Чтение онлайн

Вода плеснулась громче, а затем взбурлила, заглушив песню. Септанта вскочил, не одеваясь, схватив кэлгор, метнулся к окну и откинул холстину. Голем уже не пел — поднялся с серпом наперевес. Увидев, что происходит, Эльхант бросился обратно. Лана проснулась и села, придерживая покрывало на груди. Он принялся торопливо одеваться.

— Что? — спросила она. — На реке… Быстрее! Со стороны сарая заскрипело, донесся голос Орхара.

— Быстрее! — повторил агач.

Распахнув дверь, он побежал к голему, неподвижно стоящему у самой реки. Высокие волны захлестывали берег, вода бурлила вокруг толстых ног Кучека.

— Что это? — прокричал Эльхант. Позади вновь скрипнуло, он оглянулся: из сарая вышел Орхар в одной рубахе, с цепом и штанами в руках, босой. В голом виде волосатые ноги солдата производили устрашающее впечатление: колени отстояли друг от друга почти на локоть, а стопы при этом чуть ли не соприкасались. Из хижины выбежала всклокоченная Лана, с мечом… и тоже лишь в рубахе, да еще и агача, которую, видимо, нацепила в темноте. Узрев амазонку, Орхар отпрянул в проем раскрытой двери, бросил цеп и, прыгая на одной ноге, принялся натягивать штаны. Не обратив на него внимания, Лана побежала к берегу.

— Что… — начала она, останавливаясь рядом с Эльхантом, и замолчала, уставившись туда, куда глядел он.

Рассвет близился, но было еще полутемно. По реке со стороны Горы Мира двигалось что-то приземистое, вытянутое…

— Корабль? — изумилась амазонка.

На нем не было мачт и парусов, никаких надстроек. Корпус с закругленным носом весь облепила тина и комья жирной земли с проросшим мхом. Сквозь плеск воды звуки музыки достигли ушей Эльханта; прищурившись, он разглядел на носу знакомый силуэт.

— Лучшая Песня, — произнес агач. — Откуда он… Посудина была уже рядом — с середины реки она повернула, приближаясь к берегу. Кучек проскрипел:

— Лодочка играет.

Фигура старца казалась еще более размытой, чем раньше, и наконец агач понял, в чем тут дело: обрывки мелодий, звуки, из которых состоял Драэлнор, растеклись от него по всему корпусу. Они светлой пеленой заволокли палубу и борта; казалось, именно это и заставляет корабль двигаться. Весь он звучал — пел.

— Это старец? — спросила Лана.

Подбежал Орхар. И тут же от носа донесся всплеск музыки, звуки трещотки и свирели, которые сложились в слова:

— Берегитесь!

Уловив движение сбоку, амазонка повернулась и выкрикнула, вскидывая руку с мечом:

— Там!

Вслед за судном по реке двигалось что-то большое.

— Он послал за мной дракодонта, — донеслось с носа.

Корабль достиг берега и встал. Он сильно качался: то, что шло по реке, поднимало высокие волны. Стало немного светлее, да и существо приблизилось, и теперь из темной продолговатой горы превратилось в здоровенного, выше дома самого богатого рига, мохнатого монстра с длинной драконьей головой.

Агач помнил драконов по барельефам в руинах Скребунов. Похожие на ящеров, большие и гибкие. Здесь от них осталась лишь голова: вытянутые мощные челюсти, дуги кожистых наростов — брови над глазами. Под нижней челюстью вперед торчало два прямых белых рога. Тело же было совсем иным, и при виде его Септанта вспомнил создание, которое заметил под землей, когда находился возле лавки оркицы. Мех на боках облез, шкуру покрывали язвы и глубокие раны, сквозь которые виднелись выпуклые кости, будто ребра бочки. Вместо левого глаза чернела дыра, а правый почти сгнил. На бугристой покатой спине беспорядочно двигались два кожистых крылышка, казавшиеся жалкими, слишком хилыми для массивного туловища.

— Назад! — прозвенел Лучшая Песня.

Тот, кого он назвал дракодонтом, был уже на берегу. По волосатым столбообразным ногам струилась вода, крылья дергались. Драконья голова покачивалась на толстой шее, будто провисшей под собственным весом, — она напоминала подкову, которую кто-то попытался разогнуть, да так и бросил, не завершив дела. Челюсти, обтянутые тугой, местами лопнувшей жесткой шкурой, раскрылись и клацнули. Голова повернулась — два прямых рога пронеслись в шаге над берегом. Орхар растянулся на земле, Лана отпрыгнула, а Эльхант вцепился в покатую матовую кость и дернул. Монстр махнул головой, агача отшвырнуло назад — вместе с рогом. Он свалился на бок, выпустив меч, но обеими руками обхватив добычу. Поднялся на колени и увидел, как амазонка с Орхаром скачут между ногами монстра. Солдат размахивал цепом, а Лана тыкала мечом в нависшее над нею разбухшее брюхо.

Драэлнор оставался на носу корабля, а вот Кучек теперь стоял на второй кости, вцепившись в складки кожи — в бровь, аркой раскинувшуюся перед ним. Оружие свое он до половины древка погрузил в черное дупло на месте глаза: ковырялся там, вращал серпом, и с каждым поворотом наружу выплескивалась темная густая жижа. Вдруг монстр, наклонив морду, взбороздил землю концом рога, да так, что голем полетел с него. Движения дракодонта стали неуверенными, дергаными, будто серп повредил что-то в его наполовину сгнившей башке. Зацепившись за кочку, Лана упала, и монстр поднял ногу, чтобы наступить на нее. Эльхант, уже некоторое время стоявший с занесенным над головой отломанным рогом, метнул его, будто копье.

Кость вонзилась во второй глаз, пробила его и вошла внутрь почти целиком — в глазнице остался круглый матовый скол. Лана перекатилась, вскочила. Нога-столб ударила с такой силой, что на локоть ушла в землю. Дракодонт замер, будто в нерешительности, а после начал крениться — и свалился боком, прямо на Кучека.

Эльхант помог подняться Лане. Они с Орхаром попятились — монстр, хоть и лежал неподвижно, все равно выглядел угрожающе. Корабль высился у берега, погрузившись в воду так, что от поверхности до палубы оставалось не более трех локтей. Он слегка накренился, должно быть, нижняя часть уперлась в наклонное дно реки. Почти рассвело; хорошо стали видны водоросли, тина, грязь и мох, облепившие борта.

Драэлнор поплыл в воздухе над водой и вскоре очутился на земле. Вот его было видно еле-еле: звуки растаяли, река просвечивалась сквозь старца. Музыка звучала вяло, жалобно.

— Где Кучек? — спросила Лана, держась за плечо Септанты. — Он…

Тулово дракодонта зашевелилось. Все, кроме Драэлнора, отскочили от него, вскидывая оружие. Зазвенела цепь, закачалась на древке шипастая груша. Зверь приподнялся, рывком съехал вниз по берегу — и появился Кучек, до того лежащий на спине и упирающийся в бок дракодонта руками. Древко почти сломалось на середине, лишь несколько волокон еще держали его. Волоча за собой серп, голем заковылял прочь от реки.