Битва аферистов
Шрифт:
– Да,– Алеша с сожалением вздохнул,– перевелись на Руси богатыри. Где вы, орлы, не боящиеся преград?
Вано качнулся вперед:
– Здэсь!
– Ты нэ птычка! – Ара, сидевший у него на плече, клюнул друга в папаху.– Я орол!
– Ай молодец! – Алеша хлопнул себя по лбу.– Как же я про тебя забыл? Воздушный десант! Молниеносная операция! Короче,– подступил он к попугаю,– срубаешь яблочко на лету и деру назад… Черт! Не дотянет.
– Пачэму, дарагой? – удивился Вано.
– Маловат, да еще кинжал этот… перегруз, короче. Хроника пикирующего бомбардировщика мне не нужна.
– Кынжал нэ отдам! – тут же встопорщил перья «горный орел».
– Вай! Какой всэ глупый! – удивился Вано, отхлебнул из бурдюка и пояснил свою мысль, ткнув пальцем в маленький мешочек между крыльями кунака.– Бэзразмэрный катомка е-е-есть, сад е-е-еть, яблоко е-е-есть. Яблок склэвал, катомка положил – лэти!!!
Вервольф Вольфович встрепенулся.
– И много туда влезет?
От него только отмахнулись.
– Круто! – восхитился Алексей.– А я и не знал. Тогда так,– вновь обратился он к пернатому джигиту,– сейчас стемнеет, звездочки первые появятся – и вперед, на мины! Сильно не зверей. Всё не бери. Стволы и корни оставь императору. Яблочками с гнилыми бочками не брезгуй: хану Хучуму откинем, он уже небось от нетерпения по потолку юрты вышагивает, остальные…
– В оборот пустим,– ехидно мявкнул Васька.
Достойный преемник Великого комбинатора посмотрел в широко открытые глаза своей команды, густо покраснел, сообразив, что его занесло, и, элегантно шаркнув ножкой, закончил:
– Короче, лети, наш орел, что добудешь, то и добудешь…
– Остальное на твой счет спишем,– хихикнул Васька.
Под это странное напутствие Ара расправил крылья, произнес ответную пламенную речь, очень напоминающую добротный грузинский тост, отхлебнул из бурдюка, услужливо подсунутого ему под клюв Вано, и воспарил над друзьями вместе с этим же самым бурдюком в когтях.
– Вах,– расстроился Вано,– мачэный яблок будэт! Обязатэлно катомка с бурдюк пэрэпутаэт!
Друзья сели на землю и стали ждать. К тому времени окончательно стемнело. При свете звезд город внизу практически не просматривался. Единственный ориентир – слабые огоньки в окнах дворца императора Поднебесной.
– Как вы думаете, долетит? – тревожно спросил Елисей.
– Долэтит,– уверенно ответил Вано,– я в нэго вэрю!
И тут рядом с императорским дворцом что-то ярко вспыхнуло. Всполошенно заорала охрана, заметались тени на городской стене.
– Кажется, кто-то вляпался! А я ведь вас предупреждал, подонки! Уголовный кодекс чтить надо!
К удивлению Алеши, в голосе Вервольфа Вольфовича звучало не столько ехидство, сколько искренняя тревога и досада.
Раздался свист. БАБАХ!!! Небо озарилось каскадом разноцветных брызг. На мгновение из ночной мглы высветился весь город и маленькая точка, дикими зигзагами несшаяся в сторону холма.
Вано вскочил и, дико вращая глазами, закричал:
– Ара!!! Давай!!!
Алеша с Елисеем, не сговариваясь, сбили джигита с ног и прижали его к земле.
– Не демаскируй!
– Сам долетит!
Утверждение было смелое. Похоже, весь Хекин увидел цель, и началась канонада.
– Ну ни фига себе! Похоже, из зениток бьют! – ахнул Алеша.
Елисей ошалело посмотрел на брата.
– Блин! Вспомнил! – Алексей в очередной раз шлепнул себя по лбу.– Китайцы же придумали порох!
– Ну и что? – тревожно спросил царевич.
– Ничего. Главное, чтоб они дальше фейерверка не пошли. Не дай бог, картечью садить начнут.
«Горный орел» упорно продолжал свой полет, уворачиваясь от свистящих вокруг снарядов. Азартные оборотни оживленно обсуждали шансы пернатого джигита. Вопрос «долетит или не долетит?» волновал всех. Ставки пошли баснословные. Кое-кто уже ставил последние лапти.
– Мой кунак стрэлять?! Все! Сэйчас пойду вэсь город пэрэрэжу!
– Черт! Он же нас не видит! – дошло до Елисея.
– Точно! Чем ерундой всякой заниматься, дай ему знать, где мы есть,– поддержал брата Алексей.
Вано несколько мгновений молчал, мучительно соображая, а потом, пробормотав заклинание, широко открыл рот…
При первых же звуках незабвенной, несравненной «Сулико», децибелами раз в десять превышающих шум взлетающего реактивного самолета, друзья откатились от джигита в разные стороны, зажимая ладонями уши в попытке спасти барабанные перепонки, а Ара, сраженный акустическим ударом, рухнул прямо в руки колдуна-недоучки. Вырвавшийся из коготков пернатого джигита бурдюк, ударившись о землю, с треском лопнул, расплескал сгущенное вино ученика магрибского колдуна, и в воздух взметнулась сердитая, вдупель пьяная огненная птица. Проорав что-то типа «кар-р!!!», она сердито клюнула Ару по темечку, взмыла ввысь и понеслась на юг.
– А где же яблочки? – выдавил из себя ошеломленный Алеша.
Команда мрачно посмотрела на своего предводителя.
14
– Какого черта! Где мои военачальники? – Черномор грохнул по столу кулаком.
– У Машки своей спроси,– сердито буркнула Манефа Евсеевна.
– При чем здесь Машка? – слегка сбавил тон владыка Незалежной Украины, воровато отводя глаза в сторону.
– При том! – сердито рявкнула супруга.– Кабы она за Роксану так не радела, духу б ее в Киеве-граде не было!
– Так радеет же! – воспрянул Черномор.
– Еще как! Потому и терплю. Сейчас узнаю, куда она их загнала.
– Кого?
– Военачальников!
Царица резко поднялась и решительной походкой вышла из тронного зала, который с момента исчезновения Роксаны превратился практически в зал беспрерывных заседаний. Он очищался от инородных тел, только когда внутри оказывалась царица. Черномор мужественно не покидал помещение, ибо только он был в состоянии сдержать натиск разгневанной супруги, требующей немедленных оперативных действий, направленных на спасение единственного чада. Батька Черномор виновато понурился. Он ничего не мог поделать. Знать бы, где схоронился гад! Он этого Задохлика Невмеручего… Порыв ветра, сопровождаемый негромким «чмок!», заставил его вздернуть голову вверх.