Он умирает. Карлайлу нужно поспешить с укусом, — раздался мужской голос.
Эммет испустил стон; раны сильнее засочились кровью, и от большой потери жизненно важной жидкости тело затряслось в конвульсиях.
«Почему ангел не спасает меня?» — неистово проносилось в голове. Эмметт хотел лишь ещё раз увидеть её лицо.
— Быстрее, Роуз…
— Хочешь стать таким же, как я? Хочешь прожить со мной вечность? — шептала Розали, хватаясь за рубашку Эмметта. Несмотря на содрогающую тело боль, его мозг быстро подметил странность слов.
— Объясни ему.
— Слушай, — спешно зашептала девушка, — я бессмертна… Я вампир. Моя семья — тоже вампиры. Мы не монстры, и ты таковым не станешь. Карлайл спасёт тебя, если захочешь.
Эмметт снова застонал и кивнул.
«За этой девушкой пойду куда угодно. Не хочу умирать…»
Неподалёку послышалось шарканье, и затем чужие холодные руки коснулись его. Сдвинув рубашку, пальцы быстро оценили ранения.
— Дорогой мальчик, я помогу тебе. Будет очень больно, но это спасёт тебе жизнь и продлится не очень долго, — утешал другой мужской голос, более мягкий, бархатный и принадлежал он, определённо, кому-то постарше.
В ответ Эмметт выдавил стон.
«Просто помогите мне… Это невыносимо…»
— Ты понятия не имеешь, во что впутываешься, — произнёс первый голос.
Сознание Эмметта зацепилось за его ангельскую мелодичность и гармонию, но руки, приподнявшие его плечи и голову вывели из задумчивости.
— Прости, мой мальчик, — прошептал мужчина постарше. — Пожалуйста, когда всё закончится, найди в своём сердце прощение для меня.
Руки Эмметта, а затем и его туловище прижали к столу холодные запястья, и, когда в шею впились острые, как бритва, клыки, началась самая настоящая боль.
***
В шею словно ввели инъекцию огня. Огня, смешанного с многочисленными пчелиными жалами.
Эмметт вспомнил, как однажды в подполье он наступил на улей. Мстительные насекомые сразу же отреагировали на вторжение и стали таранить их взломщика, с каждым разом нанося укол болезненней предыдущего. Сейчас творилось что-то подобное, только в сотни тысяч раз хуже.
Боль целиком поглощала тело. Рваные раны пучились и пульсировали агонией, пока Эмметт судорожно дёргался и задыхался. В какой-то миг показалось, что все надежды рухнули и по жилам растеклось мучительное пламя.
Именно тогда немое облегчение легло на организм, временно вызволяя огонь из тела и оставляя тлеть жгущие угли.
— Это должно немного помочь… Я дал ему тройную дозу от человеческой нормы, — мягко сказал старший мужчина.
— Можешь вколоть больше? Морфий должен помочь… Пожалуйста, Карлайл… Дай ещё. Это же не навредит ему, вколи! Пока не поздно!
— Ему полегчает… Он немного успокоится, — произнёс юноша.
— Розали, поговори с ним немного. Попробуй объяснить некоторые вещи, — поддержал новый женский голос.
Роуз повернулась к Эмметту и успокаивающе провела гладкими пальцами по его руке.
— Вот бы узнать его имя, — задумчиво промолвил ангел.
Боль зашкаливала, но больше всего на свете Эмметт мечтал назвать своё имя этой прекрасной девушке.
— Он слышит тебя, Роуз, спроси его, — сообщил юноша и, наклонившись к уху, представился: — я Эдвард. Я читаю твои мысли. — Замер в нерешительности. — Знаю, звучит странно, но я и правда слышу твои мысли. Не мог бы ты назвать своё имя?
Эмметт внутренне насупился и обдумал услышанное.
«Он не может читать мои мысли! Что за цирк?»
— Честное слово, я не дрессированная обезьянка… И это не цирк, — решительно отозвался Эдвард.
«Вот те на! И правда… Что ж, плавноговоритель, я Эмметт. Посмотрим, что ты на это скажешь», — самонадеянно подумал он.
Так или иначе достоверность телепатических способностей парня не сильно коробила Эмметта, он был рад всему, что в той или иной степени могло отвлечь от боли.
— Эмметт, — самодовольно ответил Эдвард.
«Чёрт побери, он не соврал! Как зовут ангела? Что происходит? Где мы?»
Эдвард, позабавленный этими вопросами, громко расхохотался.
— Что? — поинтересовалась вторая женщина.
— Он рад отвлечься от мучений и уже заготовил множество вопросов. Роуз… может, стоит поговорить с ним. Представься, — проговорил Эдвард.
Ангел прочистил горло, и Эмметт почувствовал, что девушка наклонилась к нему. Он слышал, как к его столу придвинулся стул, и вскоре её сладкое дыхание коснулось его лица.
— Эмметт… Какое красивое имя… Я Розали. Очень приятно познакомиться. Как бы я хотела, чтобы ты ответил мне, — с грустью сказала Роуз.