Чтение онлайн

Она потянула ее вправо, но была не в силах двигаться дальше.

Елена, задыхаясь, крепко вцепившись пальцами скользнула в сторону. На высоте в шесть этажей под ее ногами была мертвая клумба, усеянная заплесневелыми кирпичами и шифером, которые соскальзывая с крыши полуразрушенного особняка, разбивались на куски. Она не должны смотреть вниз, чтобы не знать, что с ней будет, если она вдруг ослабит хватку рук на рушащемся подоконнике. Она снова попыталась качнуть ногой вверх, чтобы поставить её на подоконник, но чем больше она пыталась, тем менее надежным становился ее захват.

Елена кусала губы, чтобы не зарыдать. Она висела на этом выступе, с тех пор, как спустилась в Подземный мир в ту ночь. Она чувствовала себя так, как будто прошли часы, а может быть, и дни и ее выносливость ослабевала. Елена закричала в отчаянии. Она должна была уйти с этого выступа и пойти найти Фурий. Она была Descender(тот, кто спускается)­ее задача была найти фурий в аду, победить их, и освободить Сционов(потомков) от влияния Фурий.

Она должна была закончить этот цикл мести, который заставляет Сционов(потомков) убивать друг друга, но вместо этого она здесь, висит на выступе.

Она не хотела падать, она понимала, что не найдет Фурий, если будет продолжать целую вечность цепляться за карниз. В аду, каждая ночь длится вечно. Она знала, что необходимо положить конец этой ночи и начать следующую заново, надеясь, что она будет более продуктивной. И если она не может забраться вверх, то остаётся только один вариант.

Элен начала дергать пальцами левой руки и сумела оторвать их от подоконника. Она пыталась убедить себя, чтобы не надо бороться, что лучше было бы упасть, потому что по крайней мере, тогда все будет кончено. Но она все равно вцепилась в карниз со всей оставшейся силой в правой руке. Элен была слишком напугана, чтобы позволить себе упасть. Она закусила губу до крови, чтобы сконцентрироваться, но пальцы ее правой руки скользнули по песку и, наконец, оторвались от края. Она не смогла удержаться.

Когда Элен упала на землю, она услышала, как ее левая нога сломалась.

Элен закрыла рот рукой, чтобы не закричать от боли и не нарушить тишину Нантакета в спальне.

Она чувствовала кремнистый песок Подземного мира на ее окоченевших пальцах. В предрассветном оловянно­голубом свете, она внимательно слушала звуки шагов ее отца в коридоре, который готовился к новому дню. К счастью, он, казалось, не услышал ничего необычного, и спустился вниз, чтобы начать готовить завтрак, как ни в чем не бывало.

Лежа в постели, дрожа от боли в сломанной ноге и растянутых мышцах, Елена ждала, когда ее организм исцелит себя. Слезы катились по обеим щекам, оставляя горячие следы на ее охлажденной коже. В ее спальне был ледяной холод.

Елена знала, что должна поесть, чтобы вылечиться должным образом, но она не могла спуститься вниз со сломанной ногой. Она сказала себе сохранять спокойствие и ждать.

Немножко времени и ее тело будет достаточно сильным, чтобы двигаться, потом стоять, а затем и ходить. Ей придется соврать и сказать, что она проспала. А чтобы скрыть больную ногу от отца нужно улыбаться и ходить вокруг, пока они завтракают. Затем, немного поев, она исцелится.

Она будет чувствовать себя лучше в ближайшее время, сказала она себе, и заплакала так тихо, как только могла. Она просто должна была держаться.

Кто­то махал рукой перед лицом Элен.

“Что?” ­ спросила она в замешательстве. Она повернулась, чтобы взглянуть на Мэтта, который вернул ее обратно на землю.

"Мне очень жаль, Ленни, но я все еще не понимаю. Кто такие Рогусы Сционы? "Спросил он, беспокойно морща лоб.

"Я Рогус", ответила она немного слишком громко. Она задумалась всего на секунду, и сразу не поняла о чем разговор.

Элен расправила плечи, оглянулась и поняла, что все в комнате смотрят на нее. Все, кроме Лукаса. Плотно сжав губы он изучал свои руки на коленях.

Элен, Лукас, Ариадна и Ясон сидели за кухонным столом в доме Делосов после школы, пытаясь объяснить Мэтту и Клэр все о полубогах. Мэтт и Клэр были лучшими смертными друзьями Элен, и невероятно умными, но некоторые вещи о Элен и ее прошлом были слишком сложными, чтобы их легко можно было понять. После всего, через что они прошли, Мэтт и Клэр заслужили ответов.

Семь дней назад они рисковали своими жизнями, чтобы помочь Элен и семье Делос.

Семь дней, подумала Элен, подсчитывая на пальцах, чтобы убедиться. Все это время Подземный мир заставлял её чувствовать, что прошло семь недель. Возможно для нее это и было семь недель.

"Это звучит странно, но это так," сказала Ариадна, когда поняла, что Элен не собирается продолжать. "Есть четыре дома, и все четыре дома должны уплатить друг другу кровавый долг с Троянской войны. Вот почему Фурии заставляют нас хотеть убить кого­то из другого дома. Месть".

"Миллиард лет назад кто­то из Дома Атрея убил кого­то из Дома Фив, и вы должны уплатить кровавый долг?" С сомнением спросил Мэтт.

"Именно так, кроме того, было намного больше, чем просто одна смерть. Мы здесь говорим о Троянской войне. А там много людей погибло, как полубогов Сционов, так и смертных, как вы, " сказала Ариадна с виноватой гримасой.

"Я понимаю, что много людей погибло, но какой смысл в этой мести "кровь за кровь"?" продолжал Мэтт. "Это ведь никогда не заканчивается. Просто безумие какое­то."

Лукас невесело рассмеялся и поднял глаза с колен, чтобы посмотреть на Мэтта. "Ты прав. Фурии сводят нас с ума, Мэтт", сказал он спокойно. "Они преследуют нас, пока мы не сломаемся."

Элен помнила этот тон. Она думала о нем, как о голосе преподавателя Лукаса. Она могла слушать его весь день, хотя понимала, что не должна этого хотеть.

“Они заставляют нас хотеть убить друг друга, чтобы выполнить некий искривленный вид правосудия,” продолжал Лукас своим взвешенным тоном. “Кто­то из другого Дома убивает человека в нашем Доме. Мы тоже убиваем в отместку, и так продолжается в течение трех с половиной тысяч лет. А если Сцион убивает кого­то из собственного дома, то он становится Отверженным.”