Чтение онлайн

– А как же я, папа?

Холден посмотрел на Айрин, потом на Элизабет, затем вновь на Айрин.

– Вот что. Я научу тебя тоже стрелять, только если ты обещаешь сама никогда не трогать его. Договорились?

– Договорились!

– Ладно. – Холден поцеловал ее в лоб. – Теперь вот что. У нас не так много денег на патроны для обучения, но у нас хватит боеприпасов, чтобы каждый из вас научился стрелять как минимум из двух видов оружия.

– Ты правда думаешь, что это так необходимо? – спросила Мэг, усаживаясь напротив него.

– У меня есть неприятное предчувствие, что умение стрелять нам правда всем понадобится. И если мы не будем готовы защищать себя до прихода помощи, мы очень пожалеем об этом. Ты мне веришь?

– Конечно, – улыбнулась Мэг.

– А мне можно научиться стрелять из автоматической винтовки, папа? – спросил Дэйв.

– Конечно. И тебе надо научиться стрелять как можно лучше. И Мэг тоже. И из пистолетов научитесь.

– Мне больше нравятся пистолеты, – объявила Мэг. – Винтовки чересчур тяжелые.

– Девчонки! – высказался Дэйв.

– Не забывай, среди самых крутых бойцов, партизан, были и женщины, – напомнил сыну Холден.

Мэг показала брату язык, потом засмеялась.

– Ты думаешь, нам удастся стать хорошими стрелками? – внезапно спросила Элизабет. – У тебя были годы тренировок в Морфлоте, три года службы в полиции. Как тебе удастся научить нас так быстро?

Он уловил тайные нотки в ее вопросе; дело было даже не в вопросе – в ее голосе слышалась невысказанная тревога за детей.

Но он ответил на ее вопрос, как будто не заметил этого:

– У нас нет выбора, Лиз. Мы видели, как повлияло на наш мир даже недолгое отключение электричества. Представь себе, если света не будет неделю. Представь себе, неделю не будет работать телефон. Как, в случае необходимости, мы сможем вызвать помощь? У нас есть рация в машине, но что, если полиция не приедет вовремя? Что, если нам придется полностью полагаться на себя? Нам надо научиться заботиться о самих себе. Я купил лучшее оружие, разрешенное законом. Все остальное зависит только от нас. И это будет интересно, учиться новому, вспоминать полузабытое. Правильно?

Он ожидал взрыва энтузиазма со стороны детей, особенно Мэг, но, по крайней мере, он чувствовал, что они готовы учиться под его руководством.

Элизабет спросила:

– Кто будет мороженое? – Естественно, первой откликнулась Айрин…

Нож Джека Крейна пришел по почте в конце недели вместе со специально для него сделанными ножнами.

Холдену нож очень понравился.

Глаза Холдена пробежали по всей его длине, внимательно оценивая лезвие. Черное пластиковое покрытие рукоятки, отлитое по форме его ладони. Металлический наконечник рукоятки, которым запросто можно разбить человеческий череп. На мягком камне он заточил лезвие. На первый взгляд казалось, что нож имеет вогнутую форму, но на самом деле он был совершенно плоским.

На плоской стороне лезвия было выгравировано: «ЗАЩИТНИК».

Не очень того желая, Дэвид Холден все же решил приехать на второе собрание, организованное Руфусом Барроусом. На этот раз пришло еще больше полицейских, каток был переполнен.

Элизабет на этот раз осталась дома с детьми. Дэйв и Мэг готовились к предстоявшим на следующей неделе экзаменам, Айрин поправлялась после простуды.

В новостях лишь время от времени проходили случайные напоминания о террористических актах; казалось, жизнь полностью вошла в привычное русло. Но куда исчезли те, кто совершал все эти акты саботажа и террора? Ответа на этот вопрос по-прежнему не было, Холден почти не надеялся, что встреча принесет что-либо новое.

Он смотрел на Барроуса и слушал. Барроус был ростом примерно метр девяносто, почти, как Холден; мужественное лицо, гораздо более темное, чем у его жены; широкая грудь и плечи; по шее и плечам было видно, что Барроус занимается бодибилдингом. В речи Барроуса слышался легкий акцент уроженца южных штатов.

– Самое большее, что мне удалось выяснить, это то, что официально не признается никакой связи между взрывами трансформаторных подстанций, крушениями поездов, взрывами в церквях и супермаркетах, ограблениями банков и оружейных магазинов. Поговаривают о возможном создании специальной комиссии Конгресса по расследованию всего происшедшего. Так что, возможно, связь найдется. Я не знаю. Но я знаю другое; как сообщили мне мои друзья, ничего из украденного той ночью оружия найдено не было.

Холден поднял руку.

– Да, доктор Холден?

– Были ли похищены пластиковая взрывчатка либо какие-то другие виды взрывчатых веществ? И что слышно по поводу тех детонаторов, которые я видел?

– Хорошо, что вы спросили, доктор. Я решил проверить ваши сведения в полиции штата. Я обнаружил копию рапорта по поводу вашего вызова полиции на место того взрыва. В рапорте нет ни слова по поводу детонатора. Я проверил, нет ли еще одной копии этого рапорта, возможно, засекреченной. Насколько мне удалось выяснить, нет.

– Итак, – продолжал Барроус, – я связался с одним из полицейских, чья подпись стояла на рапорте. Я спросил, не было ли найдено на месте взрыва чего-либо необычного. Я знаком с ним уже шесть или семь лет. Он ответил мне, что это не мое дело, и все. Тут что-то не так.

У Холдена вызывали восхищение люди, умеющие высказывать очевидные вещи…

Все произошло достаточно неожиданно. В последний момент, буквально накануне торжественной церемонии вручения дипломов, ему поручили произнести речь, и ему было необходимо вдохновение. И он только что забрал заказанные ранее винтовку и все остальное.

После обеда он позвонил Руфусу Барроусу.

– Сержант Барроус? Говорит Дэвид Холден.

– Здравствуйте, доктор, как ваши дела? Господи, Аннет так нервничает. Вы тоже нервничали перед получением диплома?

– Не очень. Но я очень беспокоился, когда мне присваивали степень доктора, что начальство опомнится, решит, что делает ошибку, и я не получу свою степень. У вашей жены все будет в порядке. Она умница.

– Спасибо. Чем могу вам помочь?

– Вручение дипломов состоится только в одиннадцать часов. Я хотел узнать, нет ли у вас планов на завтрашнее утро. Скорее всего, есть, но я собирался немного пострелять. Может, займемся этим вместе? Насчет места я уже договорился, это недалеко.