Чтение онлайн

Лайт нашел Молроу в баре, представился и сказал, что ему нужно с ним побеседовать наедине. Имя Лайта не произвело на Молроу никакого впечатления, и он согласился не сразу.

— Надеюсь, вы не собираетесь обсуждать архитектурные проекты. А для других разговоров лучшего места, чем эта стойка, не найти.

— Уверяю вас, Молроу, что разговор достаточно серьезный и вы не пожалеете о времени, которое на него потратите. А к этой стойке мы сможем вернуться в любой момент.

Молроу вертел в руках рюмку со спиртным и молча разглядывал назойливого незнакомца. Чем-то ему не нравился этот долговязый, небрежно одетый доктор Лайт, смотревший в упор светлыми немигающими глазами. Но сообразив, что в Кокервиле не может быть случайных людей без значительного веса в своей области, Молроу спросил:

— Где же предлагаете уединиться?

— Если не возражаете, в моем номере.

Молроу нехотя выбрался из-за стойки и последовал за Лайтом, не забыв прихватить с собой рюмку и бутылку.

— Я вас слушаю, но недолго, — предупредил он, усаживаясь.

Лайт в течение одной секунды проделал операцию с капсулами ультразвука и, не дав Молроу времени выразить свое возмущение, сказал:

— Только теперь мы действительно наедине. То, что я говорю, никто, кроме вас, не слышит. Захотите меня ругать, прикладывайте большой палец к гортани — тогда не услышат и вас. Вот сюда… Как вы вскоре убедитесь, эта предосторожность была не лишней.

— К чему эта комедия, черт вас возьми?! — заорал Молроу, не считая нужным пользоваться рекомендован ной манипуляцией.

— У вас есть семья, мистер Молроу? Жена, дети, любимые люди?

— Как у всех нормальных людей. Все у меня есть, в том числе и отвращение ко всякого рода тайнам, секретам и прочей чертовщине.

— А если вы узнаете, что от некоторых тайн и се кретов зависит, увидите ли вы своих близких или нет, вас они тоже не заинтересуют?

— Что вы имеете в виду? — с прежним подозрением, но и с пробудившейся тревогой спросил Молроу.

— Продолжение нашего разговора состоится только в том случае, если вы выполните мое требование. — Лайт указал, куда нужно прикладывать большой палец левой руки.

Молроу помотал головой, брезгливо посмотрел на кончик пальца, ничего на нем не увидел, но подпер им гортань.

— Все время держать его в таком положении необязательно. Только когда будете говорить. А теперь слушайте. Вы были главным архитектором Кокервиля. Благодаря Кокеру вы стали богатым человеком. Естественно, вы ему благодарны и преданы. И вы, вероятно, считаете, что он вас пригласил на свой юбилей из глубокого к вам уважения. А в действительности причина совсем другая.

— Какая еще? — спросил Молроу, с опозданием под нося палец к горлу.

Лайт повторил все, что уже рассказывал Плайнеру, объяснил, по какому принципу подбирались гости, и добавил:

— Вас пригласили только для того, чтобы вы создавали такие же проекты, как тот, по которому воздвигнуто это великолепное убежище для избранных. Создавали потом, когда по их планам Земля будет испепелена, а все архитектурные шедевры превратятся в руины. После этого вам поручили бы строить новые города для процветания кокеровского царства.

Молроу, как и полагалось ошарашенному человеку, изменился в лице и молчал, не находя подходящих слов. А Лайт продолжал уточнять, подбирая такие детали, которые возбудили бы нужные нейронные группы у его слушателя. Он хотел вызвать у Молроу ужас и помочь коренным эмоциям самосохранения подавить все другие: самодовольство, беспечность, честолюбие, недоверие… Нужно было расшатать привычную для Молроу систему умозаключений малого круга, связанную только с его профессиональными интересами и личным благоденствием.

— А какие у вас доказательства? — шепотом спросил Молроу, не забыв про свой палец.

— Множество. Попробуйте понять, почему ни вам, ни другим ученым не разрешили взять с собой даже жен, а в нашем же кемпе вы можете встретить мультимиллионеров, прибывших не только с детьми, но и младенцами-внуками? Очень они нужны, эти детки, для участия в юбилее?.. Другой факт. Если бы вы вздумали сейчас покинуть Кокервиль под любым предлогом, даже если бы у вас на Земле умирал ребенок, вас бы отсюда не выпустили. Можете проверить по моему узлу. Пока еще он действует, но пройдет час-другой, и всякая частная связь с Землей вообще прекратится. Вся она будет сосредоточена в руках генерала Боулза. Достаточно?

Молроу молчал долго. Крупные капли пота выступили на его высоком лбу. Он посмотрел в глаза Лайта, отвел взгляд в сторону и словно выдавил из себя вопрос:

—Что вы от меня хотите?

— Я хочу попытаться помешать злодеям. Хочу сорвать их план. Спасти многих людей, и ваших детей в том числе. Для этого мне нужна ваша помощь.

— А что я могу сделать?

— Мне нужно знать планировку главного корпуса.

Помедлив, непослушными руками Молроу на первом попавшемся экране набросал замысловатую схему.

— Вас, наверно, интересуют личные апартаменты Кокера? — спросил он.

— Интересуют, но не в первую очередь, — улыбнулся Лайт. — Если вы думаете, что моя цель — добраться до этого старого пройдохи, то вы ошибаетесь. Гораздо важнее для меня расположение энергетического корпуса и пути подхода к нему.

Молроу поднял удивленные глаза.

— Он абсолютно недоступен.

— Не имеет значения. Покажите его.

Молроу от одного из крайних отсеков отвел в сторону короткую линию, а на конце ее, как мыльный пузырь на соломинке, возник расцвеченный шарик.

— Это галерея, — объяснял Молроу, указывая на линию, — единственное звено, связывающее энергетический центр с остальными корпусами Кокервиля.

— Каково ее назначение?

— Здесь проходят волноводы, передающие все виды энергии на местные распределительные подстанции. И еще… В случае крайней необходимости через галерею можно пройти в диспетчерскую. В ней сосредоточено все управление.

— Чем?

— Этого я не знаю. Но думаю… Если вы правы и действительно готовится… Все программы и исполнительная аппаратура должны находиться там. Думаю так, потому что более подходящего, недоступного и засекреченного места в Кокервиле нет.