Чтение онлайн

— Всё это звучит… Ой!

Маникюрша задела палец канцлера ножничками.

— Осторожнее, женщина! Как вы неловки. — Канцлер сунул пораненный палец в рот и нетерпеливо повернулся к полковнику: — Это всё, полковник Бисмарк?

— Да, если не считать того, что мы так и не смогли связаться с нашими вертолётами по радио, — сказал полковник. — Я полагаю, стигийцы что-то предприняли против наших людей. Я думаю…

— Нет-нет, этого не может быть, ведь они получили всё, что хотели? — прервал его канцлер. — Скорее всего, это из-за грозы оборудование вышло из строя.

Он прикрыл глаза, словно разговор утомил его. Потом открыл глаза и строго сказал:

— Я полагаю, вам следует представить мне служебную записку касательно увеличения расходов на военную технику, чтобы вы смогли наконец обновить оборудование. Включите её в свой доклад, полковник.

— Канцлер, нам следует быть очень бдительными в отношении стигийцев!

Маникюрша бесшумно перенесла свой стул и занялась второй рукой канцлера. Тот изящно помахал уже готовой.

— Да-да, я же говорил, это ужасные люди! Но теперь мне некогда. Благодарю вас, полковник Бисмарк. Отличная работа.

С этими словами канцлер придвинул к себе газету и перестал обращать на полковника внимание.

Глава 23

По Тауэрскому мосту и пустынным улицам Лондона стремительно пронеслись два мотоциклиста, затянутых в блестящую кожу. Они явно наслаждались скоростью, то и дело перестраиваясь и обгоняя друг друга.

На Парламент-сквер светофоры заставили их остановиться. Дрейк поднял щиток шлема и задумчиво уставился на здание Парламента.

— В Колонии говорили, что у стигийцев есть прямые потайные переходы прямо в подвалы Парламента.

Вслед за ним щиток поднял и Эдди.

— Были раньше. Давно. До того как Гай Фокс набрёл на наши запасы чёрного пороха.

— Что?! Ты имеешь в виду Пороховой заговор? Ты не шутишь?

— После этого мы завалили туннели, — ответил Эдди и опустил щиток.

Вспыхнул зелёный свет, и стигиец вырвался вперёд, оставив ошеломлённого открытием Дрейка далеко позади.

Биг-Бен прозвонил пять раз, и Дрейк стряхнул с себя оцепенение, дал газу и устремился вслед за стигийцем.

Припарковавшись на улице Святой Анны, они пешком разошлись в противоположные стороны по улице Виктории, чтобы встретиться вновь уже у Вестминстерского аббатства. Дрейк понятия не имел, зачем Эдди привёл его сюда. Стигиец дошёл до самых стен аббатства, затем резко сменил направление. Слегка сбавив шаг, он направлялся теперь к небольшому кварталу старинных домов, построенных из светлого песчаника и возрастом почти не уступавшим аббатству. Между домами проходила узкая улочка, в конце её Дрейк разглядел небольшую площадь. До рассвета оставался ещё час, но фонари освещали улочку, и Дрейк хорошо видел деревья, припаркованные автомобили, даже их номера. Затем он прочитал название улицы на табличке.

— Динс-Ярд… Мне кажется, я здесь прежде никогда не бывал.

— Иди за мной и по возможности не издавай ни звука, — тихо попросил Эдди, и они двинулись по узкой улочке.

Примерно на середине дорогу им преградил человек в форме. Сначала Дрейк принял его за полицейского, но затем разглядел форму получше и понял, что это частный охранник. Он стоял возле небольшого аккуратного шлагбаума в красно-белую полоску. Шлагбаум был опущен, автомобиль здесь проехать не мог.

— Добрый вечер, джентльмены, — сухо поздоровался охранник.

Плечи у парня были широкими, в руке он сжимал портативную рацию. Взгляд, которым он окинул двух затянутых в кожу мотоциклистов, дружелюбным назвать было трудно. Видимо, подобные люди редко появлялись в этом тихом квартале, да ещё в такую рань.

Эдди не выказал ни смущения, ни беспокойства и подошёл прямо к охраннику. Произнёс несколько слов тому на ухо. Охранник ничего не ответил, однако совершенно очевидно расслабился. Сунув рацию в карман, он потёр руки и поёжился от утреннего холода. Затем, к удивлению Дрейка, он посмотрел на пустынную улицу, при этом взгляд его скользнул по лицам стигийца и Дрейка совершенно безучастно, как будто их тут и не было вовсе. Затем он пробормотал строчку из песни Синатры «Му Шау» и ушёл к себе в будку, продолжая мурлыкать мелодию себе под нос.

Дрейк догнал Эдди и пошёл вплотную рядом.

— Его облучали Тёмным Светом, верно? Ты просто произнёс кодовые слова? Какие, интересно? Фрэнк Синатра?

— Нет. Ты вряд ли сможешь их повторить. Ты их даже вряд ли расслышишь. К счастью, последовательность не изменилась… за всё это время.

Эдди спокойно пересёк квадратный зелёный газон посреди площади. Дрейк шёл за ним, с любопытством оглядываясь по сторонам.

— Мне кажется, я слышал об этом месте. — Дрейк смотрел на тяжёлые дубовые двери домов эпохи короля Георга. — Где-то здесь находится знаменитая школа, в которой преподавал автор «Алисы в Стране Чудес»?

Эдди не ответил. Он спокойно отпёр одну из дверей ближайшего дома, и они с Дрейком очутились в тёмном длинном коридоре, пол которого был выложен чёрно-белой плиткой. По этому коридору они прошли до самого конца, и Эдди открыл своим ключом вторую дверь. Она открылась с противным скрипом, из проёма потянуло сыростью подвала. В руке Эдди горела неярким светом светосфера.

Они спустились вниз и действительно оказались в подвале, сплошь заставленном старыми шкафами и стеллажами, набитыми школьными учебниками. Эдди бесшумно проскользнул между стеллажами к дальней стенке подвала, нащупал на ней почти незаметный ржавый крюк на уровне своего лица и с усилием потянул его. Дрейк в это время изучал древнюю пивную бутылку, валявшуюся на одной из полок. Раздался скрежет, и у самых ног Эдди в стене раскрылась узкая щель — одна из плит пола уехала вбок. Когда Дрейк увидел величину прохода, то усмехнулся и поставил бутылку обратно на полку.

— Надо же, и на ней даже не написано «ВЫПЕЙ МЕНЯ»…

— Что? — Эдди бросил на него вопросительный взгляд.

— Ничего. Просто я подумал… такой немудрёный потайной ход. И никакой сигнализации, ни звонка, ни свистка.

Эдди кинул:

— Этот ход мы вырыли в начале XX века. Тогда нас волновали несколько другие проблемы… события в России, например. Поэтому он такой простой.

Они протиснулись в щель, проползли на четвереньках несколько метров, и только после этого Дрейк смог выпрямиться. Перед ним снова была лестница, совсем узкая, из красного выщербленного кирпича.